Активное стремление Анкары обозначить свой интерес в сирийской провинции Идлиб может привести к существенным осложнениям в российско-турецких отношениях. Москва совместно с официальным Дамаском всерьез настроена уже 10 сентября 2018 года начать наземную операцию против группировок вооруженной оппозиции, контролирующих Идлиб. Вместе с тем, Турция препятствует этому, опасаясь подставить под удар своих прокси, осевших в регионе.
Анкара решительно настроена сохранить свое влияние в провинции Идлиб и может воздействовать на Москву, в том числе, посредством Константинопольского патриарха Варфоломея, использующего в качестве давления на Кремль тему предоставления автокефалии Украинской православной церкви. Кроме того, ряд турецких официальных лиц, приближенных к Реджепу Эрдогану, недвусмысленно уже направляли Владимиру Путину сигналы о том, что в случае активизации российских авианалетов в Идлибе, самолеты ВКС РФ могут быть подвергнуты «случайной атаке» со стороны протурецких сил в Сирии. В этом, вероятно, есть определенный смысл, учитывая недавний «самолетный кризис» между Россией и Турцией. Хотя вряд ли в настоящих условиях Анкара способна сознательно испортить отношения с Москвой, от которой во многом зависит сохранение турецких интересов на Ближнем Востоке, и, в частности, в Дамаске.
Вместе с тем, Владимир Путин во время трехсторонней саммита в Тегеране, почти не скрывая, сообщил турецкому коллеге то, что в Идлибе Москву не интересует мнение кого-либо. Так, Россия готова реализовать политику авианалетов с тем, чтобы побудить Турцию определиться с приоритетами в данном регионе: либо отказаться от своих планов относительно Идлиба, либо, отходя от чисто формального признания «Хайят Тахрир аль-Шам» (HTS) в качестве террористической организации, продолжить борьбу с ней, равно как и с группировкой «Хуррас аль-Дин», до полного их уничтожения (обе организации запрещены в РФ. – «НГ»).
Идлиб еще в мае 2017 года, согласно Астанинским договоренностям, был определен в качестве «зоны деэскалации», контролируемой Россией, Турцией и Ираном. В настоящих условиях это позволяет Реджепу Эрдогану постулировать тему о том, что в случае военного вмешательства Москвы в «Идлибский концерт» велик риск признания форматов «Астана-1» и «Астана-2» недействительными, из чего следует, что Анкара может считать себя «свободной от обязательств» по отношению к Москве и Тегерану.
Влияние Турции в Идлибе сейчас весьма значительно. Представители местных органов власти и лидеры вооруженной оппозиции считают Анкару гарантом безопасности, что наделяет Реджепа Эрдогана возможностью использовать их для давления на своих оппонентов. Так, стоит отметить, что несмотря на турецкое признание HTS в качестве террористической организации, возглавляющий ее Абу Мухаммед аль-Явлани не готов расформировывать свои отряды и, более того, еще в феврале 2018 года выразил согласие на создание наблюдательных пунктов Турции в Идлибе. Это привело к расколу внутри HTS, из которой выделилась группировка, получившая название «Хуррас аль-Дин», тесно связанная с «Аль-Каидой» (запрещена в РФ. – «НГ»).
Помимо прочего, HTS продолжает соперничество с «Джабхат Тахрир Сурия», имеющей определенные договоренности о сотрудничестве с «Сукур аль-Шам» (обе организации запрещены в РФ. – «НГ»). Вплоть до мая 2018 года эти группировки активно враждовали, пока между ними не было заключено формальное соглашение о перемирии. Хотя до сих пор имеются большие разногласия между ними, исходя из которых режим прекращения огня очень быстро может потерять свою актуальность.
Вместе с тем, чтобы оказать давление на режим Башара Асада и на Москву, 28 мая 2018 года под эгидой Турции в Идлибе была сформирована новая группировка сил, места дислокации которой, скорее всего, будут выбраны в качестве приоритетных целей поражения со стороны российско-сирийского альянса. В состав «Нового национального фронта освобождения Идлиба» вошли, помимо прочего, «Джайш аль-Наср», «Свободная армия Идлиба», «Файлак аль-Шам», Первая и Двадцать третья дивизия Свободной сирийской армии (ССА), Первая и Вторая прибрежная дивизия, Вторая армия, «Шухада аль-Ислам Дарайя», «Джайш аль-Нухба», бригада «Аль-Хуррийят», «Джейш аль-Ахрар», «Сугур аль-Шам» (запрещены в РФ. – «НГ»).
Такая расстановка сил позволяет Анкаре оказывать давление на Москву. Между тем, исходя из содержания диалога между Владимиром Путиным и Реджепом Эрдоганом во время встречи в Тегеране, Россию вполне бы устроила позиция Турции, связанная с предоставлением возможности российским ВКС вести свободную атаку по согласованным целям. В противном случае, Москва может считать себя вправе силой принудить Турцию и ее прокси покинуть Идлиб. Однако Анкара, судя по всему, намерена увеличить свое военное присутствие в регионе, тем самым, осложнив операцию сил российской группировки. В этом случае, увеличивается и риск случайного обстрела самолётов ВКС РФ со стороны аффилированных с Акнарой вооруженных групп, что вновь может привести к обострению российско-турецких отношений.
Так или иначе, в настоящих условиях Турция не может гарантировать безопасность гражданского населения Идлиба, тогда как именно Анкара взяла на себя обязательство обеспечивать мир в этом районе. Учитывая это, местные власти и представители сирийской оппозиции могут разочароваться в турецких гарантиях. Этого всерьез опасается Реджеп Эрдоган, поскольку это наносит удар не только по его репутации, но и ставит под сомнение безопасность уже подразделений турецкой армии в Идлибе.
При этом даже если предположить, что Турция покинет Идлиб, у Реджепа Эрдогана есть много возможностей, чтобы оказывать давление на Москву. Так, одним из инструментов давления может быть решение Константинопольского патриарха Варфоломея о признании автокефалии Украинской православной церкви. Подобные планы весьма реалистичны и могут быть болезненными для России, которая имеет большие притязания на то, чтобы поставить Киев под протекторат РПЦ Московского патриархата в лице патриарха Кирилла. Вместе с тем, Анкара может обеспечить контроль над сирийской автомагистралью М5, соединяющей Идлиб с Африном и позволяющей бесперебойно снабжать «Национальный фронт за освобождение Идлиба» оружием. В этом случае, все потуги Москвы по принуждению к миру местных группировок окажутся безрезультатными.
Таким образом, в отношениях России и Турции вследствие ситуации в Идлибе появилась «черная кошка». Однако эта «кошка» еще не перешла дорогу между двумя странами, а потому есть возможность договориться. Условия этого договора весьма просты: Турция дает возможность Москве наносить удары по позициям «Хайят Тахрир аль-Шам» и «Хуррас аль-Дин», при этом собственными силами блокирует трассу М5 и гарантирует, что иные группировки вооруженной оппозиции в Идлибе не будут вмешиваться в конфликт. Примет ли такие условия Реджеп Эрдоган – большой вопрос. Но лучше бы он такие условия принял.
Денис Коркодинов, политический эксперт
http://www.ng.ru/