Когда появились сообщения о том, что 16 — 17 августа 2018 года в Москве в секретариате ОДКБ были проведены консультации представителей заинтересованных министерств и ведомств государств — членов Организации по согласованию пакета документов о правовом оформлении статусов наблюдателя при ней и партнера, что по итогам рассмотрения проектов этих документов принято решение считать их согласованными и представить на рассмотрение Постоянного совета ОДКБ с целью принятия решения о внесении на рассмотрение предстоящих совместного заседания СМИД, СМО, КССБ ОДКБ и сессии СКБ ОДКБ, стало ясно, что такие решения просто так не принимаются.
Они носят знаковый характер, реформистский и ориентированы на расширение географии участников Организации с различными статусами. К тому же, как выясняется, существуют запросы со стороны некоторых государств, не желающих или не имеющих возможности вступать в блок, но заинтересованных по разным причинам в сотрудничестве с ним. Напомним, что в состав ОДКБ входят Казахстан, Россия, Белоруссия, Киргизия, Армения и Таджикистан. Ранее обсуждался вопрос о расширении парламентской ассамблеи ОДКБ, которую возглавляет председатель Государственной думы России Вячеслав Володин. Конечно, работа этого форума способствует активизации развития Организации, но речь идет только о возможном вступлении в нее новых членов в статусе наблюдателей и только на парламентском уровне. Сейчас все иначе и секретариат ОДКБ работает под определенные запросы. Но какая страна в данной ситуации может или готова принять предложенные статусы?
Источники в структурах Организации сообщили российским СМИ, что партнером или наблюдателем не прочь стать ряд государств постсоветского пространства, например, Узбекистан, а также такие государства, как Сербия и Афганистан, потенциально Иран. Кстати, НАТО подобным образом сотрудничает с 40 странами, в том числе с членами ОДКБ. Кто еще и по каким причинам заинтересован в официальном оформлении связей с Организации? Азербайджан. Хотя каких-либо заявлений по этому поводу со его стороны не поступало. Однако накануне визита президента Азербайджана Ильхама Алиева в Москву в бакинских СМИ, скорее всего, с негласного разрешения властей, стала разворачиваться дискуссия о возможностях участия Баку в делах ОДКБ, возможно, даже в качестве полноправного участника Организации. Как заявил председатель парламентского комитета по правовым вопросам, глава группы межпарламентского сотрудничества Россия — Азербайджан Али Гусейнли, это объясняется «новыми геополитическими условиями».
Какими? Баку, конечно, внимательно наблюдает за бурным развитием российского-турецкого «геополитического романа», видит, что игру на грани фола Анкара ведет с НАТО, пытаясь усилить свое влияние в региональных интеграционных организациях — ШОС, ЕАЭС — и через плечо оглядывается даже в сторону ОДКБ. Там ее, правда, не ждут, однако при определенном раскладе путь у Турции остается только в этом направлении, о чем, кстати, в свое время говорил президент Белоруссии Александр Лукашенко. Это первое. Второе. Азербайджан с повышенным интересом и вниманием наблюдает за ходом «революционных процессов» в Армении. С расчетом на то, что, как пишет одно местное издание, «новые власти этой республики спилят сук, на котором сидят и пошатнут свои позиции в ОДКБ». Тогда, по предположению Гусейнли, «Азербайджан может стать единственным союзником России в Закавказье».
Этот сценарий проецируется на перспективы урегулирования нагорно-карабахского конфликта. «В случае присоединения Азербайджана к ОДКБ, — считает Гусейнли, — нагорно-карабахский конфликт для России превратится в конфликт между двумя партнерами по данной организации, что даст ей основания для активизации своих посреднических усилий по его разрешению». Точнее, главный формат переговорного процесса может уже определяться диалогом Баку — Москва при поддержки тех членов ОДКБ (Казахстан и Белоруссия), которые симпатизируют Азербайджану. В подобном рассуждении присутствует определенная логика, хотя, на наш взгляд, Баку, возможно, не без консультаций с Анкарой, проводит не только зондаж ситуации на московском направлении, но и пытается оказать давление на Ереван, объективно стимулируя там разогрев антироссийских настроений и подозрений. Причем, на азербайджанской стороне играют и некоторые российские эксперты, которые утверждают, что «раз Армения состоит в ОДКБ с проблемой Нагорного Карабаха, то почему не оказаться в таком статусе и Азербайджану».
Но маловероятно, что все это станет предтечей изменений политики Москвы как в Закавказье, так и в отношении нагорно-карабахского конфликта. Для России возвращение к геополитической конфигурации советского образца в регионе противопоказано. Для принятия серьезных судьбоносных решений на этом направлении ситуация как в Закавказье, так и в соседнем Ближнем Востоке должна кардинально измениться так, чтобы необходимость сотрудничества с Москвой больше осознавалась самим Баку, становилась для него стратегической и практической необходимостью, а не элементами примитивной игры. В то же время «случайности» новых ереванских политиков нужно купировать через прямой диалог с Степанакертом, чтобы продвигаться дальше в минском формате, стимулировать позитивное и конструктивное взаимодействие в треугольнике Баку — Степанакерт — Ереван, создавая устойчивые предпосылки для сохранения региональной безопасности.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM