Отношения между Ереваном и Москвой в сфере обороны подошли к критической черте, грозя запустить процесс пересмотра российского военного присутствия в Армении. Москва публично выразила готовность оперативно свернуть дислоцированную в Гюмри 102-ую военную базу, а Ереван столь же открыто дал понять, что не видит в ней дальнейшей целесообразности и препятствовать уходу российских военных не станет. Чем обусловлен этот синхронный обмен заявлениями, к каким последствиям для безопасности страны приведет ликвидация базы в Гюмри и авиагруппы «Эребуни», и готов ли Ереван самостоятельно охранять границы с Турцией и Ираном? Об этом в интервью «Голосу Армении» рассказал экс-депутат НС, член Республиканской партии Армении (РПА), эксперт по вопросам безопасности Тигран Абрамян.
— Г-н Абрамян, президент РФ Владимир Путин 2 сентября на пресс-конференции в Бишкеке заявил, что Россия готова вывести 102-ю базу «хоть завтра», если Ереван сочтет ее ненужной. Практически сразу Никол Пашинян ответил, что база больше не воспринимается как необходимость, и если Россия решит вывести базу, Армения не будет возражать. Как вы считаете, этот синхронный обмен заявлениями – финал долгих кулуарных переговоров или спонтанное обострение отношений?
— Я уверен, что в Москве прекрасно осознают суть и конечную цель стратегии по изменению внешнеполитического вектора страны, которую инициировали действующие власти Армении. Вывод российской военной базы – это лишь один из запланированных этапов данного процесса. Именно поэтому тема Гюмри одновременно была озвучена и Владимиром Путиным, и Николом Пашиняном.
Логика развития событий показывает, что речь идет не только о 102-й базе – из Армении постепенно будут вытесняться и многие другие структуры, так или иначе ассоциирующиеся с Россией. Интересы авторов этого курса выходят далеко за рамки сфер экономики и безопасности. Главная задача здесь – существенное понижение роли РФ в регионе, а по возможности – и полное ее устранение.
— Слова российского президента звучат как жесткий ультиматум: если база не нужна, Москва не станет держаться за Гюмри. На ваш взгляд, готова ли Россия действительно пойти на такой радикальный шаг, или это попытка сыграть на опережение и переложить всю ответственность за последствия на Ереван?
— В России глубоко анализируют все процессы в Армении, особенно те, что напрямую затрагивают ее интересы, и там уже есть готовые сценарии на любой случай. В Москве четко понимают: нынешний курс Еревана делает вывод войск практически неизбежным, и у России едва ли найдутся рычаги, способные заставить армянские власти пересмотреть это решение.
Подобное мы уже видели около двадцати лет назад в Грузии, и сегодня в Армении разворачивается абсолютно аналогичный политический сюжет. Напомню, что этот процесс начался не вчера: ранее российские пограничники уже покинули аэропорт «Звартноц» и участок Агарак на армяно-иранской границе. Да, юридическая база присутствия пограничников отличается от статуса 102-й базы, но с политической точки зрения это не имеет значения. Главная задача – поэтапное и полное ликвидирование российского военного присутствия, и действующая власть последовательно и упорно идет к этой цели.
— Пашинян в своем заявлении отметил важную деталь: Ереван сам вопрос ухода войск не поднимал и готов обсуждать сохранение базы, если Москва проявит инициативу. Означает ли это, что власти Армении избегают прямой денонсации договора, пытаясь переложить инициативу разрыва на Россию?
— Последовательность шагов нынешнего Еревана по демонтажу армяно-российских отношений выверена: на каждом этапе они пытаются завуалировать свои реальные намерения. Какая именно стадия этого плана реализуется прямо сейчас и когда конкретно планируется довести дело до фактического вывода 102-й базы – сказать трудно.
Однако очевидно одно: этот процесс уже вплотную подошел к стадии практического воплощения. И никакие маневрирования или оговорки Пашиняна в духе «мы готовы обсудить, если они захотят остаться» не должны обманывать. Это лишь попытка снять с себя ответственность за разрушение архитектуры безопасности Армении перед обществом. В Москве это прекрасно видят и понимают истинные цели армянского руководства.
— Действующий межгосударственный договор о дислокации 102-й базы рассчитан до 2044 года. Если стороны пойдут на разрыв отношений, насколько значимым препятствием станет этот юридический документ?
— Понятно, что в таких масштабных геополитических процессах ключевую и определяющую роль играют исключительно политические решения. Сегодня обе стороны, пусть и с совершенно разными акцентами, публично зафиксировали готовность к этому шагу: Россия заявила о готовности вывести войска, а Армения – о готовности принять такое решение. В условиях, когда политический консенсус о расставании озвучивается на самом высоком уровне, правовые формулировки и сроки действия соглашений обретают второстепенное значение.
— Российское военное присутствие – база в Гюмри и авиагруппа в «Эребуни» – исторически рассматривалось как сдерживающий фактор против потенциальной агрессии со стороны Турции, а позже – и Азербайджана. Если эти объекты ликвидируются, какие механизмы безопасности должны их заменить? Есть ли у Армении реальная альтернатива на завтрашний день?
— Действующие власти Армении, инициируя эти опасные шаги, вообще не руководствуются приоритетами безопасности собственной страны. Существует конкретное политическое решение, принятое, очевидно, под воздействием и при вмешательстве третьих стран: максимально ослабить российское присутствие в регионе. И в первую очередь – именно военный компонент, то есть 102-ю базу в Гюмри и авиабазу «Эребуни» в Ереване.
Все действия нынешнего руководства продиктованы исключительно логикой нейтрализации роли России. А вот что после этого произойдет с самой Арменией, с какими угрозами и вызовами столкнется наш народ – действующую власть интересует меньше всего.
— Вы всегда критиковали правительство за разрушение прежней системы безопасности. Если 102-я база действительно покинет Гюмри, как это повлияет на баланс сил в регионе на фоне непрекращающегося давления со стороны Баку и Анкары? Не станет ли это «зеленым светом» для новой масштабной эскалации?
— Сокращение российского присутствия неизбежно приведет к резкому и существенному усилению турецко-азербайджанского тандема. Независимо от того, какие сложные вопросы или разногласия возникали у нас с Москвой в прошлые годы, Россия как мощный геополитический игрок исторически выполняла стабилизирующую роль на Южном Кавказе.
Уход России не оставит после себя вакуума – геополитическое пространство не терпит пустоты. Тем более что Запад уже в разных форматах представлен в регионе, и в первую очередь – посредством Турции. В итоге мы получим существенное усиление именно турецкого фактора.
— 102-я база тесно связана с присутствием российских пограничников ФСБ РФ, которые охраняют границы с Турцией и Ираном. Означает ли заявление Пашиняна, что вслед за базой Армению должны покинуть и российские пограничники? Готовы ли погранвойска СНБ Армении полностью взять под контроль эти рубежи самостоятельно?
— В условиях гипотетического отсутствия российского военного присутствия – а речь здесь идет в первую очередь именно о пограничной службе на армяно-турецкой границе – возможности Армении, по крайней мере на данный момент, просто не позволяют должным образом обеспечивать пограничную безопасность.
Знает ли об этом руководство Армении? Однозначно знает. Но даже в этой ситуации главным приоритетом для него остается не безопасность наших рубежей, а удаление России из региона любой ценой.
— Как подобные заявления отразятся на других форматах взаимодействия Армении и России? Речь идет только о военной базе, или за этим неизбежно последует пересмотр экономических связей, вопросов поставок газа и членства в ЕАЭС?
— Эта тема касается далеко не только военного присутствия России. Как я уже отметил, существует определенная очередность шагов, которая, я уверен, четко прописана в секретных и рабочих документах действующих властей Армении. И поскольку их главная задача – уменьшение влияния России, работа продолжится по всем возможным спектрам.
Я убежден, что это окажет прямое влияние на наше участие в СНГ и ЕАЭС. Что касается ОДКБ, то эту тему вообще уже не стоит обсуждать. В глобальном плане данный процесс затрагивает абсолютно все сферы присутствия России в регионе – военную, политическую, экономическую, культурную, духовную.
— Каковы, по вашему мнению, настроения среди жителей самого Гюмри и в армянском обществе в целом? Действительно ли общественное восприятие 102-й базы изменилось настолько, что ее уход больше не пугает граждан, как это преподносят власти?
— На данный момент трудно объективно оценить общественные настроения и понять, какую энергетику они могут сгенерировать в политическом поле. В то же время я уверен, что многие наши граждане во всей глубине просто не осознают важность российского военного присутствия, как не осознают и возможные катастрофические последствия вывода базы.
Об этом прекрасно знают в правительстве Армении. Эти люди уже долгие годы ведут последовательную антироссийскую пропаганду – раньше в статусе оппозиции, а сегодня уже в качестве действующей власти. В результате значительная часть нашего общества оказалась психологически готова к этому шагу, и правящая верхушка Армении, по крайней мере на данный момент, на пути к своей цели ни перед чем не остановится.
Микаел Барсегян, "Голос Армении"
Прочитал сам – поделись с другом:
АРЦАХ — АРМЯНСКИЙ, И ПРАВО НАРОДА АРЦАХА НА ВОЗВРАЩЕНИЕ НЕ ПОДЛЕЖИТ ТОРГУ! Внимание читателей – лучшая поддержка — СПАСИБО ВСЕМ! –
ПОДДЕРЖАТЬ YERKRAMAS.ORG