В Стамбуле встречаются президенты России, Ирана и Турции. Запланированы и двусторонние контакты, и трехсторонний саммит, на котором состоится "сверка часов" по Сирии. Eсли по отдельным встречам Путина с Роухани и Эрдоганом все достаточно прозрачно и понятно, то по Сирии вопросов до сих пор больше, чем ответов и окончательных решений.
Главная тема стамбульсккого саммита – сирийский кризис
То, что региональные и мировые масс-медиа, анонсируя "встречу трех" в Стамбуле, делают особый упор именно на сирийскую тему, удивлять по большому счету никого не должно. Ведь понятно, что в сирийском кризисе наступил коренной перелом, грянули новые политические (да и военные) реалии.
И главным игрокам необходимо вовремя сориентироваться, чтобы поймать тот момент, когда подходы будет необходимо поменять, перенеся процессы с поля боя на сугубо политические рельсы.
На самом деле проблема гораздо серьезнее, чем может показаться на первый взгляд. Хотя бы потому, что предстоит найти и согласовать новые геополитические подходы. Равно как и свои интересы и свое видение будущего Сирии.
А ведь есть и западная антитеррористическая коалиция, возглавляемая Соединенными Штатами. А еще – огромное количество местных группировок, часть которых – явно террористическая, а часть – так называемая "умеренная оппозиция", которую прикрывают американцы.
А еще есть так называемый "курдский фактор", который те же Соединенные Штаты все еще надеются использовать в своих интересах.
Ну, и самое главное – есть сирийский народ со своим руководством, официальным Дамаском, с которым необходимо будет согласовать все решения, касающиеся будущего страны.
Найти какие-то правильные решения с учетом всех этих факторов, с возможностью "свести концы с концами" и нащупать точки соприкосновения – та еще задача.
Настало время прекратить интервенцию на территорию суверенного государства
С Турцией, видимо, России и Ирану придется серьезно объясняться относительно ее действий в том же Африне. Ведь то, что сделала Анкара – это настоящая интервенция на территорию суверенного государства, причем никем, даже из союзников (речь о России и Иране), не одобренная.
Более того, официальный Дамаск не раз выступал с заявлениями относительно присутствия на ее территории кадровых частей турецкой армии.
С другой стороны, контроль над идлибской зоной деэскалации был доверен именно туркам в рамках астанинского процесса. И сейчас Анкара, оправдывая вторжение на территорию Сирии, обязательно попытается этот фактор использовать.
Однако дальнейшие действия турецких кадровых частей, собирающихся продвинуться в сторону Манбиджа, а то и дальше, вплоть до северных курдских анклавов в Ираке, не может понравиться, скажем, Ирану, который изначально косо смотрел на действия Анкары на сирийско-иранской границе.
Американское присутствие в южных и восточных районах Сирии также не может не беспокоить. Тем более, что Соединенные Штаты, декларируя одно, на самом деле ведут себя совершенно по-другому.
Устами президента Трампа Америка уже высказалась в пользу отвода своих кадровых частей с территории суверенного государства. Однако в последнее время оттуда поступает информация, что американцы наоборот — наращивают свою армейскую группировку. Причем не только инструкторами, но и кадровыми частями и бронетехникой.
С одной стороны все понимают, что тут Америка пытается прикрыть сирийско-израильскую границу, куда, в случае ухода западной коалиции, сухопутную дорогу получает Иран. С другой стороны никто не смирится с попытками создать на левобережье Евфрата квазигосударство, подчиняющееся Вашингтону.
Курдский вопрос придется регулировать в контексте восстановления государственности Сирии
Отдельная головная боль – курдский фактор. Операцией "Оливковая ветвь" Турция связала руки курдским боевым формированиям, до того времени являющимися основной ударной силой западной коалиции в борьбе с Башаром Асадом.
В этом плане действия турецкой армии могли бы в какой то степени понравиться и Дамаску, и Тегерану (о чем они, конечно же, не скажут). Москва же в этом плане до поры до времени старается сохранять нейтралитет.
Однако в Стамбуле, видимо, все-таки пойдет разговор о том, что Россия, Иран и Турция выступают гарантами территориальной целостности и единой государственности Сирии, и с Эрдоганом по этому поводу придется поговорить.
Другое дело, что самим курдам не мешало бы проявить трезвость и не поддаваться на провокации западных сил. Пустое обещание американцев о создании для них независимого государства столкнулось с жесткими реалиями в виде турецкой армии, которой в Африне курды ничего не смогли противопоставить.
Намерения же Дамаска предоставить им расширенную автономию в составе Сирии намерены поддержать и Москва, и Тегеран. И тогда России с Ираном было бы гораздо легче объясняться с той же Турцией и ограничить ее возможности и политические маневры.
В этом плане весьма важными могут стать попытки России и Ирана (частично – той же Турции) создать конституционную комиссию, договоренность о которой была достигнута в Сочи, во время Конгресса сирийского национального диалога.
Правда, сами курды до сих пор считали, что астанинский процесс и сочинские мероприятия их не касались, однако сейчас в стране складывается такая ситуация, при которой многим (и туркам, и курдам) придется пересмотреть свои претензии и требования.
Как бы то ни было, по результатам Стамбульского трехстороннего саммита ожидаются серьезные (есть надежда, что положительные) изменения в одной из самых горячих точек планеты — в Сирии.
Арман Ванескегян, политический обозреватель Sputnik Армения