Правящая армянская Республиканская партия уверенно выиграла выборы в Национальное собрание. Она набрала свыше 49% голосов. Кроме нее, в парламент прошли еще три политические силы — блок «Царукян» (27,32%), который еще иногда называют второй партией власти, оппозиционный блок «Выход» (7,77%) и партия «Дашнакцутюн» (6,57%). Нынешние выборы можно считать историческими, так как отныне парламент в Армении определяет политический курс страны. По завершении в 2018 году срока полномочий президента Сержа Саргсяна депутаты Национального собрания будут избирать его преемника и премьер-министра, формировать правительство. Это первая из любопытных особенностей сложившейся ситуации: обозначен определенный переходный период.
Вторая особенность: три государства в Закавказье имеют различную политическую систему — президентская в Азербайджане, полупарламентская в Грузии (президент избирается всенародно) и парламентская в Армении (президент избирается парламентом). Баку начал укреплять президентскую вертикаль после апрельских боев 2016 года в Нагорном Карабахе. Армения осуществила переход к парламентскому типу правления без кризисов. Правда, в перспективе они не исключены, особенно в условиях существования нагорно-карабахского конфликта, хотя исторический и политический опыт показывает, что при грамотном проведении правящей партией внутренней и внешней политики возможные парламентские кризисы не должны перерастать во всеохватывающий кризис режима, а смена премьер-министра и кабинета — не конец демократии как таковой.
В Азербайджане президент наделен значительными конституционными полномочиями, включая контроль за составом кабинета и администрации, избирается прямым голосованием на определенный срок и независим от вотума доверия парламента. В Армении же система парламентаризма укрепляет демократию, в чем должны быть заинтересованы и оппозиционные партии. Мы это к тому, что политические процессы в Армении и в Азербайджане начинают приобретать принципиально разные характеристики: парламентаризм может придать политическому процессу в Армении определенную гибкость, тогда как системе президентского правления Азербайджана присуща жесткость. Правда, в зависимости от конкретных обстоятельств фактор множества «действующих лиц» и твердой власти может проявлять себя по-разному.
Так, в ходе избирательной кампании первый президент Армении, лидер оппозиционной партии «Армянский национальный конгресс» Левон Тер-Петросян предлагал свой сценарий урегулирования нагорно-карабахского конфликта, назвав его «главной преградой» на пути развития государства. «Схема же урегулирования, предложенная первым президентом, по сути, не отличалась от той, которую он принял в 1998 году и которая привела в конечном счете к его досрочной отставке 3 февраля того же года, — пишет в этой связи «Независимая газета». — При этом она мало чем отличается от той, которая лежит сегодня на столе переговоров: поэтапная передача Азербайджану пяти из семи районов вокруг Нагорного Карабаха, возвращение беженцев, референдум по статусу. Плюс вариации с вводом миротворцев, международным или смешанным контролем отдельных районов, пошаговым следованием плану урегулирования, пошагово-пакетным или целиком пакетным соглашением и так далее, и тому подобное, в разной степени неприемлемые то для одной стороны конфликта, то для другой, то для всех сразу».
В то же время издание предполагает, что с учетом того, что «соткалась теория (на наш взгляд, не лишенная оснований — прим. Станислав Тарасов) о том, что власти якобы негласно распорядились обеспечить «Конгресс-НПА» депутатскими мандатами, чтобы было кому выполнить «грязную работу» по карабахской линии». Но так называемая партия мира, как блок АНК-НПА, считает известный немецкий политолог Александр Рар, закономерно проиграла. «Тер-Петросян руководит проевропейской, левой партией, — говорит Рар. — А позиции левых даже в Европе в последнее время достаточно шаткие, исключение составляет разве что Германия. Кроме того, Тер-Петросян уже был у власти и сейчас гражданами Армении он не рассматривается как человек будущего». В то же время сам первый президент заявил следующее: «Мы смогли превратить решение карабахской проблемы в приоритетный вопрос политической повестки Армении, что не опровергают и наши оппоненты. За очень короткий период времени создано небольшое, но общественное движение «Мир, добрососедство, дружба», в дальнейшей эффективности которого я ничуть не сомневаюсь».
Это и есть та самая ставка на развитие демократического процесса в Армении, в ходе которого партия Тер-Петросяна может публично декларировать свои «карабахские тезисы». Заметим, что накануне, в конце февраля, в Нагорном Карабахе состоялся конституционный референдум. Степанакерт решил — в отличие от Армении — укрепить президентскую власть, что не только перестраховывает его от «ереванских демократических случайностей», но и определяет заявку на полноценное участие в переговорном процессе по урегулированию конфликта. Правда, президент Азербайджана Ильхам Алиев заявляет, что «Нагорному Карабаху никогда не будет предоставлена независимость, ни одна страна его не признает», и «каждый раз, когда в Нагорном Карабахе проводится незаконный «референдум», это работает в нашу пользу, потому что всякий раз международные организации и государства не признают его». Но это откровенная подмена понятий. Референдум в Нагорном Карабахе определил отношения в парадигме Ереван-Степанакерт. Это первое.
Второе. Недавно российский министр иностранных дел Сергей Лавров напомнил Баку, что «проблема урегулирования нагорно-карабахского конфликта не является внутренним вопросом Азербайджана». МИД России считает: «Мы не признаем Нагорный Карабах в качестве независимого государства. Исходим из того, что его статус должен быть определен путем политических переговоров в рамках Минского процесса», а не Баку. Но сама логика конфликта, его продолжительность делает неизбежным участие в переговорном процессе Степанакерта. Теперь президент Алиев заявляет, будто «сейчас все знают, что Армения не является независимой», и что «Армения принесла свою независимость в жертву этой оккупации». И вновь подмена понятий, ведь, в действительности, сейчас демократическая Армения будет противостоять авторитарному Азербайджану, что также неизбежно будет сказываться на подходах мирового сообщества к принципам урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Ныне необходимо дождаться опубликования окончательных итогов выборов, после чего станет ясно, появится ли в Ереване однопартийное правительство или речь необходимо будет вести о коалиции. Главное другое. Во внешней политике Армения остается приверженной стратегическому партнерству с Россией и интеграции в ЕАЭС и ОДКБ и продолжает работать над восстановлением хороших отношений с Западом. Что до Москвы, то президент России Владимир Путин направил поздравительную телеграмму главе армянского государства и председателю правящей Республиканской партии Армении Сержу Саргсяну, в которой поздравил в связи с победой его партии на парламентских выборах.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM