Да, нелегко общаться с моим новым знакомым курдом Тураном. Я его спрашиваю на ломаном армянском, может, у него в корнях есть армяне, он на ломаном армянском отвечает: “Barev! Аyo, hay em! Dikragetsi”. Он извиняется, что очень мало армянских слов знает, чтобы нормально вести беседу. Дальше разговор продолжается на турецком, которым я не владею, через “гугл-переводчик”.
Туран рассказал, как он обрел свои корни, более того, не оглядываясь на происходящие сейчас события на востоке Турции, приехал в Армению, крестился. Также в Армении он начал изучать армянский язык.
Корни Турана из одного из четырех городов Тиграна Великого — из “турецкого” Тигранакерта, но сейчас он живет в Диарбекире. Как говорит мой собеседник, в Диарбекире сейчас проживают от 1500 до 2000 семей армян-мусульман, которые прекрасно знают свою родословную. Турану 45 лет, в его семье растут шестеро детишек. Его жена Айлем тоже имеет армянские корни. Поэтому креститься в Армянской Апостольской Церкви было обоюдным желанием.
Туран рассказывает, что два его деда — Арменак и Саркис — армяне по происхождению. Они забыли армянский язык и говорили всегда на курдском и турецком. Мужчина делится, как все-таки трудно армянам, даже несмотря на то, что они приняли ислам, жить в Диарбекире, сохранять свою национальную идентичность и традиции. Но, между тем, каждый из них помнит о своих корнях. Перебравшись в Диарбекир, Туран обрел еще шестерых своих армянских родственников.
Когда Туран решил креститься в Армянской Апостольской Церкви, он сделал заявление в прессе — своего рода смелый вызов, учитывая тот фактор, что время сейчас не совсем мирное — и отправился вместе с семьей на автобусе в Армению. Во всем помогал его друг Арам Афешян. Туран встретился с министром диаспоры Армении Грануш Акопян. Теперь у Турана есть много друзей в Армении, крестный отец, а церковное имя ему дали в память о дедушке — Арменак! Теперь у него полноправно есть второе имя — Арменак Михсиян.
Это была интересная поездка по достопримечательным местам Армении. Осколок исторической родины привел в восторг Арменака и Айлем. Они посетили Музей геноцида армян и возложили цветы у Вечного огня, побывали в Нораванке, Сардарапате, на Севане и т.д. И повсюду их сопровождали друзья.
Конечно, общаясь, мы многое не понимали. Арменак так много хотел сказать, но языковой барьер не позволил. Он с радостью выслал мне фотографии армянских церквей, оставшихся в наследство туркам от армян, а также фотографию самой большой армянской церкви на Ближнем Востоке.
Напоследок спрашиваю, хотел бы он еще раз побывать в Армении. “Конечно, я теперь просто обязан. И не раз!” — отвечает Туран-Арменак.
Елена Шуваева-Петросян, "Новое время"