Спусковым крючком, запустившим весь процесс, стал Майдан, который закончился сменой власти. Новая власть приняла два первых закона: первый оправдывал коллаборационизм западных украинцев с немецкими оккупантами, второй объявил украинский единственным языком, разрешенным к употреблению на территории всей страны. Для русского населения это стало каплей, переполнившей чашу терпения.
Первым поднялся Крым. Далее все пошло по накатанному историей пути.
ВЕРХОВНЫЙ СОВЕТ КРЫМА ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ ВОЙТИ В СОСТАВ РОССИИ и объявил вопросы референдума, до которого меньше двух недель. Первый вопрос, естественно: "Хотите ли вы, чтобы Крым вошел в состав России на правах субъекта федерации?" Второй: "Хотите ли вы, чтобы Крым остался в составе Украины?" Европа, естественно, заявляет, что границы Украины неприкосновенны, а референдум незаконен.
Результаты референдума предугадать можно с первого же раза.
Вячеслав Никонов, политолог, депутат Госдумы, внук Вячеслава Молотова, одного из тех самых безответственных правителей, заваривших эту кашу, в эфире "России 24" заговорил о праве наций на самоопределение, о том, что необходимо уважать мнение народа, что референдум – наиболее демократический и общепринятый способ определения народом своей судьбы, вспомнил предстоящий референдум о независимости Шотландии, Каталонии, сказал, что надо срочно менять Конституцию РФ, поскольку морально, этически, цивилизационно, практически, экономически и вообще со всех точек зрения это справедливо, но юридически Конституция РФ пока подобного не предусматривает, значит, надо вводить в нее изменения, упрощать условия вхождения части иностранного государства в состав РФ.
Российские области собирают гуманитарную помощь, выражают свою поддержку областям-бунтарям.
Кто бы спорил…
То, что мы видим, называется Real Politik, а в переводе – словоблудие, когда каждый толкует международное право так, как ему выгодно.
Россия сейчас говорит о двуличности европейской политики, о праве наций на самоопределение. Двадцать лет назад она говорила совсем другое. Двадцать лет назад, да и сейчас, когда речь идет об Арцахе. Почему? Потому что сегодня это касается ее интересов напрямую?..
Что еще надо паханам мировой политики, чтобы они наконец признали: границы неприкосновенны в межгосударственных отношениях, территориальная целостность имеет в виду недопустимость военного вторжения на чужую территорию и ее аннексию против воли населения?
Что еще надо паханам мировой политики, чтобы они перестали переть против истории?
Раздел Бельгии? Развал Испании? Окончательный закат Великобритании, когда от нее останется одна Британия? Отделение Техаса и других испаноязычных штатов, завоеванных у Мексики?
7.03.2014
Кстати
А КРЫМ НИКОГДА И НЕ БЫЛ УКРАИНСКИМ
Недавно мне довелось какое-то время общаться с одним бывшим чиновником украинского МИД; ныне он, по его словам, "не пришелся ко двору оранжевым" и ушел оттуда. Насколько я понял, работал он в МИД еще с советских времен, был старый кадровик с большим стажем. Говорили мы с ним о разном, в частности, разговор зашел о Карабахе. Поскольку клятвы хранить нашу беседу в секрете я не давал, а беседа эта была достаточно интересной и информативной, привожу ее вкратце: так сказать, "избранные места из переписки с друзьями".
- НАШИ ГОВОРИЛИ, ЧТО ПРИРОДА У ВАС В КАРАБАХЕ ОЧЕНЬ КРАСИВАЯ; похоже на наши Карпаты, только горы выше и ущелья глубже. Наших там много воевало на стороне турок – и мужиков, и баб. Бабы больше снайперами были – наши, прибалтийки. Говоришь, с вашей стороны наемников не было… А как же вы тогда победили?.. Хотя, если по числу наемников судить, победить должен был, наверное, Азербайджан… Наемниками были в основном хлопцы с Западной Украины. Почему они подались к туркам, а не к вам?.. Так у нас слухи пошли, что на вашей стороне русские воюют, вот они и подались к туркам, воевать с москалями…
- Так воевали бы где-нибудь на Харьковщине или в Белгородской области… Как же казацкая клятва воевать с басурманами, христианская солидарность?
- Какая клятва, ты что… Там им такие деньги обещали, что они ридну мать бы зарезали. Ты знаешь, сколько мы туркам оружия сбагрили; они брали все, что ни предложи. Приезжали с чемоданами долларов. Нам-то что, были бы деньги. Так они туда-сюда практически как челноки мотались. Сколько мы им танков продали; наверное, на всю Отечественную войну бы хватило, а они все приезжают: мало, давайте еще. Мы удивлялись: куда вы их столько деваете… Они говорят – горят.
- Ну не совсем так было. Упокой Господь грешные души ваших хлопцев – мы их в Карабахе много положили. А то и сами турки убивали – чтобы не платить. А танки… Турки этими танками нас потом снабжали; по-твоему, откуда они у нас появились…
Естественно, речь заходила об отношениях с турками вообще и о пантюркизме, а значит – о Крыме, о том, что, потворствуя сегодня крымским татарам – все тем же туркам и желая их руками выжить оттуда русских, украинские власти завтра встанут перед намного более трудной задачей – обуздания крымско-татарского – турецкого сепаратизма.
- А Бог с ними. Кто у нас над этим думает… да Крым никогда и не был нашим, украинским. Пусть болит голова у москалей…
Без комментариев.
26.03 2006
Раздан Мадоян, "Голос Армении"