Грузия делит своих соседей на три основные группы. В первую входят два стратегических партнера: Азербайджан и Турция, отношения с которыми в Тбилиси пытаются строить на равноправных основаниях, что, надо отметить, у грузинской стороны получается не очень успешно. Один безоговорочный и безусловный «враг» — Россия. И один — зависимый сосед, Армения, которому, исходя из его зависимости, можно диктовать свои условия. Подобное двойственное отношение Грузии к соседям проявляется во всем, в том числе в сфере культуры и охраны памятников, и наглядным тому подтверждением стала очередная проблема, возникшая у граждан Грузии в связи с монастырским комплексом Давид Гареджи.
За несколько дней до праздника Пасхи азербайджанские пограничники расставили ограничительные знаки на дорожках, ведущих к одному из монастырей комплекса Давид Гареджи — Удабно (что в переводе с грузинского означает «пустыня»), находящемуся на спорном участке грузино-азербайджанской границы, и фактически закрыли монастырь для грузинских священников, паломников и туристов.
Подобные меры и действия в отношении спорного храма азербайджанские власти применяют достаточно часто, особенно в преддверии очередного христианского праздника. Тревогу на этот раз забил архимандрит монастыря Удабно отец Кирион, который в связи с закрытием подходов к монастырю распространил в грузинских СМИ специальное заявление.
«Уже несколько дней азербайджанские пограничники не пускают в монастырь Удабно приехавших в Давид Гареджи паломников и гостей, ведущие к монастырю тропинки перекрыты. Когда иностранное государство закрывает нашу территорию на 4 дня и не пускает нас на нашу территорию, разве это нормально?!» — возмущенно писал архимандрит.
По его же информации, доступ в монастырь все эти дни был закрыт и для грузинских священнослужителей. Отец Кирион сравнил нынешнюю ситуацию с событиями мая 2012 года, когда по требованию азербайджанской стороны правительство Грузии приказало своим пограничникам не пропускать туристов и паломников в сторону монастыря Удабно.
«Тогда такое требование выдвинула азербайджанская сторона, а грузинская сторона, пока мы не подняли шум, это требование удовлетворила. Но тогда священников все же в монастырь пропускали, а сейчас нет», — отметил в беседе с грузинскими журналистами архимандрит.
Он предположил, что ситуация вокруг монастыря Удабно обострилась после визита в Баку президента Грузии Саломе Зурабишвили, которая в беседе с азербайджанскими властями поставила вопрос о необходимости завершения делимитации границ, а также посетила комплекс Давид Гареджи. Священнослужитель считает, что визит и заявления президента Грузии побудили азербайджанские власти на «ответные меры». Архимандрита Кириона удивило «полное молчание», которым в Тбилиси восприняли действия азербайджанских пограничников.
Правда, сообщение священника особого возмущения ни у властей Грузии, ни у так называемой грузинской «элиты» (политической, культурной, общественной) не вызвало. Не запестрели статьями с выражением возмущения этим «небратским и непартнерским фактом» грузинские СМИ, достаточно сдержанными были отклики в социальных сетях, авторы которых в основном «лелеяли надежду» на благосклонность азербайджанских властей и выдачу ими разрешения на открытие подходов к храму.
Сдержанными и дипломатичными были и заявления официальных представителей МИД Грузии, где пообещали урегулировать проблему дипломатическими путями, с помощью переговоров.
«В связи с создавшейся ситуацией ведется активная коммуникация. Мы работаем над урегулированием вопроса, чтобы пилигримам и туристам разрешили беспрепятственное передвижение. Коммуникация проходит в партнерской атмосфере, но на решение подобных вопросов, как известно, требуется определенное время», — уклончиво объяснил журналистам суть протекающих процессов представитель МИД Владимир Константиниди.
Спустя несколько дней после тревожного сообщения архимандрита Кириона министр иностранных дел Грузии Давид Залкалиани заявил, что в результате переговоров азербайджанские власти приняли решение об открытии ведущих к монастырю тропинок. Тем не менее, по информации архимандрита, работы на ведущих к монастырю тропинках, где азербайджанские пограничники выкапывают ямы и устанавливают ограничительные знаки, продолжаются.
Подобное отношение Грузии, ее властей и населения к стратегическому партнеру — Азербайджану, вторым и главным стратегическим партнером которого является Турция, вполне понятно и объяснимо, если учесть то экономическое положение и ту экономико-энергетическую зависимость, в которой Грузия находится от двух главных своих партнеров. Сегодня Азербайджан является для Грузии основным поставщиком энергоносителей, азербайджанским газом снабжается население и промышленный сектор Грузии, грузинский бюджет получает доходы от транзита азербайджанских нефти и газа по своей территории. То есть, виной и причиной всему — труба, точнее трубы, которые Азербайджан в сотрудничестве с иностранными инвесторами провел по территории своей страны и Грузии с целью транспортировки энергоносителей в Турцию и на европейский рынок.
Связывающие три страны (Грузию, Азербайджан и Турцию) совместные проекты фактически обусловили «подчиненное» положение Грузии, которая в данном случае не выступает ни поставщиком, ни покупателем, а лишь «благосклонно» предоставляет свою территорию для совершения торгово-экономических операций. Такое положение и объясняет сдержанные реакции официального Тбилиси на действия стратегических соседей.
Иначе обстоит дело с соседней, но уже зависимой от Грузии Арменией. В то время как власти Грузии не только поощряют, но и всячески содействуют строительству на территории страны мечетей для мусульманского населения, храмы, исконно считавшиеся армянскими, объявляют спорными, а на все просьбы передать их грузинской епархии Армянской апостольской церкви отвечают отказом. Грузинские историки и ученые, дабы доказать «неармянское происхождение» той или иной спорной церкви, пишут целые трактаты, исследуют каждый камень и каждую деталь и делают неутешительный для соседней страны вывод: исторически тот или иной храм был грузинским, лишь с течением времени «волей судьбы почему-то оказался во владении Армянской апостольской церкви». А посему возвращение его невозможно.
Здесь уже вопрос теми же «дипломатическими методами», путем переговоров, приходится решать армянским властям, правда, безуспешно, потому что переломить категорическую позицию патриархии Грузии в этом вопросе невозможно. А причиной тому отношению — опять-таки стратегическая труба. Та самая, по которой Армения получает газ из России. И путь в Россию, который в условиях конфликта с Азербайджаном остается единственным спасением для армянской экономики.
Вот и получается, что Грузия не позволяет армянской церкви заняться восстановлением некогда принадлежавших ей храмов, и те приходят в запустение, разрушаются. Параллельно строит мечети на своей территории. А в соседнем стратегически партнерском Азербайджане не только регулярно создаются проблемы грузинским паломникам и священникам, но и оспаривается христианское происхождение и принадлежность монастыря Удабно. В Турции же приходят в запустение и рушатся исторические грузинские церкви, а на просьбы разрешить грузинским специалистам изучить их состояние и принять меры по спасению храмов турецкие власти отвечают отказом либо дают двусмысленные обещания. Со стратегическими партнерами не поспоришь…
Андро Малкин, ИА REGNUM