Очевидно, что войска ПВО российских военных баз в Хмеймиме и Тартусе, переиграли стратегов, расписывающих военные операции для джихадистских группировок. Однако после того, как атака, в которой участвовала чертова дюжина ударных беспилотных летающих аппаратов, полностью провалилась, осталось великое множество вопросов.
Море вопросов насчет чертовой дюжины дронов-камикадзе в Сирии
Вопросов действительно море. Как умудрились в полевых условиях боевики-террористы изготовить такое количество смертоносных боевых аппаратов? Где они приобрели технологии и необходимые детали? И, самое главное, какие инструкторы и специалисты-стратеги разработали операцию с применением дронов-камикадзе против военных баз?
В любом случае эксперты не зря говорят о новом слове в тактике ведения боевых действий (с использованием дронов), равно как и о том, что вряд ли возможно разработать высокие технологии в полевых условиях — "с коленки". Необходимо, как минимум, приобрести или получить в подарок IT-технологии и запчасти, которых в пустыне под каждым кустиком саксаула не найдешь.
Конечно, террористы могли бы закупить запчасти с необходимыми компьютерными чипами через подставных лиц и оплатить услуги специалистов по управлению злосчастными беспилотными аппаратами. Однако изготовить дрон — это еще даже не половина дела. Его надо запрограммировать, необходимо овладеть хотя бы минимальными навыками управления.
Ведь дроны — это не излюбленный террористами всего мира автомат Калашникова или же старая добрая противотанковая труба "Фагот". И не нужно обманываться внешним видом представленных российским министерством обороны перехваченных дронов. Вся мишура в виде деревянного корпуса и прикрепленных к нему скотчем двигателя и системы навигации — это для отвода глаз.
Это искусная подделка "под кустарщину", способная летать на сотню с лишним километров и точно поражать цель. Не верится, чтобы кустарщина была способна на такое.
Как говорят англичане: найдите, кому это было выгодно
На самом деле стран, владеющих этими технологиями, не так уж и много. И еще меньше тех, которые производят беспилотные аппараты достаточно высокого уровня, и в то же время имеют интересы в той же Сирии. Америка (само собой), Турция, Израиль… В любом случае — раз-два, и обчелся. Хотя следует учесть, что именно в зоне интересов Израиля и расположены российские военные базы в Сирии — неподалеку от сирийско-израильской границы. Но это так, к слову…
Или же, например, вспомним, что американские БПЛА в боевых действиях использовались и раньше. Вели разведку, иногда сбрасывали на врагов мины и гранаты (можно вспомнить случай трех-четырехлетней давности, когда беспилотник, принадлежащий войскам коалиции в Афганистане, уронил осколочную гранату на свадебный кортеж).
Известны случаи, когда при помощи дронов координировался ракетный удар самолетов по точечной цели — так были уничтожены некоторые командиры боевиков и в Афганистане, и, позднее, в Мосуле. Были случаи, когда ту же функцию выполняли ударные беспилотники, которых наводили на цель из космоса.
На самом деле мы знаем, что американские инструкторы сейчас всерьез работают с ошметками боевых формирований разгромленной группировки Исламское Государство (террористическая организация, запрещенная в ряде стран).
Или же упомянем Турцию, которая также производит боевые ударные БПЛА. И у Анкары именно в той же зоне, где располагаются российские военные базы, есть свои серьезные интересы и, более того, претензии к русским и иранцам, помогающим окончательно разгромить очередную террористическую группировку.
Апрельские события 2016 года в Карабахе в качестве точки отсчета
Напоследок следует упомянуть о том, что военные эксперты и аналитики сразу же после атаки дронов-камикадзе на российские военные базы заговорили о принципиально новой боевой тактике, изобретенной террористами. Новой ли?
Ведь с подобным мы уже сталкивались на Южном Кавказе, в Карабахе. Стоит лишь вспомнить, что тогда ударом дрона израильского производства в прифронтовой полосе был уничтожен автобус с армянскими добровольцами.
Согласно публикациям западных масс-медиа в те дни, именно тогда и произошло первое использование дронов-камикадзе не в качестве инструмента для диверсии или же покушения на конкретного командира террористической группировки, а в качестве полноценной оружейной единицы на поле боя.
Ну, когда летательный аппарат со взрывчаткой уничтожил автобус, перевозивший армянских добровольцев. В СМИ тогда появилась информация, что это был дрон "Harrop" израильского производства.
А потом еще, позже, на международной арене развернулся скандал с израильской корпорацией Israeli Aerospace Industries, которая не только продавала Азербайджану боевые дроны, но и посылала в страну-покупателя специалистов, которые должны были в боевых условиях продемонстрировать возможности продаваемого товара.
Помните позорную историю, когда оказалось, что специалистам из Израиля предложили продемонстрировать работу дронов боевым ударом по позициям карабахской армии? Те то ли согласились, то ли отказались — во всяком случае, лицензию у корпорации отобрали. Судебные разборки продолжаются до сих пор.
Фактически следует понять, что даже не так важно умение произвести, собрать беспилотник, как умение им управлять. Для этого необходимы специалисты, которые проходят достаточно сложную систему обучения.
И напоследок. В трагические дни апрельских событий 2016 года в Карабахе французская Le Monde весьма преуспела в сборе видео, фото и документальных материалов с поля боя. Именно тогда и сообщила, что ее корреспондент был чуть ли не очевидцем атак беспилотников на наземные объекты. Кстати, в таком случае конфликт в Нагорном Карабахе — первый, в ходе которого в реальных боевых действиях были задействованы дроны-камикадзе.
Арман Ванескегян, https://ru.armeniasputnik.am/