Бум гадания на кофейной гуще в начале 80-х годов в Армянской Советской Социалистической Республике пошел на убыль. Полагаю, к этому антидемократическому спаду свободы диссидентского видения будущего приложила руку наша милейшая однокурсница Кара с созвучной прической. Наша тихоня-скромница Кара брала в одну руку готовую к гаданию кофейную чашку, в другую руку - спичку, и минут пять рисовала-размазывала осколоком дерева гущу в чашке. Затем отдавала чашку сокурснице-гадалке и самодовольно произносила: «Каждый человек сам делает свою судьбу. Я свою сделала. Гадай!» Согласитесь, это конгениально. Прошло 30 лет, а я помню. Не поленилась бы Карочка, соорудила авторские права на нестандартные методы гадания, была бы сегодня миллионершей. Ведь сегодня все, кому не лень, прогнозируют и предвещают варианты развития кризисов и конфликтов. Смотрит политолог на свой ноготь и предвещает скорое таяние льдов Антарктиды, что приведет к ажиотажу на нью-йоркской фондовой бирже, в результате чего истуканы острова Пасхи объявят о своей независимости от Атлантиды.
Вот и косовары получили сертификат соответствия или подлинности независимости - по-разному обзывают этот годами репетируемый спектакль. В течение долгого времени режиссеры в поте лица объясняли непонятливым действующим лицам «ху из ху?», а своенравным начитанным зрителям - как надо воспринимать концепцию режиссера и спектакль в целом.
Зрителям в лице мировой общественности упорно разъясняли, что стержнем спектакля станет принцип права народов на самоопределение, красной нитью проходящий по всей пьесе. Однако репетиции часто срывались, т.к. творческий процесс превращался в базар, где торгаши предъявляли завышенные требования взамен независимости Косова. Пьеса разваливалась по кускам, трещала по швам. Но благодаря пробивным способностям не очень талантливых режиссеров премьера спектакля все же состоялась, почти все игроки остались довольны.
Постановщики сказали «пора», дали «добро» Гааге, поднялся занавес и под жидкие аплодисменты полусонных зрителей театральные критики международного трибунала заявили, что спектакль состоялся. Нет, Гаага, конечно же, никому не навязывает свое решение, оно, так сказать, консультативно-правовое. То есть при желании косовары могут отказаться от независимости, или же сербы могут первыми от всего сердца поздравить их с историческим событием.
Далее, как принято в повседневной жизни, за дело взялись критики и шаманы второго и третьего уровней, в том числе и наши армянские политпредсказатели. Нашлось лишь несколько здравомыслящих политиков, которые спокойно отнеслись к неновому косовскому явлению в мировой политической культуре. Остальные, как обычно, стали глаголеть о вселенской справедливости и «косовском прецеденте».
А ведь правы западные постановщики спектаклей в жанре геополитики. Правы не потому, что дело косоваров правое, и спектакль «Косово» уникален, не потому, что в мире нет аналогичных уйгурских, абхазских или карабахских пьес. Все дело в том, что режиссеры слишком модерновые, и старые пьесы о независимости и территориальной целостности в каждом конкретном случае ими осмысливаются и спектакли ставятся исключительно в духе времени, т.е. исходя из их шкурных геополитических интересов. В одной постановке Яго может быть представлен злодеем, разрушившим семейную идиллию, а в другой постановке - положительным героем, избавившим бедную Дездемону от мук в объятиях ревнивого мавра. Все зависит от ракурса, точки зрения. Такие режиссеры из одного креста запросто могут сделать две виселицы.
Никто не знает фабулу пьесы, намерений драматургов и режиссеров. Однако политики и политологи делают прогнозы похлеще Ванги и Нострадамуса. Делают вселенские прогнозы, но дают идиотские ответы на элементарный вопрос: «Может ли голая женщина выглядеть интеллигентной»? А ответ ведь прост: «А это ей надо»?
Что ни говорите, а самый серьезный жанр в искусстве - это научная фантастика. Все другие виды искусства помогают человечеству осмыслить свои глупости, дают глоток свежего воздуха в провонявшей атмосфере. А вот фантастика открывает наши глаза на возможное катастрофическое будущее, призывает призадуматься, как спасти катящиеся в бездну человечество и Земной шарик.
Весь фокус в том, что все, что ни предсказывали великие умы - начиная от мифических Икара и Артавазда, далее Леонардо, и кончая Кларком и Азимовым,- сбывалось. Сбывалось через все уменьшающиеся промежутки времени - тысячелетия, столетия, десятилетия... Тут я заставлю себя остановиться. Это уже из другой оперы.
Возвращаясь же к упомянутым выше драматургам и режиссерам жанра геополитики, можно дать даже не математическую, а арифметическую характеристику их натуры: «Если известно, о чем идет речь, то все ясно. Если неизвестно, о чем идет речь, то речь идет о деньгах».
"Собеседник Армении"