Неожиданными результаты муниципальных выборов в Турции назвать нельзя — в целом по стране почти половину голосов взяла правящая Партия справедливости и развития, кемалисты из Республиканской народной партии получили наполовину меньше.
Премьер Эрдоган назвал этот результат своей победой и пообещал врагам нелегкую жизнь.
Правда, есть и нюанс. Эрдоган, конечно же, слегка лукавит, называя результат выборов своей победой. Партия умеренных исламистов Турции находится в серьезном кризисе, который вызван расколом между двумя влиятельными политиками — премьером Эрдоганом и основателем влиятельнейшего движения «Хизмет» Фетхуллахом Гюленом. Линия разлома прошла по всей партии, в которой есть примерно равное количество сторонников каждого из лидеров.
Этот раскол уже вылился в серию жестких конфликтов вроде коррупционного скандала с членами правительства и их родственниками, в результате чего премьера вынудили отправить в отставку целых десять министров. Любопытно, что далеко не все в этом скандале однозначно — есть информация о передергиваниях, а то и прямом обмане в выдвинутых коррупционных обвинениях.
Тем не менее, конфликт есть. Избиратели на нынешних выборах голосовали не персонально за Эрдогана, а за представителей партии на местах, поэтому им не пришлось делать выбор во внутрипартийном конфликте. Уже поэтому попытка премьера трактовать результат как свою личную победу некорректна, хотя и понятно его желание отыграться за предыдущие проблемы и неудачи.
Конфликт с Гюленом носит не личный, а гораздо более серьезный концептуальный характер. Для Эрдогана Турция — это лишь часть огромного тюркоязычного мира, Большого Турана. Он мечтает о лидерстве Турции на этом пространстве и видит ее основой продвижения пантюркизма.
Гюлен более прагматичен и встроен в концепцию американского видения мира, в котором крупные региональные блоки, сколоченные не по цивилизационно-культурному, а регионально-рыночному принципу, признают первенство Соединенных Штатов и выстраивают внутри себя, между собой и с Соединенными Штатами партнерско-подчиненные отношения.
Прошлогодние протесты на Таксиме, которые так напоминают украинский Майдан и каирскую площадь Тахрир, стали для Эрдогана последним предупреждением
Видимо, поэтому он пошел на очень непопулярные и вынужденные мероприятия по закрытию интернет-ресурсов и соцсетей, чтобы сломать сценарий очередной «цветной революции», которая, как считают, могла быть запущена в эти дни.
Однако, скорее всего, ломать Турцию очередной революцией будут не сейчас. Как раз потому, что нынешние выборы не персонализированы и не являются голосованием за доверие лично Эрдогану. Случай запустить события представится летом — когда пройдут президентские выборы. Вот тогда вероятность турецкого Майдана существенно возрастает. Вероятно, летом мы вновь увидим гонения на соцсети и прозападных активистов в Турции.
Однако, есть и другие возможности создать колоссальные проблемы для Эрдогана именно летом. Одна из таких возможностей реализуется прямо сейчас на севере Сирии, где неделю назад группировка боевиков (в значительной части иностранцев-наемников) напала на армянский анклав с центром в городе Кессаб. Зверства по отношению к гражданскому населению, в общем-то уже привычные для Сирии, в этот раз явно выходят даже за имеющиеся рамки. Показательная резня, убийства пленных, детей и стариков, изгнание армян — все это делается с откровенным вызовом и «на публику».
Армянские диаспоры по всему миру бьют тревогу, создано всемирное движение #SaveKessab, влиятельная армянская общественная организация ANSA уже получила ответ из госдепартамента, жестко осуждающий действия боевиков.
Фактически, Турцию хоть сейчас можно привлекать к ответственности за массовую резню, напоминающую геноцид армян. Просто потому, что нападение произошло с ее территории, с помощью ее военных. Армия Турции, не слишком скрываясь, оказывает поддержку боевикам, в частности, недавний инцидент со сбитым сирийским самолетом произошел как раз в этой местности.
Проблема Эрдогана в том, что он может быть просто поставлен своими военными и спецслужбами перед фактом, а реальным заказчиком операции могут быть как раз те, кто теперь ее осуждает. Что никак не снимает с него ответственность за происходящее.
Очень может так статься, что операция на севере Сирии является провокацией, которая не имеет никакого особого значения для сирийской войны (армия Сирии в это самое время уже зачищает банды боевиков, выбивает их из Кессаба, а потери бандитов составляют уже почти 2 тысячи человек). Однако эта же провокация может принести Эрдогану крайне неприятные последствия, если вдруг американские сенаторы и американский госдеп решат расследовать преступления боевиков.
Как раз месяца за два-три вполне реально получить результаты такого расследования и обвинить Эрдогана в преступлениях против человечности. Причем преступление налицо, ничего рисовать или подтягивать не нужно.
Возможен такой вариант? Трудно сказать. Но то, что Эрдоган стал неугоден американским властям, сомневаться не приходится. Как именно его будут убирать, зависит только от тех, кому это поручено.
ЭЛЬ Мюрид, политический аналитик и востоковед, эксперт в области социально-политических событий на Ближнем Востоке
ИТАР-ТАСС