Во время своего визита в Азербайджан премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что не видит "каких-либо препятствий для расширения сотрудничества между двумя странами", и в качестве одного из примеров привел подписанные документы по газопроводному проекту TANAP. В свою очередь и глава Азербайджана Ильхам Алиев отметил, что проект TANAP является "важным шагом по пересмотру мировой энергетической политики". В то же время он констатировал: "Долгие годы обсуждались различные варианты и проекты по доставке азербайджанского газа в Европу, но ни один из них не был реализован". Речь идет об известном проекте NABUCCO, который разрабатывали западные компании с подключением Азербайджана и Турции, и который был предназначен для транспортировки туркменского и азербайджанского газа через Турцию в Европу.
Судьба проекта NABUCCO всегда была под вопросом, прежде всего, в силу своей геополитической нагрузки. На него, как на шампур, нанизывались самые невероятные сценарии установления "нового порядка" в регионе. А Азербайджан связывал с ним надежды на урегулирование карабахского конфликта. Но разменивать свои энергетические ресурсы на решение задач уровня национальных надо уметь: для одних стран фактор энергоресурсов - огромное богатство, для других - национальная трагедия. Конкретно для Азербайджана "нефтегазовая дипломатия" уже оборачивается фактической утратой Карабаха, вероятностью по ходу "арабской весны" расчленения страны или кардинального изменения ее нынешних границ. Кстати, Турция уже испытывает на себе подобное геополитическое давление. Так председатель Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан считает, что TANAP, как и ранее NABUCCO, является политическим проектом, и иностранные компании не будут принимать участие в его реализации. "На протяжении многих лет мы не видели реальных шагов в реализации проекта Транскаспийского газопровода со стороны Запада, - подчеркивает Шабан. - За последние 12 лет еще ни одна западная компания не заявила о своей готовности вложить инвестиции в данный проект. Нет даже заявлений о готовности реализации этого проекта в ближайшем будущем".
Поэтому возникает вопрос: "Откуда у Ильхама Алиева такие амбиции, и почему он полагает, что TANAP заработает и может "приобрести международный статус", тогда как раньше он заявлял, что "этот проект - исключительно турецкий и азербайджанский", и что он будет "реализован своими силами, на свои деньги и собственными техническими возможностями?". Может быть потому, что TANAP поддерживает госдепартамент США, который активно вовлекает страны региона в свой сценарий по Большому Ближнему Востоку. Неслучайно ЕС в отношении TANAP выставил условие, при котором он мог бы поддержать этот проект, - наличие гарантий объемов поставок со стороны Ашхабада. В противном случае он рассматривает свое участие слишком рискованным, как с экономической, но, главным образом, с геополитической точек зрения.
В Европе уже складывается подозрение, что между США, Турцией и Азербайджаном возникает так называемое "большее взаимопонимание", чтобы, с одной стороны, оттеснить Россию с Кавказа, с другой - подменить слабеющие там позиции Европы. Именно в этом может сказаться стратегический просчет Анкары и Баку: ЕС может поддержать независимость рождающегося Курдистана вместе с Карабахом.
Но проблема не только в этом. Нет соглашения об участии в проекте TANAP Туркменистана. Эксперты читают, что без туркменского газа Азербайджан не способен обеспечить планируемую сырьевую нагрузку. Недавно министр энергетики и природных ресурсов Турции Танер Йылдыз посетил с визитом Ашхабад, где он был принят президентом Туркмении Гурбангулы Бердымухамедовым. В ходе переговоров с турецким министром энергетики и природных ресурсов глава Туркмении подчеркнул, что Туркменистан, располагая крупнейшими запасами нефти и газа, "заинтересован в создании надежной, стабильной системы транспортировки энергоресурсов по различным направлениям, в том числе и на европейском". Политические ударения на слова "стабильный" и "надежный" со стороны главы Туркмении звучат не случайно. В данном случае складывается набор парадоксальных ситуаций.
Первый парадокс: по результатам встречи в Ашхабаде министр энергетики и природных ресурсов Турции Йылдыз заявил, что планируется включить Туркменистан в список участников проекта TANAP. Но было бы правильнее, если бы президент Туркмении Бердымухамедов включил бы Турцию в список вероятных потребителей своего газа, поскольку в этот проект он не напрашивается.
Второй парадокс: по словам Йылдыза, ЕС не предпринимает реальных шагов для реализации проекта, тогда как Турция готова принять в нем участие. Но дело в том, что в Брюсселе, как и в Ашхабаде, тоже следят за той волной дестабилизации, которая захлестывает регион Ближнего Востока и не намерены рисковать.
Третий парадокс: на пути предполагаемой транспортировки газа из Туркмении через Азербайджан в Турцию и в Европу масса так называемых "горячих точек", без тушения которых вряд ли кто-либо вложит в средства в этот проект. Поэтому складывается ощущение того, что трубопроводная политика Баку и Анкары отрывается от геополитической реальности.
Наконец, еще одно каспийское государство - Казахстан - не высказывает официальной позиции по проекту. Казахстан является членом Таможенного союза - и потенциальным участником предложенного президентом России Владимиром Путиным проекта по созданию Евразийского экономического союза. У Казахстана - иная историческая судьба.
Вот почему, по словам Шабана, "все, что слышим и видим - заявления различных политических деятелей относительно TANAP - это - одни только политические декларации, а не продвижение вперед в осуществлении проекта". Мы же добавим, что, к сожалению, дипломатия, построенная только на одних политических декларациях, как и было раньше с NABUCCO, создают дополнительную напряженность в регионе, который и без того перегружен различными конфликтами.
ИА REGNUM