Мараликская хлопкопрядильная фабрика способна полностью обеспечить внутренний рынок своей продукцией, заявил корр. "ГА" ее хозяин Акоп АГАБЕКЯН. Нужна поддержка государства. В славные времена на этом колоссальном предприятии трудилось до 1700 человек из разных районов марза. Сегодня здесь трудится 150 человек, принятых на работу условно на год - таков срок тендера для выполнения заказов Минобороны. Не дай бог не выиграть конкурс, говорят текстильщики, все окажемся безработными.
Постприватизационная история
После землетрясения фабрика почти десятилетие пыталась выжить в новых условиях жизни. Экономическая блокада РА сделала свое дело. Крах казался неминуемым, но в 1997г., приватизировав вместе с горисской и сисианской трикотажными фабриками мараликскую, нью-йоркский предприниматель Заре Баласанян создал концерн "Гарни". Местное население воспряло духом, так как других промышленных предприятий в поселке не было.
ПАТРИОТИЧЕСКИ НАСТРОЕННЫЙ Г-Н БАЛАСАНЯН ВЛОЖИЛ В ДЕЛО МНОГО ДОЛЛАРОВ, создал новые цеха, установил немецкое оборудование. Осенью того года у него работало 200 человек. Зимой начались сокращения. Оказалось, на продукцию нет спроса, рынок заполнен туркменской и азербайджанской пряжей. Это был удар конкурентов в лице малых предприятий, которые не признавали никаких правил цивилизованного бизнеса. Для них существовал один - "дикий" закон первоначального накопления капитала. Видимо, этого и не учел наш американский земляк.
Привозное сырье с учетом доставки и уплаты налогов и таможенных пошлин поднимало себестоимость продукции. Кооператорам было выгодно приобретать его у перекупщиков на закавказском коммерческом мосту, связывающем Баграташен и Садахло.
В то время таможня не трогала тех, кто закупал товар в пределах до 500 долларов. Схема была простая: 10-20 человек приобретали нити в пределах этой суммы и сбывали ее одному перекупщику. Этот, в свою очередь, представлял налоговой инспекции документ, скажем, на 200 кг. Остальное - темный лес в теневом рынке, который и наносил непатриотические удары по Маралику и другим фабрикам.
Постприватизационное второе дыхание у похудевшего мараликского колосса открылось после того, когда его возглавил местный житель, кандидат экономических наук Акоп Агабекян. У него был выбор: поступить, как это делали некоторые приватизаторы, новоявленные "капиталисты", продавая по частям уникальное в текстильной промышленности страны строение и станки, купить "Джип", построить особняк и зажить себе припеваючи.
Но такая перспектива ученого производственника не прельстила. Он решил возродить родную фабрику, назвав ее "Найтекс". Главной целью было сохранить кадры, так как многие высококлассные работники уехали. Но как этого добиться, если тендер выигрывается сроком на один год? За это время ты должен обучить работника специальности, получить отдачу, но к моменту, когда он начинает работать самостоятельно, истекает срок тендера. Готовый кадр вынужденно отправляется в отпуск.
Вот здесь и нужна помощь государства - сделать выигранный конкурс сроком на три года.
Сравнения в нашу пользу
Продукция "Найтекса", начиная с пряжно-хлопчатой нити, разных тканей, вафельных и махровых полотенец, трикотажа и пр. по качеству на порядок выше, чем поставляемый на рынок товар из-за границы.
ОРГАНИЗАТОРЫ ТЕКСТИЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА подсчитали: ежегодно в нашу страну завозится турецкая ткань на 10 млн долларов. Если бы местный производитель имел возможность тратить на собственное производство такую сумму, страна имела бы собственную ткань лучшего качества и рабочие места.
Берем кредит - отдаем налоговикам
Когда нет механизма, регулирующего рынок, производитель оказывается в зависимости от многих причин, порождающих неразумные ситуации. А.Агабекян поясняет на примере:
- ВОТ МЫ ПРИВОЗИМ ХЛОПОК. СРАЗУ ПЛАТИМ 20% НДС. Получается, берем кредит на развитие, но отдаем его за привозное сырье. Решение проблемы - снять этот вид налога. Решение поддержит самостоятельность текстильщиков. В этом случае, например, вместо двух, мы могли бы загрузить три машины сырья, что дало бы нам возможность производить больше продукции. Тогда нам и станет легче. В Туркмении к нам более гуманное отношение. Там на таможне платят одну и ту же сумму, независимо от того, вывозишь ты одну или пять машин...
Надеждами на послабления производственнику не выжить. Акоп Агабекян в прошлом году принял нестандартное решение. Если привозное сырье - основа производства и причина дороговизны конечной продукции, нужно иметь свое собственное. Он арендовал 18 га земли, которая дала 20 т хлопка. В этом году увеличил посев еще на 2 га. И если будет хорошая отдача, говорит г-н Агабекян, мы решим проблему сырья.
Идея, реализованная на практике, показала весьма существенную разницу между ввозимым и собственным хлопком - $300. Хлопок, выращенный в Араратской долине, получился значительно дешевле и отменного качества. В безысходной ситуации засветился луч надежды. Мараликская нить тонка и вынослива. Полученная из нее ткань и другая продукция, может быть, и поможет возродиться "Найтексу". Агабекян считает, что развивать легкую промышленность - необходимость, так как только она способна создать массовые рабочие места, особенно для женщин.
Ваге ПАПОЯН, "Голос Армении"