В свое время в Афинах был Верховный суд, члены которого разбирались в законах и неукоснительно применяли их на практике. Существовала даже клятва, которую приносили судьи (гелиасты) перед началом процесса: «Я буду подавать голос сообразно законам. Когда закон будет безмолвствовать, я буду голосовать, следуя своей совести, без пристрастия и без ненависти. Я буду слушать истца и ответчика с одинаковой благосклонностью. Я клянусь в этом Зевсом, Аполлоном и Деметрой. Если я нарушу свою клятву, пусть я погибну со всем своим родом».
Однако плебсу подобное правосудие почему-то не нравилось, и он яростно боролся за то, чтобы заменить действующих судей на преданных не закону, а ему, плебсу. И в конце концов победа была одержана: суд в Афинах начали вершить «верные». Их самое знаменитое решение — смертный приговор Сократу.
СОБЫТИЯ У НАС РАЗВИВАЮТСЯ ПРИМЕРНО ПО АНАЛОГИЧНОМУ СЦЕНАРИЮ. С первого дня захвата власти Пашинян с переменным успехом пытается полностью подчинить себе судебную систему и добиться того, чтобы суд в «реальной Армении» вершили только «верные и преданные».
Не будем в очередной раз перечислять его противозаконные и противоречащие Конституции действия в этом направлении — об этом и так очень много сказано и написано. Однако вынуждены констатировать тот факт, что Пашинян своего добился. Доверием сегодня может пользоваться только судья, который лег перед властью ничком. А судья с принципиальной позицией может заслужить только неприятности. Да и сколько их вообще осталось — судей с принципиальной позицией? Среди судей сегодня почти нет «случайных» людей. И слава Богу! Страшно подумать, что могло бы случиться, если бы, к примеру, право давать санкции на заключение под стражу было предоставлено случайным людям. Но теперь граждане могут спать спокойно. Беда прошла стороной!
А слова «законность», «права человека» и их синонимы вызывают в лучшем случае сардонический смех. У нас теперь все происходит в точности по бессмертному солженицынскому определению: «Топору давали невозбранно рубить. И топор своего дорубится».
Именно с помощью своего «правосудия» Пашинян старается вытоптать вокруг все живое и покрепче ввернуть в головы граждан главный шуруп: забудьте о законах и ваших правах, правосудие в этой стране будет вершиться так, как я того пожелаю. И если завтра, сограждане, вам предъявят какие-то совершенно абсурдные обвинения, не говорите, что мы вас об этом не предупреждали. И не хватайтесь за закон. Порежетесь!
И в этой почти идеальной обстановке власть 12 января отмечала День судебной власти и даже организовала панельную дискуссию на тему «Практические или процессуальные препятствия для соблюдения разумных сроков рассмотрения судебных дел». Как с чувством глубокого удовлетворения отметила министр юстиции Србуи Галян: «Судебная система в Армении очищается».
Ну да, Фемида у нас должна быть чистой, честной и работать в повязке на глазах, то есть наощупь. Пощупала одну сторону — дрянь оппозиционная; пощупала других, а там, Боже правый, сама власть! От таких тактильных ощущений руки у правосудия, разумеется, слабеют, и доказательства вины власти из них выпадают немедленно. Но когда речь зайдет о чуждых элементах, у правосудия должна обнаружиться железная хватка! Найти доказательства там, где не то что доказательств — вообще ничего не было. Материализовать обвинения из воздуха, как джинна.
ВСЕ-ТАКИ НАСТОЯЩИЙ ТАЛАНТ, ПОДЛИННЫЙ БЛЕСК ИНТЕЛЛЕКТА У НАС ДОЛГО СКРЫВАТЬ НЕВОЗМОЖНО. Как бы внешне тих и бесцветен не был обладатель большого ума, как бы не таил он его, но рано или поздно все тайное становится явным, как это и произошло с председателем Высшего судебного совета Артуром Атабекяном. Он, наконец, раскрылся и открыто, с прищуром, с задоринкой заявил: «Задержка в правосудии — это отказ в правосудии».
Ну, это смотря, с какой стороны подойти к вопросу. Сколько времени длятся судебные процессы над вторым и третьим президентами или, скажем, следственные действия в отношении Самвела Карапетяна, которые ведет следственная группа из пятидесяти человек? Осмелится ли председатель ВСС сказать, что это «отказ в правосудии»?
С другой стороны, мы знаем случаи, когда суд общей юрисдикции выносил какое-то не понравившееся властям решение (Добро победило зло? Как по другому поводу сказано у Гоголя: редко, но бывает), прокуратура его обжаловала, а Апелляционный суд мгновенно отменял решение суда первой инстанции, полностью удовлетворив жалобу прокуратуры. А вы говорите — медленно решаются судебной системой вопросы. Это смотря какие вопросы! Выборочное отключение правосудия в нынешней Армении хорошо оттеняется его выборочным включением.
Ну и в очередной раз порадовал Пашинян, конечно. Несмотря на учение о непогрешимости Папы римского, обычай называть всякую новую папскую энциклику исторической и эпохальной в римской курии не привился. В «реальной Армении» ошибка Ватикана наконец-то исправлена. Каждое выступление Никола — историческое и эпохальное событие.
Вот и 12 января он заявил: «Я пытался выяснить, сформулировано ли в нашей реальности следующее понятие — что такое правосудие? Или что такое справедливость? Каково наше общественное восприятие справедливости и правосудия, какую проблему мы хотим решить с помощью справедливости? Сегодня прозвучало выражение «совесть судьи», а что это такое?»
Вы что-нибудь поняли, сограждане? Нет? Вот и хорошо. Потому что никто и не хотел, чтобы было понятно. Отсюда и вся эта словесная ботва.
Понятно, конечно, что Пашиняну чуждо слово «совесть». Совести, как, впрочем, и души у этих личностей нет, в аду для них зарезервирован отдельный круг. И они это знают. Никаких моральных претензий к ним быть не может. Вы же не станете говорить акуле или таракану «Как тебе не стыдно?»
Что же касается справедливости и правосудия… Большинство наших сограждан уверено, что суд призван творить справедливость. Формально они, конечно, не правы. Суд обязан поддерживать законность, которая не может быть тождественна справедливости хотя бы потому, что последнюю часто разные люди понимают совсем по-разному, тогда как законность есть понятие существенно более объективное.
Суд — это процедура и только процедура; приговор суда, вынесенный в полном и безоговорочном соответствии с законом, правосуден — даже если кто-то считает его несправедливым.
НО ПО СУЩЕСТВУ «МНЕНИЕ НАРОДНОЕ» НЕ ОШИБАЕТСЯ. СТРАНА НЕ МОЖЕТ И НЕ ДОЛЖНА уважать свой суд, если его решения часто кажутся несправедливыми, если причины расхождения законности и справедливости решений не выявляются и не исправляются. А питающиеся со властной ладони «верные» судьи Пашиняна залили себе глазки клеем и ведут борьбу за законность без особых юридических рефлексий.
Не говорим уже про действия следственных органов, которые часто носят сугубо фрейдистский характер: в основу обвинения кладутся не факты, а какие-то подсознательные предположения следствия, которые должны теоретически породить эти факты. В результате правосудие при Пашиняне без лишних надгробных речей уже опустили в могилу.
Римляне, первые кодифицировавшие право, знали, что говорили. На этот счет у них была максима: «Правосудие — основа государства». Другими словами, без правосудия государство рухнет. Поэтому сначала правосудие, а уж потом государство. Если это, конечно, правовое государство. Армения при Пашиняне правовым государством быть перестала.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"