Грузино-азербайджанские страсти вокруг монастыря Давид Гареджи никак не улягутся.
Казалось бы, после создания особых комиссий с обеих сторон и первых контактных обсуждений вопроса демаркации и делимитации границы, напряженность постепенно пошла на убыль. Однако, это только казалось. 14 июля в районе монастыря опять произошла стычка грузинских активистов с азербайджанскими пограничниками, в ходе которой чуть ли не произошла стрельба. И сколько бы официальные лица обоих государств не старались по возможности снова сгладить инцидент и представить его в качестве провокации каких-то маргинальных третьих сил, стало ясно, что так просто форсировать проблему и найти ее решение внедрением механизмов чисто административно-технического порядка не получится. Вопрос ведь не в том, как согласовать и провести границу – забором, колючей проволокой или рвом. А в том, что ни одна из сторон в принципе не желает признавать право противоположной считать монастырь частью своего культурного достояния, а земли вокруг него – своей исторической вотчиной. Обе официальные стороны уступать в этом вопросе едва ли хотят, ибо консенсусное разделение монастырской территории и в грузинском, и в азербайджанском обществе будет воспринято в качестве слабости своего правительства и неоправданной уступчивости.
Очевидно, что власти Грузии и Азербайджана в своеобразном ступоре: ведь общественной солидарности и фундамента для консенсусного решения нет. Для ревностно относящегося к своей истории и религиозному наследию грузинского народа претензии азербайджанцев хотя бы на часть монастырского комплекса выглядят смехотворными и несостоятельными (и, надо сказать, не без оснований). Однако ту же убежденность исповедуют и в Азербайджане, считая, что принадлежность Давида Гареджи албанской культуре неоспорима, а, следовательно, грузины должны довольствоваться теми частями монастыря, которые официальный Баку соизволит им оставить.
Словом, официальные стороны, ориентируясь на градус взвинченности своих обществ, стремятся оставаться непреклонными, но с другой стороны пытаются как-то охладить страсти, осознавая, что годами наработанные связи и тесное сотрудничество между государствами может девальвироваться за считанные дни и даже часы.
Как правило, в таких ситуациях к делу подключаются инициаторы всяких альтернативных идей и авторитетные представители интеллигенции. Первые для зондирования почвы на предмет внедрения нестандартных решений, а вторые - ради недопущения межнациональной распри.
К первому случаю относится предложение экс-помощника президента Азербайджана, директора Центра стратегических и международных исследований Эльдара Намазова. Сей эксперт не верит в эффективность созданной совместной комиссии по взаимовыгодному разграничению территории вокруг монастыря и поэтому для спешной разрядки ситуации предлагает превратить комплекс Давид Гареджи во что-то вроде историко-культурного заповедника со статусом трансграничной территории. В таком случае, по Намазову, обе стороны могут считать Давид Гареджи своим собственным достоянием и управлять его территорией и памятниками на равноправной основе путем создания совместного попечительского совета и совместного механизма управления.
Однако, нестандартная идея Намазова насколько интересна в плане оригинальности мышления, настолько же утопична на фоне сложившихся реалий. Помимо того, что она в корне не отвечает ревностному отстаиванию обществами своих непререкаемых прав на единоличное обладание историко-архитектурными памятниками Давид Гареджи, эта инициатива еще и требует годы на выработку необходимой политико-правовой базы, на создание и внедрение механизмов воплощения ее в жизнь, на подготовку обществ к ее приемлемости. Кроме того, она требует необходимых конституционных преобразований и в Грузии, и в Азербайджане, что выводит проблему уже в совершенно иные дебри. В любом случае, предложение Намазова пока еще не удостоилось какого-либо отклика ни в Тбилиси, ни в Баку и осталось сугубо в статусе доброго пожелания с сомнительной перспективой.
И, наконец, нельзя здесь не упомянуть последние воззвания представителей интеллигенции к обоим обществам с призывом остерегаться нагнетания межнациональной розни. Конечно же, дело это весьма благородное и достойное приветствия, к какому бы потенциальному конфликту оно не относилось. Однако, нельзя не отметить формальность этого действа и бессилие таких потуг, поскольку они, судя по содержанию, звучат лишь вдогонку назревшей проблеме, да и то, с традиционным умалчиванием об истинных причинах межнациональных противоречий.
В частности, своим призывом отметился знаменитый артист Вахтанг Кикабидзе. По его словам, последний инцидент на границе вероятно был спланирован некими недоброжелателями грузино-азербайджанской дружбы, и правительствам двух стран следует посмотреть на это дело другими глазами и «устранить любую возможность конфликта». Также Буба напомнил о своей любви к Азербайджану, к его музыке и кухне. Упомянул он и о своем друге Поладе Бюльбюльоглы. За сим сразу же последовал отклик последнего. Бюльбюльоглы выразил согласие с Бубой о наличии каких-то «экстремистов, которые подталкивают к незаконным действиям». И далее в его призыве опять последовали стандартные заверения в дружбе и донебесной любви к Грузии и грузинскому народу, приглашения в Баку на участие в концертах и посиделках, и обещание отвадить много азербайджанских вкусных вкусностей…
Словом, все по стандарту и в наилучших традициях совкового лозунга дружбы народов и межнационального братства. Помнится, когда-то и Союз развалился под дружный хор любвеобильных признаний советской интеллигенции, которая либо не видела и прошляпила, либо сознательно закрывала глаза на огромный массив противоречий, который накопился из-за нечестного и откровенно гадкого поползновения одних на наследие и достояние других.
Конечно же, Буба и Бюльбюльоглы вправе дружить, обожать народы своих друзей, их кухню и музыку. Вправе призывать к спокойствию и излагать собственную точку видения конфликта. Но ведь нельзя же и клеймить возмущенный и бурлящий народ определениями типа «кучка экстремистов», нельзя списывать откровенное возмущение этого народа на «происки третьих сил». Ведь за десятилетия, покуда Кикабидзе с Бюльбюльоглы дружили, пели, коротали время на посиделках и превозносили дружбу народов в тостах, азербайджанская Национальная академия наук в лице десятков псевдоученых корпела над сотнями псевдотрудов по переписыванию, переиначиванию, перекрою исконной истории Давида Гареджи. Пока крепилось совковое братство меж интеллигентами и стратегический союз меж руководством уже суверенных республик, дешевая «бурда» азербайджанских писак была уже не только полностью состряпана, но ею уже и успели накормить весь свой народ. Ведь ныне в Азербайджане не найти уже ни одного разумного ученого, да что там ученого, даже чабана или первоклашку, который бы не утверждал о безотносительности монастыря Давид Гареджи к грузинской истории и культуре.
Кстати, вот последнее подтверждение тому, как азербайджанские бумагомаратели от историографии норовят переплюнуть самих себя и уже перескочить от проблемы исторической принадлежности монастыря на вопрос азербайджанизации собственно всей Грузии. 22 июля, не абы кто, а сам директор Института истории при Национальной академии наук Азербайджана, депутат, академик Ягуб Махмудов по поводу последнего инцидента на границе выдал прессе следующий перл псевдонаучного маразма: «Провокаторам и потворствующим им силам следовало бы знать, что и Кешикчидаг (Давид Гареджи), и Восточная Грузия - исконные азербайджанские земли. Тифлис - древний азербайджанский город».
Не знал ли об этом воровстве истории Бюльбюльоглы, именно на срок пребывания которого в должности министра культуры АР пришлось подавляющее большинство печатного мусора о принадлежности этой жемчужины раннего и средневекового христианства исключительно албанской, а опосредованно и азербайджанской истории?
Конечно же знал и, более того, был причастен к этому по статусу, кроил историю Грузии и вместе с тем заливался елейной трелью о любви к Грузии на посиделках и попойках. Не знал ли об этом Кикабидзе? Очень может быть, что не знал. Но не мешало бы знать, прежде чем обзывать своих же, тех, которые знают и возмущаются, термином «кучка экстремистов».
Впрочем, это дело исключительно Грузии с Азербайджаном и не стоит тут напрашиваться на роль и статус третьей силы, которую предпочитают найти как черную кошку в темной комнате и повесить на нее все грехи и конфликтность нынешний ситуации. А вот то, что ситуация действительно конфликтная, сомнений более нет, сколько бы в Тбилиси и Баку не пытались откреститься от этого.
Богдан Атанесян, https://www.aysor.am/