Премьер Пашинян сказал, что не ставит перед СНБ задачи делать крупные коррупционные разоблачения. В обществе, считает он, есть неверное мнение, что СНБ спонтанно или по его звонку решает, кого и почему проверять, подвергать приводу и задерживать. Почему же в обществе есть такие настроения?
В понедельник премьер Пашинян, беседуя с журналистами в Республиканском центральном cборном пункте, отметил, что перед Службой нацбезопасности не ставится задачи непременно делать крупные и громкие разоблачения. "Я не ставлю таких задач. Я требую стопроцентной законности", — подчеркнул он.
При этом премьер отметил, что в обществе распространено заблуждение, будто СНБ спонтанно или по его личному звонку решает, кого и почему необходимо проверять, подвергать приводу и задерживать. В этой связи он сказал, что любое расследование должно опираться на факты, оперативную информацию и законную необходимость.
Ответ на вопрос о том, почему в обществе распространено такое заблуждение, лежит, возможно, больше в сфере эмоциональной, нежели рациональной. Это самое общество, долгие годы было лишенным права голоса молчаливым очевидцем самых разнообразных, циничных и наглых преступлений и злоупотреблений.
Все знали имена, но назвать их вслух даже не то, чтобы боялись, ведь что ни говори, но свобода слова в Армении была (и остается) почти абсолютной, а просто не было смысла: все равно это не привело бы ни к какому результату.
Теперь, вроде бы, результаты начинают проявляться и, на эмоциональном порыве, люди жаждут условной "крови" – непременного разоблачения и, что важнее, обязательного наказания виновных.
А их, этих виновных, вернее – объявленных таковыми народной молвой, столько, что за всеми сразу не угнаться физически. Вот и создается впечатление, будто органы действуют выборочно, по чьей-то указке, не трогая одних и точечно выдирая из общей массы других. Но это лишь лежащий на поверхности аспект. Есть и другой, не настолько очевидный.
Очень часто соответствующие органы сами невольно подталкивают требующих зрелищ людей к скоропалительным выводам, опережая события поспешными заявлениями. А поскольку мы априори считаем, что официальная информация от силовиков должна быть взвешенной, продуманной и абсолютно правдивой, то и начинаем заблуждаться, немедленно ей веря.
Порой сами органы играют на публику, показывая эффектные кадры или распространяя официальные сообщения в жанре лихого детектива. Уж не знаю, чем это вызвано: некоторой степенью эйфории, которая не обошла и органы, торопливостью, невозможностью устоять перед великим соблазном популизма, желанием отчитаться и понравиться… Скорее всего, тут комбинация движущих причин, но и определенный недостаток профессионализма тоже виден, уж извините.
Вот и возникает у потребителей новостной информации в определенной мере когнитивный диссонанс, когда им сначала показывают захватывающую хронику задержания очень известного человека, потом говорится о проверке на законность найденного у него оружия, которое, в итоге, оказывается законным.
Очень известного человека отпускают восвояси, но ведь люди уже посмотрели документальный фильм с ним в главной роли, иди им теперь объясняй, что к чему. Народ требует следующей серии, и он в своем праве.
Или, допустим, официально говорят, что кто-то растратил деньги, полученные от благотворительности. Все хватаются за головы, начинаются стенания и проклятия, все ждут немедленного (ничего странного, люди в массе своей не хотят ждать ни секунды, подавай им все сей момент) наказания, но выясняется иное.
И вот обнаруживается, что, собственно, растраты-то толком и не было, вернее, юридически она была, но растратчик еще до задержания возместил растраченное из личных средств, его выпускают под символический залог, раз в 15 меньше суммы, которая была заявлена в качестве незаконно израсходованной. И зрители, ожидающие воздаяния по заслугам, опять остаются в недоумении.
Спешка, желание произвести эффект – вот этого у силовых структур быть не должно. Быть может, лучше даже объявить о том или ином крупном деле чуть позже, но зато с полной уверенностью в том, что потом не придется дезавуировать собственные сообщения.
Иначе завтра аудитория может уже не поверить даже абсолютно взвешенной информации, основанной на тысячу раз перепроверенных фактах. Думаю, не стоит напоминать истину о трудности завоевания доверия и легкости, с которой оно теряется.
А то получается, будто первой задачей силовиков становится приведение в восторженное состояние не в меру экзальтированных особей обоих полов. Последних, конечно, немало, но конечная цель работы не восторг, а соблюдение законности.
Рубен Гюльмисарян, https://ru.armeniasputnik.am/