Майк Помпео (Mike Pompeo), избранный в госсекретари лично президентом Дональдом Трампом, заявил, что «мягкой политике» по отношению к России «пришел конец». Слово «пришел» вызывает некоторое недоумение.
Ошибочная риторика, распространяющаяся по всей Америке, гласит, будто жесткую позицию по России Трамп занял лишь недавно. На самом же деле, достаточно одного взгляда на долгий список враждебных заявлений и поступков его администрации против путинской России, чтобы ее опровергнуть.
Начать можно с выдвижений таких «ястребов» как представитель США при ООН Никки Хейли (Nikki Haley) и директор ЦРУ Помпео. Затем перейти к первому ракетному удару США по военной базе путинского союзника в Сирии Башара Асада в апреле 2017. В августе неожиданно закрылись три дипломатических представительства России в США — шаг, охарактеризованный Москвой как «откровенно враждебный». В декабре было принято решение о поставке на Украину смертоносных вооружений. В феврале были атакованы российские наемники в Сирии, что привело к летальным исходам. Гленн Гринвальд (Glenn Greenwald), который, как и я, давно опровергает любые утверждения, будто Трамп — «российская марионетка», в своей колонке в «Интерсепт» (The Intercept), привел слегка иной список антикремлевских действий его администрации.
Почитай «Твиттер» Трампа, выходит, что у него семь пятниц на неделе. За одну только среду он сперва угрожал России «прекрасными, новыми и «умными» ракетами», а потом заявил, что американо-российским отношениям вовсе не обязательно быть настолько плохими, как сейчас. Американцам давно пора привыкнуть к тому, как мало веса Трамп вкладывает в свои слова. Он, подобно заядлому пользователю соцсетей, давит больше на эмоции и четко излагать мысли не склонен.
Его «Твит» про ракеты как бы говорит «Ах, как я зол!», а дальнейшие, кажущиеся примирительными сообщения — «Ну вот, я расстроился». В случае с Трампом куда важнее его поступки или даже сделки. И вот тут уже его никак нельзя назвать пророссийским президентом — им он не был с самого начала, вопреки голословным утверждениям, будто Кремль имеет над ним тайную власть.
Недавние же шаги — крупнейшая за всю историю высылка российских дипломатов в ответ на отравление бывшего российского двойного агента, жесточайшие за всю историю санкции против российского миллиардера и алюминиевого магната Олега Дерипаски, вереница антироссийских карьерных назначений (перевод Помпео в госдепартамент и повышение Джона Болтона до уровня национального советника по безопасности) — лишь продолжают эту цепочку. Это лишь эскалация, а никак не смена политического курса.
Помпео заявил, что «мягкая» российская политика времен Обамы закончилась с избранием Трампа. И в самом деле: Обама ото всех враждебных шагов, предпринятых Трампом, последовательно воздерживался. Разве что тоже выдвигал «ястребов» на ключевые посты, но ни к чему, кроме разочарования, это не привело. То «сейчас», о котором говорит Помпео, началось гораздо раньше, с самого прихода Трампа.
Антикремлевскую риторику трамповского президентства нередко приписывают республиканскому истеблишменту и наущению «опытных советчиков» из его администрации. Но, как отметил мой коллега по «Блумбергу» и выдающийся трамповед Тим О'Брайен (Tim O'Brien), Трамп редко когда сам спрашивает советов и еще реже прислушивается к тем из них, что дадены по собственному почину. Поэтому его российская политика никак не продиктована снаружи.
Президент США хочет громких побед. Однако добиваться их втихую он не собирается. Он требует, чтобы их ему поднесли на блюде, потому что человеку, наделенному высшей властью, они полагаются по статусу. Путин как-то назвал Трампа «ярким» и «талантливым». Это неверно перевели как «выдающийся», и с тех самых пор Трамп полагал, что Путин как политик окажется куда более податлив. «Хорошее начало положено, — заявил Трамп еще во время своей президентской кампании, — он уже признал, что Трамп — гений».
Однако подарков и легких побед от Путина ждать не пришлось. Если ему и была интересна победа Трампа, то сугубо ради смуты в правящих кругах США. И он тоже всегда ведет переговоры с позиции силы, даже если эта сила напускная и по сути всего лишь камуфляж.
Для Трампа и бизнес, и политика — это турнир самцов. Это особенно бросилось в глаза, когда он во время своей кампании всеми силами утверждал свое превосходство над соперниками. Он отпускал снисходительные комментарии, давал им унизительные клички и всячески заострял внимание на их якобы недостатке мужественности. Таким же образом он повел себя с северокорейским лидером Ким Чен-Ыном. То же самое он сейчас пытается провернуть и с Путиным. «Российская экономика нуждается в нашей помощи, и она бы не составила нам особого труда» — «твитнул» Трамп в среду, намереваясь задеть одной этой фразой.
Мачизм Трампа удачно вписывается в воинственную линию республиканцев по отношению к России. Трамп ей подпевает более чем охотно. И вовсе не из-за расследования под руководством спецпрокурора Роберта Мюллера (Robert Mueller). До сих пор на сговор с Россией следователи не обнаружили ни единого намека, но Трамп прекрасно понимает, что расследование никуда не денется, сколько ни бомби Сирию и ни высылай дипломатов. Трамп пыжится доказать, что 400-килограммовая горилла и альфа-самец здесь он, а не Путин.
Логика самцового противостояния такова, что оно неизбежно выливается в драку, если, конечно, одна из сторон не решит уступить. У Путина же талант затягивать те конфликты, которые он не может выиграть тотчас же. Он будет раздувать враждебность, чтобы не прослыть «подстреленной уткой», ведь по конституции, ему остался последний срок на посту российского президента. Кроме того, это противостояние может помочь его давнишней мечте вернуть домой часть утекшего за границу капитала. Его преимущество в том, что он автоматически пересидит Трампа, если того не переизберут в 2020.
Сейчас США и России больше чем когда бы то ни было со времен распада Советского Союза нужно сесть и договориться о правилах своего единоборства. Тлеющее выяснение отношений двух самцов неизбежно приведет лишь к новым столкновениям. Будущее зависит от того, есть ли в командных пунктах Москвы и Вашингтона по-настоящему взрослые люди. И еще — скоординировали ли США и союзники свои действия против Асада с российскими военными, подобно тому, как было сделано в прошлом году? Будем надеяться, что да.
Леонид Бершидский, Bloomberg, США
https://inosmi.ru