Подписанное в Брюсселе соглашение Армении с Евросоюзом с многозначным контентом как самого текста, так и вокруг этого события и с не менее многосторонними последствиями, несомненно, еще долго будет предметом общественных обсуждений. Однако есть здесь еще один аспект, о котором пока еще мало говорится и пишется, сводясь, как правило, лишь к дипломатическому поражению властей Азербайджана.
НЕ СЛУЧАЙНО КАДРЫ С АЛИЕВЫМ, ОДИНОКО И СИРОТЛИВО СТОЯЩИМ В ХОЛЛЕ ЗДАНИЯ "ЕВРОПА" и чувствующим себя явно не в своей тарелке, стремительно набрали популярность в сети как доказательство поражения и евроизоляции бакинских властей. Вместе с тем невозможно не зафиксировать бесспорный факт: впервые за почти 30 лет, в том числе 25 лет интернационализации карабахского противостояния, международное сообщество открыто нарушило трепетно создаваемый, взлелеянный и свято соблюдаемый паритет между сторонами.
Этот паритет, или баланс вины, носящий безусловно порочный и лишь раздувающий конфликт характер, проявлялся на всех его этапах, начиная еще с "сумгаита". Сразу после чудовищной трагедии советское руководство начало предпринимать отчаянные попытки организовать нечто подобное или хотя бы близкое в Армении, дабы получить возможность в равной степени обвинять обе стороны. Не получилось - и вынужденно был создан миф о "погромах азербайджанцев в Капане/Гугарке". Стремление ненароком не подчеркнуть очевидную цивилизационную и ментальную разницу между сторонами было настолько сильным, что не сработало ни убедительное развенчание лжи со стороны КГБ Армении с цифрами и фактами, ни последовавшие страшные события в Кировабаде, Баку, других городах и весях Азербайджана. То, что было совершено уже в 1992 году в окрестностях Агдама, так называемые ходжалинские события, преследовало со стороны бакинского руководства еще и эту цель: установить "баланс вины", противопоставляя произошедшую при весьма сомнительных (хотя сегодня уже четко зафиксированных) обстоятельствах ночную трагедию жителей Ходжалу геноциду в Сумгаите, три дня и три ночи совершаемому в мирных условиях единого государства совершенно открыто, демонстративно, средь бела дня, с участием сотен погромщиков и убийц и при неприкрытом бездействии властей Азербайджана и Кремля.
Поразительно, но эта же тактика была взята на вооружение международным сообществом практически сразу после распада СССР. Период 1988-1991 гг., когда в США и Европе принимались резолюции, отражавшие истинное положение дел в рамках конфликта, быстро сменился явным желанием установить абсолютно равное, несмотря ни на что, отношение к сторонам. Концепция "оба виноваты" стремительно обрела характер целенаправленной политики: игнорируя очевидную абсурдность, ущербность и вредность, ее взяли на вооружение и сопредседатели Минской группы, и европейские структуры.
ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО ПОДРОБНО АНАЛИЗИРОВАТЬ ПРИЧИНЫ ПОДОБНОГО ОТНОШЕНИЯ, связанные как с региональной геополитикой, так и экономическими проектами. Но тот факт, что порочный паритет брал верх даже в самых вопиющих случаях недопустимости равного отношения к сторонам, не подлежит сомнению. Быстренько вычленив из трех признанных государств Южного Кавказа "прогрессивную" Грузию, международное сообщество принялось с завидным упорством вытягивать Азербайджан до уровня Армении и последовательно вести политику сравнения двух стран во всех плоскостях. Яркий пример тому - прием Еревана и Баку в Совет Европы. Хотя всем было ясно, что Армения давно к этому готова и отвечает всем требованиям, а Азербайджан явно отстает, погружаясь в пучину диктатуры, искусственный паритет привел вначале к тому, что тянули с приемом РА, а когда откладывать дальше было уже невозможно, дабы не обидеть поставщика энергоресурсов, приняли одновременно обе страны.
Случаев позорно-паритетного - прежде всего для самой Европы -отношения к сторонам можно привести множество. Баланс нарушался редко - усилиями либо истинных лоббистов, либо откормленных икрой клиентов "ландромата", что особенно выпукло проявлялось в том же Совете Европы. Однако в рамках процесса урегулирования принцип равного отношения к сторонам соблюдался четко и неукоснительно. Даже жуткое преступление в Будапеште в 2004 году, даже трагедия с вертолетом в ноябре 2014 г. и даже апрельская агрессия Азербайджана в 2016 году не привели к значимому изменению риторики сопредседателей. В результате у Алиева создалось ощущение вседозволенности и безнаказанности за совершаемые как внутри собственной страны, так и против армянского народа преступления. Вовсе не случайным было яростное стремление Баку во что бы то ни стало добиться закрытия офиса ОБСЕ в Ереване после ликвидации представительства в Азербайджане - с целью не дать нарушить столь выгодный для агрессора и покровителя убийц баланс.
24 ноября в Брюсселе Европа и западное сообщество демонстративно пошли на нарушение многолетнего паритета. С Арменией было подписано историческое соглашение на фоне того, что с Азербайджаном оно пока только разрабатывается и делаются осторожные намеки, что, возможно, в будущем году последует подписание. Однако в условиях очевидных проблем ЕС с Азербайджаном и этот срок ставится под сомнение. С другой стороны, не исключено, что именно фактор Еревана заставит ЕС ускорить процесс с Баку, параллельно усиливая на Алиева давление в связи с внутренней ситуацией.
МОЖНО УКАЗАТЬ МНОЖЕСТВО ПРИЧИН НЕПАРИТЕТНОГО ПРОРЫВА. Безусловно, стремление Евросоюза получить соглашение с Арменией продиктовано причинами и геополитического характера - в целом исходя из ситуации в Большом регионе и взаимотношений с Россией и возрастающей цивилизационной и политической ролью Армении и Арцаха. Не следует вместе с тем недооценивать и "заслуги" алиевского режима, давно перешедшего все разумные нормы взаимоотношений в цивилизованном мире. Причем касается это и внутренней политики репрессий, и всемерного укрепления диктатуры, и многочисленных разоблачений коррупционной деятельности Азербайджана в Европе и мире, появление которых, кстати говоря, также нужно рассматривать в русле изменения отношения к региону и сторонам конфликта, и ряда других аспектов.
Одинокий диктатор, покрывшийся красными пятнами от непривычной для себя ситуации абсолютного игнорирования всеми и словно жмущийся к дверям здания "Европа", которого "спасает" появление Мамедъярова, - словно собирательное отражение той ситуации, в которой сегодня оказался Алиев, зарвавшийся в своей преступной деятельности и слишком понадеявшийся на силу нефтяного и нефтедолларового фактора. Траурные настроения, царящие в Баку в эти дни, - тому яркое свидетельство.
Разумеется, надеяться, что ситуция с паритетом мгновенно переменится, было бы крайне наивно. Но прорыв в Брюсселе дает слабую надежду на то, что мир перестанет сравнивать несравнимое и начнет выказывать осознание особенностей каждой из сторон - хотя бы в самых значимых и судьбоносных для самой Европы вопросах.
Марина Григорян, "Голос Армении"