В ближайшие дни министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль намерен посетить Турцию, где будет пытаться урегулировать конфликт вокруг базы «Инджирлик». Ранее он обсуждал эту проблему в Вашингтоне с госсекретарем США Рексом Тиллерсоном, рассчитывая на способность американцев нажать на Турцию. Об этом же вела переговоры на недавней встрече лидеров стран — членов НАТО в Брюсселе канцлер Германии Ангела Меркель с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Безуспешно. После немецкое правительство дало Анкаре две недели на то, чтобы закрыть конфликт, связанный с «Инджирликом». И снова ничего.
Анкара обвинила нескольких депутатов Бундестага, которые хотели попасть на базу, в связях с запрещенной в Турции Рабочей партией Курдистана (РПК). Потом потребовала от Берлина предварительно согласовывать с ней список намеревающихся посетить «Инджирлик» депутатов, чтобы в нем не оказались те, «которые открыто поддерживают террористов». Внешне кажется, что резкие заявления, звучащие из Турции и Германии в адрес друга, носят эмоциональный характер и впоследствии между двумя странами отношения нормализируются. Может быть. Хотя Евросоюз принял решение заблокировать финансирование ряда проектов, направленных на дальнейшую интеграцию Турции в ЕС, отказался предоставить турецким гражданам безвизовый режим, начал жестко критиковать Анкару по вопросам прав человека и свободы слова. И раньше бывало нечто подобное, но не было такого накала. По мнению экспертов, нынешний конфликт между Турцией и ЕС можно считать беспрецедентным за последние 30 лет.
Напомним, что в декабре 2015 года — после терактов в Париже — Бундестаг одобрил решение о присоединении Германии к международной коалиции, ведущей вооруженную борьбу против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). На «Инджирлик» были отправлены шесть самолетов-разведчиков «Торнадо», оборудованные специальной оптикой, и один самолет-заправщик Airbus A310 MRTT. Данные немецкой авиаразведки передаются непосредственно в объединенный штаб международной антитеррористической коалиции в Катаре, где находятся еще восемь связных бундесвера. Проблемы с немецким контингентом на базе «Инджирлик» начались в июне 2016 года. После того, как Бундестаг принял резолюцию, в которой события 1915 года в Османской империи были признаны геноцидом армянского народа. Турция расценила эту акцию как предательство, поскольку в годы Первой мировой войны Османская империя и Германия являлись союзниками. Но в Берлине заявили, что существует множество доказательств того, что Германия знала об этнических чистках в отношении армян, проводимых тогдашним правительством младотурок.
Это серьезно подорвало международные позиции Анкары, до сих начисто опровергающей факт геноцида. Однако, по оценке многих германских экспертов, немцы не побоялись взглянули в лицо собственному прошлому и призвали турок также «осознать и свой цивилизационный провал, сделать его частью своего современного исторического и политического сознания». Анкара к подобному ходу событий не была готова. Премьер-министр Турции Бенали Йылдырым заявил, что «Турция найдет соразмерный ответ, но не будет ставить на карту свои тесные отношения с Германией». Ответ действительно последовал: турецкое правительство запретило группе немецких парламентариев посетить «Инджирлик», где дислоцировано около 260 немецких военных. Еще больше проблем между двумя странами возникло после попытки государственного переворота в Турции 15 июля 2016 года. В Германии критично отнеслись к репрессиям, проводимым Эрдоганом внутри страны. Берлин стал предоставлять политическое убежище находящимся в ФРГ турецким военнослужащим. В результате запреты на поездки немецких парламентариев на «Инджирлик» стали следовать один за другим. После того фракция социал-демократов в Бундестаге единогласно проголосовала за перемещение немецких военнослужащих из Турции в Иорданию, Кипр или Кувейт. В ответ министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил, что «если они хотят вывести войска — это их решение, мы не собираемся никого умолять, мы скажем им — до свидания».
Конфликт Берлина с Анкарой обременяет НАТО, где одновременно развиваются сразу два по своей сути одинаковые конфликта: «Инджирлик» между Турцией и Германией и курды между Турцией и США. В дополнение сам Эрдоган выступил недавно за исключение Австрии из всех партнерских программ с НАТО за то, что Вена призывает Брюссель прекратить переговоры с Анкарой о возможном членстве в Евросоюзе. Эксперты ожидают нового витка эскалации напряженности и между турками и американцами в связи с грядущей борьбой за Ракку, к которой США привлекли сирийских курдов. Все это бросает тень на подготовку следующего саммита альянса в 2018 году. Эрдоган пригласил союзников к себе, но Германия, Франция, Нидерланды и Дания выступили за проведение саммита в новой штаб-квартире НАТО в Брюсселе. Их поддержали 18 стран — членов альянса. Окончательное и формальное решение по этому вопросу ожидается на встрече министров обороны стран НАТО в июне.
Западная пресса открыто пишет о растущем отчуждении в отношении Турции, единственной страны НАТО с преимущественно мусульманским населением и обладающей стратегически важным географическим положением, о «расколе внутри альянса в ситуации острых асимметричных мультиполярных рисков для Европы и самого НАТО». На сирийском направлении Анкара сблизилась с Россией и Ираном на фоне ухудшений отношений с США и Германией, что становится устойчивым императивом для западной политики в регионе. При этом утверждается, что «из всех членов НАТО Турция оказалась единственной страной с огромным количеством внутренних вызовов, когда плацдарм в «Инджирлике» стал небезопасным». Плюс к тому, итоги арабо-исламо-американского саммита в Эр-Рияде изменили фокус видения региональных проблем. Возникло много вопросов: какую окончательную форму примет новый военный союз во главе с Эр-Риадом, какое место займет и займет ли Турция в этом альянсе, какое влияние окажет американо-исламский альянс на сирийский кризис, в который турки активно вовлечены?
Парадокс в том, пишет научный сотрудник Американского института предпринимательства Майкл Рубин в американском издании National Review, что «для Запада проблемой становится уже не то, что Турция может покинуть НАТО, а то, что она решит в нем остаться, переваливая на плечи союзников рискованную игру за свое будущее». Так что интрига с участием Турции в НАТО еще только раскручивается. Впереди немало острых сюжетов.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM