С начала года события в зоне карабахского противостояния развиваются с бешеной скоростью. Спустя несколько дней после азербайджанской диверсии 1 февраля, когда Армии обороны Арцаха удалось захватить в плен военнослужащего ВС Азербайджана, армянская сторона вернула труп убитого в конце декабря другого диверсанта. Спустя день, 6 февраля, выстрелом снайпера был убит 20-летний Гор Гарегинян. На следующий день при проведении мониторинга азербайджанская сторона не вывела миссию ОБСЕ на свои передовые рубежи, а сразу после этого был зафиксирован резкий рост напряженности на линии соприкосновения.
БЕЗУСЛОВНО, ЭТОТ РЯД СЛЕДУЕТ РАССМАТРИВАТЬ В ОБЩЕМ КОНТЕКСТЕ внешнеполитических процессов. Куда, несомненно, вписываются и экстрадиция блогера Лапшина со всеми вытекающими отсюда последствиями (или же их отсутствием) для Лукашенко и его бакинских дружка и подружки, и визит Алиева в Брюссель, где ему пришлось вытерпеть немало не слишком приятных минут, но, судя по всему, добиться своей цели в плане нефтегазовых интересов. К тому же и первое, и второе следует рассматривать в рамках российско-азербайджанских взаимоотношений, в частности, в качестве ответа как на публичные заявления Лаврова по Карабаху, так и конфиденциальные - в ходе встречи с Мамедъяровым, ставшие, как известно, причиной отсутствия у последнего оптимизма.
Что касается Евросоюза, отметим высказанную председателем Еврокомиссии практически прямым текстом брезгливость в отношении президента Азербайджана: известный своей прямотой Ж.-К. Юнкер на брифинге заявил журналистам, что хорошая часть дня закончилась, поскольку ему предстоит встреча с Алиевым. Разочаровал главу бакинского режима и председатель Совета Евросоюза Дональд Туск. Во-первых, он все-таки затронул столь ненавистную для диктатора тему нарушений прав человека, во-вторых, заявил о "неустойчивости статус-кво" в Карабахе. Подчеркнем: не о необходимости изменения, что так хотят услышать в Баку, а о неустойчивости. Тем самым, скорее всего, давая понять, что статус-кво надо укреплять и делать более устойчивым путем реализации договоренностей о расширении офиса ОБСЕ и внедрения механизмов расследования приграничных инцидентов.
Все эти политические развития идут своим чередом и будут идти дальше. Однако с точки зрения интересов армянской стороны по-прежнему не может не беспокоить ситуация на передовой - в частности, безнаказанность политики нарушений режима прекращения огня и убийств армянских военнослужащих. Как и продолжение фактического поощрения этой преступной политики посредниками из Минской группы - либо полным отсутствием реакции, либо безадресными и беззубыми заявлениями с трепетным соблюдением порочного паритета. Единственное, чем отметилась "тройка" за прошедшие с нового года месяц и неделю, так это дежурными сообщениями о намерении устроить встречу министров иностранных дел, которыми обменялись российский и американский сопредседатели. По поводу провокаций на границах армянских государств, сопровождавшихся потерями с обеих сторон, убийств военнослужащих снайперами и ответных действий ВС НКР и РА, как и о постоянном взвинчивании ситуации со стороны Баку, они предпочитают молчать.
О ТОМ, ЧЕГО МОЖНО И ЧЕГО НЕ СЛЕДУЕТ ОЖИДАТЬ ОТ МИНСКОЙ ГРУППЫ, говорится и пишется все последние годы. Ясно, что сопредседатели никогда не пойдут на явное нарушение паритета и не укажут на истинного виновника эскалации, как и не будут вмешиваться в конкретные инциденты уже даже заявлениями, что, кстати, раньше все-таки делали. По сути дела, мы видим в действии неоднократные заявления высокопоставленных представителей стран-сопредседателей о том, что стороны сами должны найти возможности решения конфликта, что означает высказанное дипломатическим языком безразличие к тому, что происходит на границах, пусть даже с жертвами с обеих сторон. Именно отсюда нам надо "плясать" и искать варианты реагирования на провокации врага с тем, чтобы максимально снизить риск потерь на передовой. Ибо понятно, что эта ситуация - постоянного провоцирования со стороны Баку и невмешательства посредников - будет продолжаться и дальше, а значимым изменением может быть лишь широкомасштабная война, как это случилось в апреле. В конце концов, если три крупных мировых игрока плюс все авторитетные международные организации не смогли добиться отвода снайперов с передовой и смирились с их присутствием, о каких дипломатических ожиданиях вообще может идти речь?
В ЭТИ ДНИ В АРМЯНСКОМ СЕГМЕНТЕ СОЦСЕТЕЙ ИДУТ АКТИВНЫЕ ДИСКУССИИ о том, надо ли было возвращать труп диверсанта, если Азербайджан практически сразу ответил убийством нашего солдата. Вопрос сложный, имеющий своей предысторией весь ход конфликта начиная с 1988 года. У дилемм такого рода, как правило, нет однозначного ответа. Но один вопрос все-таки возникает: если бы труп не вернули, Гор остался бы жив? У кого-то есть такие гарантии? Отсюда вывод: дело отнюдь не в том, надо ли армянской стороне продолжать придерживаться норм гуманитарного права. Проблема гораздо глубже и шире и лежит в ракурсе общей концепции политики как с точки зрения ее военной составляющей - на передовой, так и дипломатической - в ходе переговоров. То, что изменение тактики армянской стороне необходимо, противник доказывает ежедневно и ежечасно. То, что "несоразмерные ответы", даже с превосходящими в несколько раз потерями азербайджанских ВС, не способ воздействовать на бакинского диктатора, которому откровенно наплевать на собственных солдат, доказано многократно. Что делать в таких условиях - вопрос, заслуживающий безусловного приоритета в первоочередной повестке армянских государств.
Приведем в связи с этим мнение политолога Алена Гевондяна, высказанное в соцсети Фейсбук. Отмечая, что модель противодействия с нашей стороны нуждается, скорее всего, в изменении, он пишет: "Хорошо осознавая все риски и последствия, видимо, давно нужно было исключительно силовым методом принудить противника к адекватному поведению. Возможно, право силы сумеет принудить к тому, что не могут обеспечить "международное право" и дипломатия".
Марина Григорян, "Голос Армении"