Президенты России и Турции Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган обменялись мнениями по телефону. По словам помощника российского лидера Юрия Ушакова, турецкий президент прокомментировал сделанное ранее им заявление по поводу свержения президента Сирии Башара Асада, передает РИА Новости. При этом Ушаков сообщил, что не может сказать, устроило ли Россию объяснение Эрдогана.
Напомним, что президент Турции, выступая на симпозиуме в Стамбуле, объяснил начало армией своей страны военной операции в Сирии тем, что это нужно, чтобы положить конец правлению Асада. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков отметил в этой связи, что для Кремля заявление Эрдогана стало новостью, оно очень серьезное и диссонирует с предыдущими. Более развернутую характеристику сложившейся ситуации дала Смоленская площадь. Заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков отметил, что «заявления президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана вызывают в Москве опасения тем, что Турция может перейти к конкретным военным шагам для смены власти в Арабской Республике». Рябков подчеркнул при этом, что «Москва никогда не питала иллюзий относительно того, какие цели преследуют США и их союзники в Арабской Республике, так как они никогда не скрывались», и напомнил, что «в Вашингтоне и в Анкаре совершенно открыто на разных уровнях заявляли, что будущего Сирии с Асадом в этих столицах не видят».
Ранее ИА REGNUM отмечало, что заявление Эрдогана нуждается в исследовании. Пока первичный анализ ситуации позволяет сделать вывод, что Анкара таким образом реагирует на изменение баланса сил в Сирии, что может проецироваться и на внутриполитическую ситуацию в самой Турции. По мнению главного редактора арабской редакции DW Райнера Золлиха, США и ЕС в отношении Сирии не предпринимают ничего, кроме «заявлений, конференций, которые инициируют разные резолюции», хотя «весь Запад на самом деле причастен к сирийской трагедии». Турция же, ввязавшись в сирийскую войну под предлогом «борьбы с диктатором Асадом», перенесла не только «дугу напряженности» на свою собственную территорию, но и получила два внешних фронта — иракский с сирийский, вызвала на себя огонь ИГИЛ (структура, запрещенная в России), столкнулась с фактором усиления влияния в регионе России и Ирана, актуализировала курдскую проблематику.
На последнем направлении она абсолютно утратила инициативу, что нашло отражение в заявлении, обнародованном по итогам шестичасового ночного заседания Совета национальной безопасности (СНБ) Турции под председательством Эрдогана. В нем отмечается, что Анкара «не допустит создания коридора между кантонами на севере Сирии, которые контролируются сирийской курдской Партией демократического союза (ПДС)». Это с одной стороны. С другой, ее серьезно беспокоит факт «возможного изменения демографической структуры населения северного Ирака в связи с операцией по освобождению от ИГИЛ (структура, запрещенная в России) иракского Мосула. Отмечается, что Турция может принять меры при угрозе своей безопасности, исходящей от действий Рабочей партии Курдистана (РПК) в районе иракского Синджара. Проблема как раз в том, что и в Ираке, и в Сирии Анкара действует в формате возглавляемой США международной коалиции, которая не имеет на это мандата Совета Безопасности ООН. В этой связи Дамаск и Багдад квалифицируют военное присутствие турецких вооруженных сил на своей территории как акт агрессии.
Поэтому нельзя исключать того, что Эрдогану придется напрямую столкнуться с иракской и сирийской армиями. Он мечется. Выступая в Стамбуле на заседании Парламентской ассамблеи НАТО турецкий президент призвал союзников оказать поддержку в борьбе против «всех террористических организаций». По его словам, в первую очередь необходимо противостоять ИГИЛ (структура, запрещенная в России) и РПК. Но это глас вопиющего в пустыне: члены Рабочей партии Курдистана могут свободно передвигаться по странам Европейского союза, а Брюссель обвиняет власти Турции в том, что они под предлогом борьбы с РПК заключают курдских политиков под стражу без разбора. Кстати, на том же заседании действующий председатель ПА НАТО Майкл Тернер призвал «способствовать дальнейшему укреплению сдерживающих сил НАТО за счет увеличения военной силы альянса, развернутой», однако, не в Турции, а «в странах Прибалтики, Польше и Румынии».
Как заявил известный французский эксперт по Ближнему Востоку Фредерик Пишон газете Le Figaro, «судьба Алеппо, возможно, предрешена, Дамаск демонстрирует способность удерживать жизненно важную в экономическом плане территорию по идущей без разрывов оси от южной провинции Эс-Сувайда до Алеппо, где живут более 60% населения страны». На севере Сирии продолжается операция по освобождению города Аль-Баб, который находится в руках боевиков ИГИЛ (структура, запрещенная в России). «На Турции лежит огромная ответственность за воцарившийся на севере Сирии хаос, — утверждает Пишон. — Она оказывала поддержку худшим исламистам на своей территории лишь для того, чтобы не допустить формирования курдской зоны у своих границ. Цель по свержению «тирана Асада» представляется все менее серьезной с учетом исполненных мании величия выходок Эрдогана. Сейчас Анкара, по всей видимости, получила четкий сигнал от Москвы, а условия были обговорены с Путиным. Какие цели на самом деле преследует Турция, нам неизвестно. Создать буферную зону, чтобы не допустить формирования независимого автономного Сирийского Курдистана? Уничтожить «Исламское государство» (сомнительно)? Недавно Эрдоган заявил, что собирается свергнуть Асада. Но это несерьезно, пока там присутствует Россия…»
Как бы то ни было, в Анкаре осознают, что битва за Алеппо может стать поворотным моментом не только в отношениях между Россией и Западом, но и в отношениях между Турцией и Россией. Как дальше будут развиваться эти отношения — предсказать сложно. В любом случае Москва продолжит поддерживать с Анкарой диалог, но «развести» отношения России с Турцией и Турции с Сирией, как предлагает лидер ЛДПР Владимир Жириновский, вряд ли удастся, хотя, по мнению американского издания National Interest, «нынешний баланс на севере Сирии является результатом российско-турецкого соглашения, а не турецко-сирийского»: Дамаск негласно пока соглашается на присутствие турецких войск на своей территории, а Анкара в ответ не вмешивается в события в Алеппо. Если исходить из этих условий, пишет издание, встают следующие вопросы: что будет, когда освободят Алеппо? Станет ли Дамаск громче критиковать Анкару или, напротив, Анкара пойдет в политическое наступление. Войдут ли Багдад и Дамаск в альянс для изгнания со своих территорий турецких войск, или возникнет новая договоренность между курдскими силами, иракским и сирийским правительствами? На фоне таких событий очень важен турецко-российский диалог, который сохраняет перспективу предотвратить вспышку открытой конфронтации между Дамаском и Анкарой.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM