Скандал вокруг последней церемонии вручения ТЭФИ, на которой не объявили со сцены номинанта на премию Манану Асламазян, набирает обороты.
Напомним, что скандалом ознаменовалась вторая часть награждения национальной телевизионной премией ТЭФИ, прошедшая в субботу в Санкт-Петербурге. Возмущение многих членов Академии российского телевидения (АРТ) вызвало то, что на церемонии ее президент Михаил Швыдкой не объявил со сцены, что победителем в самой престижной номинации «За личный вклад в развитие российского телевидения» стала основатель и экс-руководитель российского «Интерньюса» (организации, занимавшейся развитием телевидения) Манана Асламазян.
Журналисты в шоке
Этот факт назвали шокирующим и достойным осуждения известные тележурналисты Светлана Сорокина и Марианна Максимовская, а также главный редактор каналов Russia Today Маргарита Симоньян. Первый президент АРТ Владимир Познер даже заявил, что может покинуть академию в знак несогласия с ее политикой. По его словам, Асламазян внесла неоценимый вклад в развитие регионального телевидения и факт неоглашения ее имени со сцены позорен и связан с политикой. Сам же Михаил Швыдкой заявил, что не озвучил победу Асламазян только потому, что ее не было в зале. А объявление лауреата, который не может выйти на сцену, создало бы «дополнительные проблемы каналу», транслировавшему церемонию.
Почему она уехала
Скандал, из-за которого Асламазян пришлось в итоге покинуть Россию, разгорелся в 2007 году. В январе того года журналистка, возглавлявшая тогда российский «Интерньюс», была задержана при возвращении из Парижа в аэропорт Шереметьево. По данным следствия, при прохождении таможенной границы она не задекларировала в установленном порядке 9550 евро и более 5000 рублей, то есть больше суммы, эквивалентной 10 000 долларов, которую разрешается ввозить без декларации.
Позже сотрудники правоохранительных органов провели выемку документов в организации «Интерньюс», после чего организация прекратила работу. В отношении Асламазян было возбуждено уголовное дело по статье о «контрабанде». Журналистке пришлось жаловаться в Конституционный суд, который встал на ее сторону. Уголовное дело было прекращено и переквалифицировано на статью об административном нарушении — недекларировании валюты. Многие журналисты и эксперты назвали дело против нее политическим.
Манана Асламазян была вынуждена покинуть Россию, а в сентябре 2008 года ее административное дело получило завершение: она была приговорена к штрафу в 1000 рублей. Сейчас Асламазян постоянно проживает в Ереване и занимает должность директора проекта армянского «Интерньюса».
«СМИ нужна свобода»
Сама Манана Асламазян отказывается говорить о возможных причинах того, что ее имя не было озвучено на церемонии ТЭФИ. А вот причины, по которым она сначала стала объектом уголовного преследования, а потом была вынуждена покинуть Россию, напрямую связывает с политикой. «Конечно, я тогда допустила на границе ошибку, но то, какое неадекватное продолжение она получила — выемка серверов в нашей организации, запугивание — это конечно, безусловно связано с политикой, — заявила она „Труду“. — Я полагаю, это было результатом того, что наша некоммерческая организация финансировалась неугодными власти спонсорами, в том числе зарубежными. Также это могло быть связано с тем, что я всегда выступала против контролирования СМИ сверху, за их свободу».
При этом Асламазян говорит, что не считает себя оппозиционным журналистом. «Я лишь поддерживаю либеральные ценности и свободы. И я была и остаюсь оппозиционна глупости, от кого бы она ни исходила, в том числе от власти», — заявила она.
Манана Асламазян заявила о том, что приедет в Россию, чтобы получить награду, которую ей должны вручить на конкурсе «ТЭФИ-Регион», финал которого пройдет в начале 2011 года. Однако работать в Россию не вернется. «Я бы очень хотела работать на родине, в России, но не могу. Это не связано с политикой, просто мне уже скоро 60 лет, и работы в России для меня нет», — пояснила она. Она добавила, что в информационных программах российского телевидения сейчас не видит серьезного анализа. «Нет разных точек зрения, практически нет дискуссий», — пояснила она.
Наталья Корчмарек, "Труд"