Известный российский политолог, глава нью-йоркского представительства Института демократии и сотрудничества, политолог Андраник Мигранян уверен, что евразийскому выбору Армении в обозримой перспективе нет альтернативы. В интервью агентству «Новости-Армения» политолог представил свою позицию о возможных политических процессах в Армении, перспективах карабахского урегулирования, возможных региональных развитиях.
- Господин Мигранян, сегодня власти, как, впрочем, и оппозиция, определились с евразийским внешнеполитическим выбором Армении. Как вы считаете, смирились ли США и их европейские партнеры с потерей Армении или попытки включить Ереван в сферу своего влияния не прекратятся?
- Во-первых, я не думаю, что армянская оппозиция смирилась с тем, что Армения сделала такой геополитический, геоэкономический, геостратегический выбор. Я думаю, что в политике никогда ничего не бывает раз и навсегда. Союзы создаются, а потом они рушатся. Поэтому все будет зависеть от того, насколько успешно пойдет процесс формирования Евразийского союза, насколько Армения будет себя комфортно чувствовать в рамках этой структуры. Но на данном этапе, и в обозримой перспективе я думаю, что этому выбору нет серьезной альтернативы, хотя считаю, что, конечно, борьба будет продолжаться как всегда.
- Допускаете ли вы вероятность создания очага напряженности в нашем регионе в контексте противостояния между Россией и Западом? Было ли летнее обострение ситуации на армяно-азербайджанской границе связано с этим противостоянием, или Баку просто пытался воспользоваться подвернувшимся случаем?
- Мне кажется, что на границе Карабаха с Азербайджаном, и на армянской границе столкновения бывают постоянно, иногда более интенсивно, иногда менее, но это не имеет прямого отношения к армянскому выбору в пользу Евразийского союза.
Здесь может быть другое... Кто-то на одном из моих выступлений остроумно сказал, что Россия выкинула многие западные фонды и организации, которые занимаются продвижением демократии, и, следовательно, освободились денежные средства, какая-то часть этих средств приходит в Армению. Не исключено, что здесь будет активизация некоторых структур, которые получают гранты и которые будут отрабатывать эти гранты. Не исключено, что будут организовываться антивластные выступления, предъявляться какие-то требования, а это всегда идет на постсоветском пространстве и не только там, под знаменами борьбы за демократию, за демократический выбор, за европейские ценности, и так далее, и так далее. Потому что, какая-то группа людей, которая недовольна и Россией, и политическими режимами, которые поддерживают хорошие отношения с Россией, присваивает себе монопольное право на европейские ценности и обвиняет всех остальных в том, что они нарушают или не уважают эти ценности. Так что, вот это возможно. Некое обострение в Армении или, скажем, перегруппировка политических сил и даже оппозиции говорит о том, что в принципе есть поле для работы с этими силами. Я думаю, что армянские власти должны воспринять это очень серьезно, и союзники Армении тоже должны воспринимать это очень серьезно.
- Как вы считаете, могут ли страны-сопредседатели МГ ОБСЕ в новых условиях выступать с единых позиций в карабахском процессе?
- Понимаете, мне много раз приходилось и писать и говорить по этому вопросу. Если даже они будут выступать с единых позиций, чем занимались много лет, все равно окончательный документ никогда не будет приемлем для сторон, о чем свидетельствуют постоянные попытки Азербайджана дезавуировать даже те соглашения, которые уже достигнуты и, вроде бы, надо уже их подписывать, как это было в Казани. Поэтому я думаю, что в обозримой перспективе ожидать каких-то серьезных, существенных сдвигов на дипломатическом фронте не следует.
– Иными словами, от сопредседателей мало что зависит, и все в руках сторон конфликта?
– Да, абсолютно, от них мало что зависит. Хотя, вы знаете, тут ведь вовлечены фактически все главные центры силы –Франция, США, Россия, и важно, что они, продолжая этот дипломатический процесс, фактически в какой-то степени устраняют, или, по крайней мере, уменьшают угрозу новой войны. Вот в этом аспекте их роль можно считать очень полезной и позитивной.
- Так называемая «русская угроза» сегодня активно используется для консолидации стран НАТО. Как вы считаете, стоит ли ожидать дальнейшего расширения Альянса, в том числе за счет бывших советских республик? В частности, возможно ли вступление в НАТО Грузии?
- Надеюсь, что нет. В 2007 году американцы хотели пригласить и Грузию, и Украину, но Германия и Франция заняли очень жесткую позицию. Я думаю, что даже сейчас, в связи с украинскими событиями многие серьезные аналитики стали писать, что когда НАТО расширяла свои ряды и интегрировала туда всякий «мусор», никто не думал, что за это надо платить и реально и серьезно их защищать. И что, взять на себя еще одну обузу, о защите которой вряд может идти речь? Я очень плохо себе представляю американцев, французов, которые воюют в Грузии, в интересах Грузии против абхазов или осетин, или против России. Я думаю, что, скорее всего, этим странам могут дать какой-то статус. Вот сейчас Киев хотел иметь какой-то привилегированный статус с НАТО или с США. Ведь не все страны, которые пользуются американской поддержкой, являются членами НАТО, например, Южная Корея или Япония, есть еще ряд других стран. Какой-то статус могут дать, но прямо расширять НАТО именно на этот регион, - нет, я не вижу для этого предпосылок.
Новости-Армения