Судьба «Карфура» в Армении получает различные толкования, и обусловлено это не только ожиданием, но и постановкой многих вопросов. Многие спрашивают – а какая разница, какой именно гипер- или супермаркет станет помехой для средних и малых магазинов, иностранный или родного олигарха? И что изменится с появлением «Карфура», если в Армении уже имеется вполне разветвленная сеть этих мелкорозничных «маркетов»?
Вопросы эти, хоть и к месту, но не очень актуальны, если вглядеться в политико-экономическую ситуацию. В Армении олигархи властвуют над всем мелко- и крупнорозничным рынком и, поскольку они давно взяли еще и власть, то действуют по принципу «делаем, что хотим».
Нужен равноценный крупный игрок, способный играть по другим правилам и противостоять играющим по своим олигархам. «Карфур» является таким игроком, который может сформировать некоторую конкуренцию, и принцип «делаем, что хотим» может, как минимум, пошатнуться. Другой вопрос, как этим воспользуется государство, общество и, в первую очередь, власть – сумеют ли они использовать ситуацию и развить конкурентное поле.
Наивно полагать, что появление «Карфура» решит структурные вопросы армянской экономики. Имеющаяся сеть супермаркетов требует, мягко говоря, улучшения, а этому может помочь появление мирового бренда. Не секрет, что в подавляющем большинстве армянских супер- и гипермаркетов процветает культура не только обслуживания, но и обмана. Обманывают в цене, сроках годности, кассовыми чеками. Это тоже вписывается в принцип «делаем, что хотим».
Проблема «Карфура» имеет и довольно серьезное политическое значение. Криминально-олигархические структуры практически полностью присвоили экономику, которая квотирована между ними и их родственниками. Есть два варианта демонтажа этой системы: либо мгновенное раскулачивание, что вряд ли возымеет благоприятный эффект как в политическом, так и в экономическом смысле, либо – структурные изменения, основанные на конкретных шагах, а не на их имитации, с помощью законных методов.
Говоря теоретически, в случае структурных изменений появляется риск олигархического шантажа или саботажа, поскольку они не захотят уступать свои монопольные и олигопольные позиции, добровольно отдав власть и привилегии. Достаточно, например, чтобы какой-либо олигарх всего несколько часов манипулировал ценами на сахар, чтобы в стране возникла почти военная паника. Можно представить, что произойдет, если эти манипуляции будут продолжаться несколько дней или недель.
Для уничтожения или, хотя бы, ослабления этого оружия шантажа у государства есть два инструмента. Первый, конечно, карающий-силовой-правовой, когда олигархов просто сажают в тюрьму за творимое ими беззаконие. Однако этот метод не может быть эффективным из-за наличествующего преступного сращения бизнеса и власти.
Следовательно, параллельно с первым, должен использоваться и второй инструмент – увеличение в экономике объемов «не-криминально-олигархического» капитала. Желательно, конечно, за счет увеличения удельного веса малого и среднего бизнеса, но, поскольку власть в Армении олигархическая, то они легко подавят любые попытки оздоровления экономики посредством МСБ.
Следовательно, формирование «параллельной экономики» или «параллельного капитала» должно происходить с вовлечением в процесс представителей всемирного бизнеса, имеющих огромный потенциал. И должно это происходить во всех сферах – в торговле, в услугах и в промышленности.
Существует опасность, что государство и общество попадут в зависимость от сильных мира сего. Но неужели кто-нибудь полагает, что опирающаяся на олигархию Армения менее подвержена внешнему влиянию? Для строительства собственных успехов Армения должна обязательно интегрироваться со всемирной цивилизацией. Никто не призывает принимать все мировые ценности как догму, но этого влияния не надо бояться, надо всего лишь использовать ситуацию, чтобы выбраться из болота и начать развиваться.
Акоп Бадалян
lragir.am