ГЕОСТРАТЕГИЯ «АНАКОНДА»
17 сентября 1998 года вышла в свет одна из самых нашумевших монографий современности – «Великая шахматная доска», в которой бывший советник президента Джимми Картера - Збигнев Бзежинский, обрисовал основные контуры будущего мироустройства под главенством Соединенных Штатов Америки. Примечательно, что в немецком переводе книга называется «Единственная супердержава» («Die einzige Weltmacht»). Нет сомнений, что именно подобная формулировка определяет идеологическую концепцию американской внешней политики – мировой гегемонизм. В своей работе Бжезинский обозначает основные приоритеты Вашингтона на ближайшие 50 лет: «Евразия, на которой проживает 75% населения мира, и на которой располагаются 3/4 всех мировых энергетических запасов - является ключом к мировому господству» - утверждает автор. С данным утверждением трудно не согласиться, факты есть факты.
В контексте «Битвы за Евразию» США ведут борьбу за основные геостратегические регионы, одним из которых является Южный Кавказ. Из стратегии национальной безопасности становится ясно, что Южный Кавказ - рассматривается как геостратегический стержень, связывающий Европу и Ближний Восток с Центральной Азией и Афганистаном. С начала распада СССР ведущие мозговые центры США, такие как Институт политических исследований Бейкера, Центр Каспийских исследований и Центр политических исследований при фонде Ричарда Никсона разработали идеологическую стратегию в борьбе против основных конкурентов, получившая название «Анаконда».
Один из идеологов данной стратегии полковник вооруженных сил США Джон Чики охарактеризовал данную стратегию как, эффективный способ сжатия геополитического пространство, путем создания сети военных баз и развертывание системы ПРО. Следовательно, Южный Кавказ – является не только основным «связующим» узлом в контексте региональной политики США, но и основным плацдармом для сжатия жизненного пространства основных идеологических и геополитических противников США – России и Ирана.
О том, что «Битва за Евразию» является жизненно важным приоритетом для Белого Дома, недавно заявила госсекретарь Хилари Клинтон. «Существует движение в сторону ресоветизации региона. Это не будет называться именно так. Это будет называться Таможенным союзом, это будет называться Евразийским союзом и всё в таком роде. Не будем заблуждаться на этот счет. Мы знаем, в чем заключается цель, и мы стараемся разработать эффективные способы того, как замедлить или предотвратить это» - дословно цитирует госсекретаря известная Financial Times.
АРМЕНИЯ В ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ КОНЦЕПЦИИ США
Еще в начале 90-х годов Белый Дом активно поддерживал создание целой цепи влиятельных армянских организаций, которые должны были сыграть роль связующих мостов между Вашингтоном и независимой Арменией. Подобная политическая стратегия была выбрана не случайно, официальный Вашингтон пытался использовать аналогичный опыт в налаживании отношений с рядом государств, используя количественный и качественный фактор этнических диаспор. Примером успешного применения данной стратегии стали Израиль, Ирландия и Италия.
Неудивительно, что именно США первыми официально признали независимость Республики Армения, основав в Ереване самое крупное на то время посольство в мире (позже посольство в Армении – стало вторым по величине, после реорганизации дипломатических миссий США в Ираке). Кроме того, именно после установления двусторонних отношений, демократ Френк Паллоне и республиканец Эдвард Портер основали в Конгрессе группу по армянским делам, получившую название Armenian Caucus и объединяющую сегодня более пятидесяти авторитетных политиков страны.
Как и в случае с Израилем, первоначальный этап двусторонних отношений развивался по двум направлениям: оказание финансовой и гуманитарной поддержки Армении и де-факто оказание политической поддержки Нагорно-Карабахской Республике. Подобная геополитическая стратегия давала определенные успехи армянской стороне, например принятие в 1992 году поправки 907 к «Акту в поддержку свободы», которая запрещала оказывать военно-техническую и финансовую поддержку Азербайджану и принятие резолюции по оказанию финансовой поддержки Нагорно-Карабахской Республике.
Другой не менее важный законодательный акт, определяющий политическую линию США, был принят в ноябре 1997 года. Данный акт предусматривал официальную финансовую поддержку НКР, а также дополнительную выплату около 12 млн. долларов на реконструкцию и восстановление. Данный акт также подтвердил запрет на большинство видов помощи, оказываемой правительству Азербайджана. О том, что столь значимый успех был не только достижением армянского лобби, но и вектором официальной внешней политики – стал факт принятия каждого из акта абсолютным большинством как в Палате Представителей, так и в Сенате. Таким образом, на сегодняшний день, США – юридически не признающие независимость НКР, по сути являются единственным в мире государством, оказывающим ему государственную финансовую поддержку.
Кроме того, официальным Вашингтон мог бы довольно легко «зарубить» данные акты, как в случае с резолюциями по признанию факта Геноцида армян, однако ни одна из «карабахских» резолюций не встретила никакого сопротивления. Сегодня Белый Дом играет в двухуровневую игру, предполагающую с одной стороны усиление армянского лобби (последние выборы в Конгресс, назначение Эвдварда Ройса на пост председателя Палаты Представителей, возможное назначение Джона Керри на пост госсекретаря), с другой активное включение Армении в программы НАТО с целью максимального дистанцирования Еревана от Евразийского проекта. Не случайно, американский и европейский истеблишмент недвусмысленно намекают Еревану на «необратимые» последствия вступления в Евразийский союз.
Армении удается сохранять стратегические союзы с Россией и Ираном, параллельно получая военную поддержку от США и Китая, с одновременным участием в миротворческих программах НАТО. Однако уже сегодня необходимо учитывать геополитическое положение в регионе, в контексте которого разворачивается «Битва за Евразию». При самом благоприятном развитии событий Ереван будет вынужден расширить свое сотрудничество с США и НАТО, дабы не допустить использования Турцией и Азербайджаном инструментов Североатлантического альянса против себя.
Данный сценарий практически сводит на нет комплементарную политику Армении. Подобное развитие сотрудничества с «Западом» напрямую затрагивает стратегические отношения с Москвой. Россия, в свою очередь, должна четко расставить собственные внешнеполитические приоритеты, продвигая собственные проекты, отражающие четкие принципы взаимоотношений с Арменией, как с единственным стратегическим партнером на Южном Кавказе.
Галстян Арег, «time to analyze» - politics, society, and ideas