Интервью с директором Армянского центра стратегических и национальных исследований Манвелом Саркисяном
- Господин Саркисян, в преддверии 20-летия независимости хотелось бы подвести итоги: что удалось сделать, достигли ли мы независимости, особенно, от России?
- Вопросы сугубо независимости следует рассматривать отдельно от России и дружбы с ней. Вопрос в том, как вообще люди относятся к независимости, может ли место российской империи занять другая, и какая будет разница. Дело же не в русофилии, а в ценностях. Граждане Армении относятся к независимости весьма не однозначно. И дело не в социальных достижениях, хотя при их наличии люди ощутили бы цену независимости и ее преимущества. Но поскольку эти ожидания не оправдались, реалии, которые сформировались в Армении спустя 20 лет, сформировали разобщенность мнений, которую действительно следует осмыслить.
Я беседовал со многими специалистами, в том числе, российскими, которые часто спрашивали, как люди относятся к независимости. Мне кажется, когда мы жили в большой советской стране, где было куда ездить, расти, Армения рассматривалась как страна, где психологическое пространство сужается. Думаю, потеря пространства вызвала определенный дискомфорт. Мне кажется, армяне (не знаю, как другие) любят большие пространства, и стремление многих ездить на заработки за границу обусловлено именно этим.
- Но ведь независимое, демократическое государство предполагает совершенно иные ценности.
- Является ли независимость традиционной ценностью для армян? Ощущение такое, что защищенность как категория важнее для армян, чем свобода. Отсюда и безразличие к независимости. Люди готовы пожертвовать свободой ради внешнего гаранта безопасности, и поиски патрона рассматриваются как ценность.
Европейские народы, сталкиваясь с какими-то проблемами, интуитивно оглядываются, чтобы найти тех, у кого те же проблемы, объединить усилия и вместе их решить. Армяне же начинают искать патронаж.
Сейчас это Россия, 300 лет назад это была Персия, до этого Византия. Сейчас большинство проблем решается через патрона. С Россией это получается проще, чем, скажем, с Европой. Сотни тысяч людей находят там работу, и все это начинает рассматриваться как ценность.
- Во время выборов Россия напрямую поддерживает власть в Армении. Может, потому, что они являются носителями прорусской ориентации?
- В России свои политические традиции, и поддерживает она сообразно своим представлениям. Когда в 2004 году в Армении произошли известные события, многие открыто говорили – пойдем к русским, получим поддержку, и это принималось как данность. То есть, если поддерживают власть – это плохо, а если оппозицию – хорошо? Это не так. Я не согласен с тем, что Армения страдает русофилией, думаю, вопрос в вечном стремлении найти патрона.
- Почему Грузия ищет патронов на Западе?
- 2000 лет назад было сказано – блажен народ, у которого Господь есть Бог. Если господь тебе не Бог, а кто-то другой, то горе тебе. Потому мы и не блаженны. Пока мы не поймем, что только так можно почувствовать себя защищенными, ничего не измениться. Армяне – народ хоть и церковный, но неверующий. Мы не уповаем на Бога и на себя, как говорит Бог, и ищем господ в другом месте.
Тысячи людей в Армении живут совершенно по-другому, уповая только на себя. Но это понимание не доминантно, особенно, в политических кругах.
- Какие достижения независимости вы могли бы отметить?
- Достижения наши связаны с путем, каким мы обрели независимость – войной. Это очень важно, потому что за это отданы жизни. Не знаю, не будь этого, остались бы в Армении жить люди?
- Думаете, люди уезжают от разочарования?
- Политика у нас строится на лжи, большинство политических сил убеждены, что ложь – мощное политическое оружие, и обман тоже стал ценностью. Кому-то эта атмосфера не нравится, и они уезжают, а кто-то укрепляет ее, потому что она близка им, и начинается распад страны.
В Грузии начинается процесс преодоления этого синдрома. Нация претерпела коллапс, грузины осознали, что они не являются нацией и теряют страну. От одного дуновения с гор все развалилось – армия, государство, и они поняли, что к этому привело то, что живут они во лжи и фальши, теперь они пытаются преодолеть это.
Казалось бы, после войны нам тоже следовало это понять, но попытки преодолеть это были перекрыты хватничеством, «кидательством», побегом и оправданием. Это уже становится национальной философией, которая отравила всех – начиная с академии и кончая общественным сектором.
- Как выбраться из этой среды?
- Только желание. В Армении отсутствие желания является серьезнейшей проблемой. Это ложное достоинство – ничего, что я не прав, зато это мое. Низший уровень сознания, это называется психологическая западня – когда человек понимает, что умирает в таком состоянии, но думает, что лучше умереть, чем изменить положение.
Сирануш Папян, http://lragir.am/