В среду Центральная избирательная комиссия разрешила Генеральной прокуратуре предъявить обвинение второму президенту Армении, лидеру блока «Армения» Роберту Кочаряну. Адвокат Арам Орбелян сообщил, что речь идет об обвинении по статье о злоупотреблении должностными полномочиями. Перед заседанием адвокат раскрыл некоторые детали дела. По его словам, обвинение связано с одним из решений правительства, принятым в 2004 году, а также с последующими сделками, совершенными в период президентства Кочаряна. «В этом процессе нет никакого криминала», — подчеркнул Орбелян.
Никол Пашинян как до выборов, так и после публикации их результатов неоднократно угрожал, что трое лидеров оппозиции будут осуждены на десять лет лишения свободы. Создается впечатление, что премьер-министр страдает раздвоением личности: в один день он обещает судить оппозиционеров и даже называет сроки наказания, а на следующий во время брифинга отвечает удивленным журналистам: «Какое отношение я имею к прокуратуре и правоохранительным органам, что вы задаете мне вопросы, касающиеся их?» При этом он добавляет, что его слова о «разгроме» следует понимать исключительно в рамках закона.
Несмотря на то что генеральный прокурор Анна Вардапетян обратилась в ЦИК с ходатайством о лишении Роберта Кочаряна неприкосновенности, правоохранительные органы, по всей видимости, избегают подробно раскрывать суть обвинения. Дело выглядит настолько искусственным и нелогичным, что даже в прокуратуре понимают: привлечение Кочаряна к ответственности по такому основанию может выглядеть абсурдно.
Как выяснилось, прокуратура считает злоупотреблением должностными полномочиями тот факт, что в 2004 году правительство приняло решение о выдаче разрешения на строительство на определенных территориях, а президент, исполняя свои конституционные обязанности, утвердил это решение своей подписью.
По этому поводу газета «Грапарак» побеседовала с адвокатом Александром Кочубаевым.
— За подпись под решением правительства о разрешении на строительство на определенной территории в 2004 году ЦИК лишила Роберта Кочаряна неприкосновенности. Очевидно, что дело имеет политический подтекст, и они собираются разыграть очередное шоу. А правоохранители исполняют очередной политический заказ. Как вы оцениваете происходящее?
— Я не знаком со всеми материалами дела. Однако информации, уже появившейся в СМИ, достаточно, чтобы сделать вывод: мы имеем дело скорее с попыткой повлиять на политические процессы, чем с полноценным правовым разбирательством. Следует помнить, что в 2004 году Армения была президентской республикой, а подпись президента под решениями правительства являлась обязательным элементом процедуры. Согласно Конституции 1995–2005 годов, президент был обязан заверять своей подписью решения правительства. Речь не идет о решении, принятом президентом по собственной инициативе: он лишь утверждал акт, который уже был принят правительством. Если в этой сделке действительно существовали нарушения, то логично было бы прежде всего задавать вопросы членам правительства, поскольку именно правительство принимало решение коллегиально. Игнорировать этот факт и сразу предъявлять обвинение президенту, добиваясь лишения его неприкосновенности, — значит действовать вне правовой логики.
— Получается, что по такой логике против Кочаряна можно выдвинуть множество обвинений, связанных практически с любым решением, утвержденным за десять лет его президентства?
— В условиях президентской республики правительство не обладало полной функциональной самостоятельностью. Ни одно его решение де-юре не вступало в силу без подписи президента Республики Армения. Поэтому невозможно найти решение правительства того периода, которое не было бы заверено президентом. Это была установленная Конституцией процедура. Как минимум до 20 ноября 2005 года, когда институт повторного заверения прекратил существование, все решения правительства подлежали обязательному утверждению президентом.
— Власти во главе с Николом Пашиняном уже восемь лет обвиняют Роберта Кочаряна в событиях 1 марта 2008 года и трагедии 27 октября 1999 года. Сегодня же второго президента обвиняют фактически из-за решения, связанного со строительством. Фактически получается, что прежние обвинения оказались несостоятельными и они ухватились за банальное дело? ... Можем ли мы сказать, что Никол Пашинян и его депутаты — обычные клеветники и не более того?
— Если бы Роберт Кочарян действительно был причастен к событиям 1 марта или совершил какое-либо уголовное преступление, то восьми лет более чем достаточно для вынесения судебного приговора, подтверждающего эти факты. Однако таких приговоров нет. Есть политические заявления, версии и подозрения, но нет судебно установленной реальности. Кроме того, нельзя объяснять эту ситуацию исключительно состоянием судебно-правовой системы. Напомню, что статья, ранее вменявшаяся Кочаряну, была признана антиконституционной уже новым составом Конституционного суда, который, как утверждают представители власти, был реформирован именно ими. Поэтому перекладывать ответственность на судебную систему также нелогично. На мой взгляд, все эти процессы направлены прежде всего на воздействие на политическую повестку. Говорить здесь о полноценном правовом анализе бессмысленно. Более того, Конституция предусматривает специальные гарантии неприкосновенности для президентов. Однако в нашей стране конституционно-правовые принципы игнорируются.
Айк Геворгян, https://hraparak.am/
ПРОЧИТАЛ САМ – ПОДЕЛИСЬ С ДРУГОМ! 1000 взносов по 500 рублей – лучшая поддержка — СПАСИБО ВСЕМ! –
https://dzen.ru/yerkramas?donate=true