Споры вокруг того, должна ли оппозиция принимать свои мандаты или отказаться от них, приобретают все более оживленный характер. Между тем складывается впечатление, что сама постановка вопроса является в известной степени ложной. Ибо речь сегодня идет вовсе не о мандатах.
Мандаты — лишь один из эпизодов разворачивающегося политического процесса. Гораздо важнее понять, какое место в этом процессе отводится самой оппозиции.
СУДЯ ПО ВСЕМУ, РЕЧЬ ИДЕТ НЕ О ЕЕ УЧАСТИИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ, А О ПОСТЕПЕННОМ ВЫТЕСНЕНИИ ИЗ НЕЕ.
На первый взгляд подобное утверждение может показаться чрезмерным. Однако попробуем сопоставить факты.
С одной стороны, оппозицию убеждают принять мандаты. С другой — одновременно разворачивается кампания по оспариванию политической легитимности тех сил, которые получили поддержку значительной части протестного электората.
Особенно показательна в этом отношении позиция партии «Во имя Республики» и ее лидера Армана Бабаджаняна, явно действующего в интересах Никола Пашиняна. Формально речь идет об оспаривании итогов выборов в Конституционном суде. Однако содержание заявлений значительно шире. Под сомнение ставятся не отдельные нарушения, а вся политическая и общественная среда, в которой проходили выборы.
Возникает закономерный вопрос: если проблема заключается не только в подсчете голосов, а во всей системе формирования результата, то к каким выводам должна привести подобная логика?
Ответ очевиден: к постановке под сомнение легитимности нынешнего парламента в целом.
Но тогда возникает следующий вопрос: кому именно не подходит нынешняя конфигурация Национального собрания?
Прежде всего тем, для кого наличие сильной оппозиции становится препятствием в реализации долгосрочных политических задач.
Речь идет не только о власти.
Существующий парламент объективно осложняет проведение решений, связанных с изменением Конституции, армяно-турецкой нормализацией, выполнением требований Азербайджана, территориальным размежеванием и дальнейшей геополитической трансформацией региона. В подобных условиях блок «Армения» Роберта Кочаряна и «Сильная Армения» Самвела Карапетяна становятся не просто парламентскими фракциями, а фактором, который необходимо нейтрализовать.
И здесь особое значение приобретают заявления самого Никола Пашиняна.
Выступая 16 июня в Национальном собрании, премьер-министр заявил, что необходимо создать гарантии, исключающие политическое влияние сил, раздававших предвыборные взятки. Однако этим дело не ограничилось.
Пашинян прямо заявил, что нынешняя парламентская оппозиция сформировалась в результате «полностью незаконной деятельности» и что государство имеет право лишить соответствующие круги возможности заниматься политической деятельностью.
Следует признать: подобные заявления невозможно рассматривать как обычную политическую полемику.
Фактически была обозначена целая политическая концепция.
Складывается впечатление, что общество постепенно готовят к гораздо более масштабному сценарию. Сначала будет объявлено, что нынешний парламент не отражает реальных политических настроений. Затем оппозиция будет объявлена продуктом незаконной деятельности. Далее её (оппозицию) свяжут с криминально-олигархической системой и внешним влиянием. Затем будет поставлен вопрос о необходимости его переформатирования. После этого появится идея досрочных выборов. А еще раньше — новые законодательные ограничения, позволяющие решить, какие политические силы имеют право участвовать в выборах, а какие нет.
После всего этого можно будет объявить новые выборы.
Но уже без нынешней оппозиции.
Если эта логика кажется преувеличением, стоит обратиться к недавнему опыту.
Достаточно вспомнить ситуацию вокруг партии «Процветающая Армения» Гагика Царукяна. Среди бела дня, на глазах у всего общества, решением ЦИК были признаны недействительными результаты голосования на двух избирательных участках. В результате партия лишилась именно того количества голосов, которого ей не хватило для преодоления проходного барьера и попадания в Национальное собрание.
Можно по-разному оценивать юридическую сторону вопроса. Однако политический результат очевиден: значительная часть избирателей осталась без парламентского представительства.
Поэтому возникает вопрос: если один механизм уже позволил вывести из парламента одну оппозиционную силу, то почему нельзя предположить использование других механизмов против остальных?
Тем более что признаки подготовки к новому политическому циклу становятся все более заметными.
НЕ МЕНЕЕ ИНТЕРЕСНЫ ПРОЦЕССЫ ВНУТРИ САМОГО ОППОЗИЦИОННОГО ПОЛЯ.
Невозможно не заметить, что отдельные политические фигуры уже начинают занимать позиции, которые трудно объяснить исключительно текущей политической конъюнктурой.
Так, обращает на себя внимание демонстративно антисержевская линия, которую в последнее время проводит Эдмон Марукян.
Если рассматривать ситуацию в контексте возможных досрочных выборов и будущего перераспределения электората, то многое становится понятнее.
Не исключено, что речь идет о подготовке нового политического проекта, рассчитанного на часть оппозиционного избирателя, прежде всего на ту его часть, которая ориентируется на Роберта Кочаряна и одновременно испытывает негативное отношение к Сержу Саргсяну.
В этой связи и публичные «перестрелки» между Эдмоном Марукяном и Эдуардом Шармазановым начинают выглядеть несколько иначе. Публике демонстрируется конфликт. Публике показывают непримиримых противников. Публике предлагают поверить в существование глубочайших противоречий.
Но политика тем и отличается от театра, что за внешними декорациями часто скрываются совершенно иные процессы.
Впрочем, сомнения возникают не только вокруг Марукяна. Есть другие процессы, происходящие внутри оппозиционного лагеря, заслуживающие отдельного внимания.
Особенно если учитывать, что речь идет не только о противостоянии власти и оппозиции, но и о борьбе различных стратегий внутри самой оппозиционной среды.
Так, обращает на себя внимание позиция ряда представителей команды Самвела Карапетяна. В частности, Гоар Мелоян и Эдгар Казарян, которые аффилированы с третьим президентом Сержем Саргсяном, в своих публичных выступлениях последовательно продвигают тезис о необходимости принятия мандатов и одновременно подчеркивают отсутствие в обществе потенциала для масштабного уличного сопротивления.
Сам по себе подобный подход может рассматриваться как одна из возможных политических тактик. Однако он неизбежно вызывает вопросы в контексте общей логики происходящих процессов.
Если исходить из того, что власть последовательно движется к делегитимации и последующему вытеснению основных оппозиционных сил из политического поля, то стратегия сведения всей борьбы исключительно к парламентской деятельности выглядит по меньшей мере спорной. Тем более что сама власть уже открыто ставит под сомнение право нынешней оппозиции на дальнейшее политическое существование.
В этой связи возникает вопрос, который рано или поздно придется задать открыто.
Самвел Карапетян сознательно включил в свою команду политических деятелей, ориентированных на стратегические подходы Сержа Саргсяна? Или же «Сильная Армения» постепенно становится заложником политической игры третьего президента, для которого возможное переформатирование оппозиционного поля открывает собственные перспективы возвращения к активной политической роли?
Разумеется, однозначного ответа на этот вопрос сегодня нет. Однако сам факт его возникновения является симптоматичным. Особенно в условиях, когда будущее оппозиции определяется уже не количеством полученных мандатов, а способностью правильно оценить характер и масштаб стоящих перед ней угроз.
ПОЭТОМУ ГЛАВНЫЙ ВОПРОС СЕГОДНЯ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ НЕ В ТОМ, ВОЗЬМЕТ ЛИ ОППОЗИЦИЯ МАНДАТЫ.
Главный вопрос заключается в том, понимает ли она масштаб угрозы.
Если нынешний сценарий действительно предполагает вытеснение из политической системы блока «Армения», «Сильной Армении» и других самостоятельных оппозиционных центров, то времени для иллюзий остается все меньше.
В таком случае парламентская работа сама по себе не способна решить проблему.
Речь уже идет не о распределении мандатов, а о борьбе за само право на существование реальной оппозиции в Армении.
Сложившиеся обстоятельства не оставляют пространство для половинчатых решений. В подобных условиях у оппозиции остается только один путь — путь решительных и последовательных действий, пока вопрос о ее политическом существовании окончательно не решили без ее участия.
https://armtribunal.com/
ПРОЧИТАЛ САМ – ПОДЕЛИСЬ С ДРУГОМ! 1000 взносов по 500 рублей – лучшая поддержка — СПАСИБО ВСЕМ! –
https://dzen.ru/yerkramas?donate=true