26 июня 2025 года премьер-министр Никол Пашинян опубликовал жёсткий и уничижительный портрет первого президента Армении Левона Тер-Петросяна. Он назвал его «трусливым», «безвольным», «марионеткой», «сплетником» и «ненавидящим людей» нарциссом. В частности, утверждал, что 1 марта 2008 года Тер-Петросян «не осмелился выйти из дома» и, якобы, «спокойно спал, считая продолжение марионеточной стратегии Армении гарантированным».
Но в этой истеричной тираде теряется один неудобный для Пашиняна факт: в 2008 году именно он был одним из самых активных соратников Левона Тер-Петросяна и одним из ведущих ораторов на митингах 1 марта. Более того, он был членом его штаба, политическим идеологом и публичным лицом оппозиции. Он писал, организовывал, вдохновлял и шёл на баррикады не один, а в тени того самого «труса», которого сегодня поливает презрением.
Сейчас Пашинян утверждает, что Тер-Петросян «гарантировал марионеточность» Армении. Но в 2007–2008 годах он лично помогал именно этому человеку вернуться в политику. Значит, либо Никол ошибался тогда, либо лжёт сегодня — третьего не дано.
Более того, обвиняя Левона Тер-Петросяна в том, что тот был гарантом зависимости и стратегической несостоятельности, Пашинян невольно приписывает и себе роль соавтора этого курса. Если Тер-Петросян — основатель марионеточной модели, то Пашинян, будучи его ближайшим союзником, был одним из её самых активных агентов в тот момент. Он не просто поддерживал первого президента, он публично защищал все его политические тезисы — от формулы урегулирования Карабахского конфликта «земли в обмен на мир» до методов уличной борьбы.
В 2018 году, уже придя к власти, Пашинян ещё сохранял остатки уважения, называя Тер-Петросяна «одним из архитекторов новой армянской независимости». Тогда он даже говорил, что «прежде чем наказывать других за 1 марта, надо начать с себя и Тер-Петросяна», признавая их общую ответственность за те события.
Что изменилось? Очевидно, не убеждения, а политическая выгода. Сегодня Пашиняну нужен новый враг.
Это не просто политическое переобувание — это тотальное лицемерие, ставшее политическим методом. Пашинян отрекается от всего, что было до него, включая самого себя. Он переписывает прошлое, вырывая страницы, где он был частью команды, которую теперь называет «предателями».
Если Тер-Петросян действительно был тем, кем его рисует Пашинян сегодня — то кто тогда был Никол в 2008 году? Его заложником, соучастником или — что вероятнее всего — политическим фанатиком, слепо служившим любому, кто обещал путь к власти?
Лицемерие Пашиняна сегодня — это не просто личностная деградация. Это симптом системы, в которой он разрушает то, чему сам когда-то аплодировал, чтобы защитить только одно — своё кресло.
Анна Бегларян, ИАЦ «VERELQ»