Как можно охарактеризовать заявления армянских властей, что Россия в любом случае не защитит Армению? О чем свидетельствуют жесткие заявления главы МИД РФ Сергея Лаврова про власти Армении? Найдут ли отклик у армянских властей месседжи из Москвы и Тегерана? На эти и другие вопросы ИАЦ VERELQ в кулуарах международного круглого стола "Формирование нового миропорядка и его влияние на страны Южного Кавказа" ответил научный сотрудник АПРИ Армения, научный руководитель Армянского фонда исследований Сергей Мелконян.
- Как можно охарактеризовать заявление спикера парламента Армении Алена Симоняна, который уверен, что Россия в любом случае не защитит Армению? И вообще последние шаги и антироссийские заявления армянских властей на фоне того, что они сами же не исключают военных действий, при этом упорно портят отношения с Россией. В чем логика?
- Первое. У нас уже был опыт того, что конфликт низкой интенсивности не приводит к той однозначной реакции со стороны России при действующих властях Еревана, которую вы ожидали. Но говорить о том, что российское военное присутствие не является фактором сдерживания широкомасштабной эскалации, это на самом деле манипуляция. Точно так же мы можем сказать, например, достаточно небольшое американское военное присутствие в Прибалтике ничего не означает, если Россия захочет ее захватить. Максимум пара тысяч военных, а у России мобилизованы полмиллиона ВС, конечно, ничего не делают. Давайте американцев тоже выведем, чтобы не провоцировать Россию.
Мы видим, что ситуация в других местах абсолютно обратная. Нигде нет такого, чтобы какая-то иностранная сила присутствовала, и могла сдерживать полноценно. Делаются вбросы, что состав российской военной базы 4-5 тысяч человек, они не сдерживают третью турецкую полевую армию. Конечно, дисбаланс есть, но здесь вопрос силового баланса и баланса интересов, который соблюдается. Все эти заявления направлены на то, чтобы показать, что "мы готовы вывести военную базу, если вы нам дадите гарантии, что вы на нас не нападете". Это такая подготовительная работа с общественным мнением, что российское военное присутствие - это не гарантия безопасности, а, как они говорили, "гарантия угрозы", и создающее для нас дополнительные проблемы, «давайте выведем, чтобы высвободить свои руки».
- Как Вы прокомментируете вчерашнее жесткое заявление Сергея Лаврова про власти Армении? О чем оно свидетельствует? Что все в Москве считают, что разрыв союзных отношений с Ереваном неизбежен?
- Заявление говорит о том, что Армения приблизилась к красной линии. В общем, красная линия не только для России, но и для Ирана. Знаете, Иран назвал «Зангезурский коридор» "НАТО-ТУРАН ладан", то есть коридор Туран-НАТО. Россия говорит, что миссия ЕС, куда пришли американцы и канадцы, стала не миссией Евросоюза, а миссией НАТО стала. Вот это как раз месседж того, что это уже красная линия, и не надо этого делать, потому что вы разрываете отношения с Россией. Зачем терять дополнительный политический актив в регионе? Вопрос в том, что у Армении будут проблемы. Если вы готовы к этим проблемам, можете продолжать действовать дальше.
- По вашему мнению, найдут ли отклик у армянских властей эти месседжи, которые звучат из Москвы и из Тегерана?
- Нет, никакого отклика они не найдут, потому что на протяжении шести лет реализуется конкретная полномерная политика, во многом направленная против интересов Ирана, против интересов России, против интересов самой Армении и Арцаха, как мы видим. Когда говорят, что здесь не может быть никакого правительства (Арцаха - ред.), "мы вообще не знаем, кто эти люди", "мы их не признаем" и так далее. И здесь вопрос в том, что и в Тегеране, и в Москве видят, что ничего положительного Армения в долгосрочной перспективе получить не может, а получает только негативное. И возникает еще один вопрос, а в чьих интересах все это исходит, в интересах Армении или каких-то внешних интересах, вот об этом сейчас идет разговор. И это подводит к опасной дискуссии, когда говорят, что, например, Украина более не суверенное государство, что означает, что решения принимаются не в Киеве, решения принимаются в другом месте. То же самое в отношении Прибалтики, Польши и так далее. Это означает, что нет необходимости больше политического диалога. Будут уже не с нами разговаривать, а с другими о наших интересах.
Айк Халатян, ИАЦ «VERELQ»