"Интересная трансформация произошла с армянским обществом", - заявил в интервью "ГА" публицист Денис Дворников.
.
- На днях ректор МГУ Виктор Садовничий заявил, что уровень знания русского языка в Армении вызывает вопросы. Он также подчеркнул важность того, чтобы русский язык как язык межнационального общения не терял интерес в Армении. Со своей стороны премьер Пашинян отметил, что граждане Армении должны знать несколько иностранных языков и русский язык имеет важное и особое значение в этом ряду. Вы неоднократно бывали в Армении, реализовывали здесь проекты. Согласны с тем, что уровень знания русского языка вызывает вопросы? И если да, то с чем это связано?
- Лично у меня не было проблем с общением. Очень редко встречались люди, не владеющие русским. Чаще всего это оказывались сирийские армяне, приехавшие в Ереван во время войны. Иногда встречались молодые ребята, для которых общение на русском было непростым испытанием, но мы как-то понимали друг друга. Спасал английский. С чем это связано? С тем, что мы давно уже не живем в одной стране с государственным русским языком. С тем, что российская культурная дипломатия действует крайне неэффективно, с тем, что мотивация к изучению русского языка снижается по объективным причинам. Будет жаль, если армяне забудут русский, хотя мне трудно представить такое. Очень жаль, что Садовничий не съездил в Степанакерт, в отличие от некоторых его коллег, принявших участие в одной из наших конференций. Вот где русский звучит на достойном уровне!
- Достаточно ли сегодня той работы (дипломатической, в сфере культуры, образования и т.д.), чтобы сохранить и развить имеющиеся цивилизационные, культурные, социально-психологические связи между нашими народами, особенно если учесть куда более масштабную работу, которую ведет в этом направлении Запад? Что конкретно нужно делать?
- Русский язык - это общение на всем пространстве бывшего СССР. Поездка в Кобулети на море и покупка там прохладной чачи - вот вам и встреча с языком Пушкина. Что касается системы культурной дипломатии и образовательных программ, то какого-то качественного прорыва ожидать не стоит. Система консервативна. Если свежих идей на культурном треке нет внутри самой России, то и на внешний рынок особо дать нечего. Будут, конечно, языковые курсы, предложения поступать в российские вузы, визиты общественных деятелей на шашлык. Все, как мы любим.
- Как вы вообще оцениваете армяно-российские отношения на данном этапе? Что изменилось (как в лучшую, так и в худшую сторону) за год, прошедший со времени "бархатной революции" в Армении? Наше руководство твердит не переставая, что отношения блестящие, в чем иной раз приходится сомневаться. Что вы скажете?
- Мне кажется, что все идет по течению, действует мощнейшая историческая инерция. Думаю, что в ближайшие годы самым надежным мостиком между нами будет взаимный прагматизм. Нам нужно научиться использовать существующие механизмы, в том числе действующие в ЕАЭС. Торговля, логистика, нефть в обмен на абрикосы, выход на Иран для России, связи с диаспорой и возможности севера для Армении. Это позволит и удерживать зрительный контакт, и обеспечить безопасность в регионе.
- Какими вам видятся процессы, происходящие внутри Армении (судебно-правовая сфера, общественные отношения, взаимоотношения с Арцахом и т.д.)? Следите ли вы за ними?
- Слежу по мере сил. Но понимаю далеко не все. Очень интересная трансформация произошла с армянским обществом. Фокус внимания сместился от глобальных проблем к деталям внутренней политики на самом мелком уровне. Как будто кто-то перевернул космический телескоп и превратил его в микроскоп с крохотным углом обзора. Я думаю, это естественный процесс. Армяне получают опыт управления собственным государством, набивают шишки и делают важные открытия. Это неизбежно и болезненно.
Зара Геворкян, "Голос Армении"