Женевские международные переговоры, которые Грузия и Россия при сопредседательстве ЕС, ООН и ОБСЕ проводят уже десятый год, скорее, напоминают некий тупик, выход из которого пока не виден или иногда появляется как слабый огонек вдали, в конце тоннеля, и почти сразу же гаснет, оставляя в тоннеле между сторонами нерешенные проблемы, взаимные обвинения, недоверие и возмущение.
Так было и на этот раз. Незадолго до очередного раунда переговоров где-то вдали затлел огонек надежды, поводом для появления которого стало неожиданное для многих заявление грузинского премьера Георгия Квирикашвили. Правда, сказано это было по конкретному поводу и в связи с ситуацией вокруг затянувшейся передачи Грузии тела скончавшегося в Южной Осетии Арчила Татунашвили. Но в министерстве иностранных дел России, которое фактически единственное из государственных структур РФ откликнулось на обращение премьера Грузии, адресованное высшему руководству России, увидели в его заявлении Квирикашвили «выраженный настрой на продолжение и углубление процесса двусторонней нормализации» и подчеркнули «заинтересованность России в оздоровлении отношений с соседней Грузией» и готовность «идти настолько далеко, насколько к этому готовы в Тбилиси».
Оказалось, что ни одна из сторон «далеко заходить» пока не готова. Хотя до начала переговоров грузинские чиновники усиленно обсуждали и комментировали журналистам возможность принятия в Женеве конкретного заявления о неприменении силы, поясняя, что грузинская сторона присоединится к этому заявлению с учетом интересов своего государства, на самой встрече договориться по тексту документа стороны так и не смогли.
Своего масла в огонь подлила грузинская оппозиция, представленная в основном однопартийцами экс-президента Михаила Саакашвили, его бывшими соратниками и так называемыми «сателлитами» его партии. Она, эта оппозиция, встретила в штыки обращение премьера к России, облила его массой обвинений, увидела в обращении готовность изменить интересам родины и пойти на уступки России и потребовала его отставки. Эта же оппозиция усмотрела готовность уступок и в заявлениях представителей грузинской делегации на Женевских переговорах, что, вероятно, и вынудило членов делегации сделать пояснения и заверить сограждан, что «ни на какие уступки грузинская сторона не пойдет». Об этом руководитель грузинской делегации, заместитель министра иностранных дел Давид Дондуа заявил журналистам еще до вылета в Женеву, это же он повторил уже в перерыве между переговорами в самой Женеве, 28 марта. Дондуа предсказал, что достичь соглашения по заявлению о неприменении силы, вероятно, не удастся. Потому что, по его словам, представители России и «оккупантских режимов» (Абхазии и Южной Осетии) и на этом раунде делают «провокационные», по оценке Дондуа, заявления, демонстрируя, что ни на какие уступки они не готовы. Соответственно, на уступки не пойдет и Грузия.
Подводя итоги переговоров, Давид Дондуа констатировал, что «Россия в очередной раз уклонилась от конструктивной дискуссии и поставила под вопрос фундаментальные принципы Женевских переговоров». Об этом он заявил журналистам сопровождающих грузинскую делегацию в Женеве телекомпаний.
«Еще в первой половине дня представители России сделали несколько заявлений, направленных на то, чтобы во второй половине дня обсуждения вопроса по существу не состоялось. И так и случилось. Они уклонились от конструктивной дискуссии и поставили под вопрос те фундаментальные принципы, на которых основаны Женевские переговоры, то есть соглашение о прекращении огня, подписанное президентами Грузии и России 12 августа 2008 года при посредничестве Евросоюза», — заявил Дондуа и подчеркнул, что и на этом раунде переговоров ничего достичь и продвинуться вперед на пути урегулирования конфликта не удалось.
Что касается заявления о неприменении силы, которое было одним из главных вопросов повестки дня этого раунда, его обсуждение продолжится.
«Мы продолжим обсуждение до тех пор, пока не будет составлено такое заявление, такой текст, чтобы все переданное на бумаге перешло в практику, в действия. Пока не достигнем прогресса», — отметил замминистра иностранных дел Грузии.
Аналогичным образом подвел итоги переговоров и замминистра иностранных дел России Григорий Карасин. Причиной недостижения договоренности по тексту заявления он назвал различные подходы к этому вопросу в Тбилиси, Цхинвале, Сухуме и Москве.
«К сожалению, достичь соглашения по тексту не удалось, так как у участников переговоров разные представления о том, что нужно записать в это заявление. Конечно, всё опять-таки упирается в вопрос статуса, в соглашение от 2008 года, которое по-разному понимают в Тбилиси, Цхинвале, Сухуме и Москве. Поэтому состоялся обмен мнениями», — отметил в беседе с грузинскими телекомпаниями Карасин. В отличие от представителей грузинской делегации, он расценил нынешние переговоры как достаточно конструктивные, хотя порой эмоциональные.
Подводя итоги нынешнего раунда, Григорий Карасин не исключил изменения в будущем формата Женевских дискуссий и сообщил журналистам, что обсуждение этого вопроса продолжится на следующем раунде переговоров, который состоится в июне.
«Мы договорились, что встретимся в июне и, возможно, обсудим, как можно реформировать работу Женевских дискуссий, чтобы перестать обсуждать какие-то тексты. И начать говорить о конкретных проектах, планах взаимоотношений между общественными организациями, населением», — передают заявление замминистра иностранных дел России грузинские телеканалы.
Комментируя эти слова Карасина, глава грузинской делегации Дондуа заявил, что никакой необходимости смены формата в Тбилиси пока не видят. Более того, Дондуа сообщил, что на нынешних переговорах о смене формата ничего не говорилось.
«О реформировании Женевского формата не было сказано ни слова. Ни в первой, ни во второй рабочей группе. Реформировать там нечего. Женевский формат, с одной стороны, — это уникальный и очень хороший инструмент, отвечающий на поставленные перед ним задачи. Формат основан на принципах международного права и юридически обязательных документах. Задача же состоит в том, что этот формат должен отвечать на те вызовы безопасности и гуманитарные проблемы, которые возникли на оккупированных территориях Грузии после 2008 года», — заявил Дондуа первому каналу Общественного телевидения Грузии в Женеве.
Вот так, в очередной раз ничем, недостижением соглашения, непринятием заявления и закончился очередной раунд Женевских переговоров. Переговоров длиной в десять лет, безрезультатных усилий по налаживанию контактов и доверия между конфликтующими сторонами, безуспешных попыток решения проблем. Переговоров, которые проводятся не напрямую между Грузией и Россией, а при участии международных посредников. Переговоров, в которых грузинская делегация представляет позицию, предварительно тщательно согласованную с международными партнерами. Позицию, согласно которой Россия однозначно провозглашена «агрессором» и «оккупантом», обязанным вывести свои войска с «исконно грузинских территорий — Абхазии и Южной Осетии» и обеспечить их «деоккупацию».
Слабый намек на возможность рассмотрения вопроса изменения формата был сделан в том самом обращении грузинского премьера к руководству России, где он призывал решить вопрос с передачей Грузии тела Татунашвили. Оппозиция безапелляционно расценила слова Георгия Квирикашвили как намерение самому подключиться к Женевским переговорам, и поучительно сообщила, что формат участия в переговорах главы правительства не предусматривает. Под натиском обвинений со стороны оппонентов представителям правительства пришлось объяснить, что премьер вовсе не имел ввиду собственное участие в Женевских дискуссиях и что об изменении формата этих переговоров официальный Тбилиси и не думает.
Андро Малкин, ИА REGNUM