Национальное собрание Армении избрало новым, четвертым по счету президентом страны кандидата от правящей Республиканской партии Армена Саргсяна. За него проголосовали 90 депутатов, против — 10. Это первые президентские выборы в Армении после перехода на парламентскую форму правления. 9 апреля 2018 года по завершению каденции действующего главы Сержа Саргсяна окончательно вступят в силу изменения в конституцию Армении, согласно которым власть будет сосредоточена в руках парламента и правительства, а функции президента станут представительскими.
Напомним, что отныне выборы в Национальное собрание станут единственными общенародными. Президент Армении избирается сроком на семь лет (вместо нынешних пяти) не общенациональным голосованием, а собранием выборщиков, состоящим из депутатов парламента и избранных представителей органов местного самоуправления, равных по численности количеству парламентариев. Премьер-министра страны должен назначать президент по представлению парламентского большинства. Таким образом, переход Армении к парламентской форме правления становится реальным политическим фактом. И происходит это в момент вооруженного противостояния с Азербайджаном из-за нагорно-карабахского конфликта.
Между тем, после апрельской войны 2016 года Баку стал укреплять президентскую вертикаль власти. В Армении, наоборот, эта вертикаль ослабляется. Укрепляется парламентская система, напрямую связанная с развитием политических партий, будут расширяться горизонты свободы, возрастает роль отдельных депутатов, комитетов и комиссий законодательного органа, а в них обязательно окажутся представители оппозиции. Если иметь в виду фактор существующей военной угрозы, на который указывают некоторые армянские эксперты, ратующие за сильную президентскую власть, то они упускают из виду новую формирующуюся политическую и даже геополитическую реальность. Теперь противостояние между Баку и Ереваном на Западе будет подаваться как столкновение между авторитаризмом и демократией, стремлением Азербайджана навязать Армении свои «авторитарные стандарты».
И этот тезис уже давно введен в оборот большой политики. Так, в ежегодном «Индексе демократии — 2017» (Index of Democracy), опубликованном аналитической структурой британского издания The Economist Ереван поместили на 111-й строчке. Согласно докладу, в Армении в настоящее время действует «гибридная политическая система». Баку оказался на 154-й строчке, войдя в группу так называемых «несвободных стран». В то же время надо понимать, что подобные оценки могут серьезно восприниматься только политически «чувствительными» странами. Не случайно среди части российских экспертов существует точка зрения, согласно которой трансформация политической системы в Армении является признаком ее слабости, чем может воспользоваться Азербайджан в случае реализации силового сценария по урегулированию нагорно-карабахского конфликта.
Однако второе армянское государство, Нагорный Карабах (Республика Арцах), после прошлогодних конституционных изменений взял курс на президентскую форму правления. По оценке многих армянских аналитиков, «это следует рассматривать исключительно в логике внутренних отношений с учетом прифронтовых особенностей, связанных с гибкостью в широком смысле слова армянской стороны в дипломатических и политических процессах, с обеспечением возможностей маневра на разных направлениях, включая и переговорный процесс по урегулированию конфликта». Как и в случае с Баку, дрейф Степанакерта в сторону укрепления президентской вертикали был обусловлен апрельской войной 2016 года. Как говорил президент в одном из своих выступлений глава Республики Арцах Бако Саакян, «мы всегда должны быть сильными и едиными, всей нацией защищать нашу свободу и независимость и создавать достойное будущее для подрастающего поколения», а «надежным залогом безопасности народа является свободная, суверенная и демократическая государственность, боеспособная армия».
Так вырисовывается любопытный треугольник: парламентская Армения со своим стремлением стать «государством европейского типа на евразийском пространстве» — президентский Азербайджан — президентский Нагорный Карабах. Как эти политические перипетии повлияют на карабахское урегулирование? Баку публично заявил, что после окончания избирательных процессов в Азербайджане и Армении он готов возобновить переговорный процесс в отношении нагорно-карабахского конфликта. На наш взгляд, армянскую сторону на этих переговорах будет представлять Серж Саргсян в ранге премьер-министра, как человек, много лет погруженный в сложные перипетии. Что касается нового президента Армена Саргсяна, то он, как считается, будучи послом Армении в Великобритании, хорошо знающий Европу и имеющий тесные связи с мощной и авторитетной западной армянской диаспорой, станет не только мостиком между Ереваном и Западом, но и обеспечит эффективное информационно-политическое сопровождение переговорного процесса.
Хотя нельзя исключать, что в будущем армянский парламент может передать ему определенные полномочия для ведения переговоров со своим азербайджанским коллегой, которым, судя по всему, станет Ильхам Алиев. Пока же действующий глава Армении Серж Саргсян пожелал своему преемнику Арсену Саргсяну успехов и выразил уверенность в том, что «предстоящие годы для Армении станут наиуспешными». Армения вступает в новую стадию своего политического развития.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM