Южный Кавказ, к сожалению, остается зоной столкновения интересов России с одной стороны и стран Запада, а также НАТО, с другой. Главная проблематика связана, помимо вопросов международной безопасности (регион находится в непосредственной близости к очагам конфликтов в Ираке и Сирии, граничит с Ираном), с энергетической геополитикой.
Если, к примеру, Азербайджан, опираясь на энергетические ресурсы и статус своеобразного «слота», обеспечивающего поставку каспийских энергоносителей на мировой рынок, делает попытку построения независимой («многовекторной») внешней политики, то Грузия со времен «революции роз» остается под контролем США и НАТО.
Не будет новостью для непредвзятого наблюдателя и то, что как Тбилиси, так и Баку с подозрением относятся к процессу евразийской интеграции на постсоветском пространстве. При этом Азербайджан, не забывая о двухмиллионной азербайджанской диаспоре в России, в принципе, не скрывает внимания к Евразийскому экономическому союзу, пытаясь определить зоны совместного интереса между Баку и ЕАЭС.А Грузия, перейдя в своих отношениях с Евросоюзом на новую стадию (республика вступила в ассоциацию с ЕС), видит в евразийской интеграции, прежде всего, российский фактор.
Грузия
Стоит отметить, что до настоящего времени грузинское политическое поле отформатировано «оккупационной» проблематикой. Практически все политические силы ставят своей целью возвращение в состав Грузии Абхазии и Южной Осетии, а те политики, которые не готовы к этому, оказываются в ряду политических маргиналов. Даже в условиях прихода к власти в республике частично нового поколения грузинских политиков говорить о восстановлении добрососедских отношений с Россией пока не приходится.
Тем не менее, в Грузии есть политические силы, которые ставят своей целью укрепить связи республики с евразийским интеграционным проектом. В частности, речь идет о коалиции «Евразийский выбор – Грузия» и некоторых других движениях и группах. Обращает на себя аргументация данной части грузинского политического поля. В частности, отмечается, что именно в формате евразийской интеграции можно говорить о возобновлении контактов Грузии с Абхазией и Южной Осетией, появлении устойчивых связей между населением и субъектами хозяйствования, что поможет преодолению раскола.
Как в грузинском, таки в азербайджанском обществе и политическом классе с большим вниманием относятся к процессу евразийской интеграции, отмечая, как позитивные стороны данного проекта, так и негативные. В частности, активно анализируется работа Таможенного союза и введение четырех свобод перемещения капитала, товаров, рабочей силы и услуг. Безусловно, это притягивает. Но, с другой стороны, очень насторожено воспринимаются и даже гиперболизируются проблемы выработки единых решений в рамках проекта. В частности, не остался вне внимания процесс формирования единой позиции Евразийского экономического союза в отношении экспорта украинских товаров на единый рынок Таможенного союза. Как известно, в данном случае Астана и Минск не поддержали Москву.
На данный момент лишь одна из стран региона смогла, после жесткого внутриполитического диалога, осуществить геополитический выбор в пользу евразийской интеграции. Это Армения.
Армения
Стоит обратить внимание, что этот геополитический выбор вызвал открытое неудовлетворение в Брюсселе, так как поворот Еревана к Таможенному союзу продемонстрировал неэффективность программы «Восточное партнерство».
Но политический класс и элитные группы Армении тщательно взвесили все плюсы и минусы европейского и евразийского интеграционных проектов и поняли, что ряд серьезнейших проблем, с которыми сталкивается страна, можно если не решить, то хотя бы остановить их эскалацию только в рамках евразийской интеграции.
К этим проблемам необходимо отнести, прежде всего, риски национального безопасности. Армения находится в окружении стран, часть из которых занимает прохладную позицию по отношению к Еревану (Грузия), а часть прямо враждебную (Азербайджан и Турция). Находясь в таком геополитическом окружении Армения может опереться только на российскую поддержку.
Армения – член ОДКБ. Более того, существует экспертное мнение, что одновременное участие Армении в Таможенном союзе и ОДКБ оказывает стабилизирующее воздействие на политическую ситуацию в регионе.
А вот гипотетический поворот в сторону программы «Восточное партнерство» и ассоциирования с Евросоюзом мог создать условия для размораживания конфликта вокруг Нагорного Карабаха, что в перспективе обещало потерю Арменией контроля над данной территорией.
Ассоциирование с Евросоюзом не только не решало, но и усугубляло проблему обеспечения республики энергоносителями. Армения имела прекрасную возможность наблюдать за «эффективным» участием Евросоюза в разрешении газового конфликта между Киевом и Москвой. Понятно, что Европа не сможет обеспечить поставку в Армению того же, к примеру, азербайджанского газа. Платой за данный газ могла оказаться территория Нагорного Карабаха.
Для Армении остается актуальным и доступ к российскому рынку, где только и возможна реальная реализация армянских экспортных товаров.
Однако было бы неправильно не замечать ряд проблем, связанных со статусом Армении как партнера по евразийской интеграции и ОДКБ. Основная проблема – отсутствие территориальной связи между территорией ТС и Арменией. Этот первый опыт расширения Таможенного союза за счет отдельно находящейся таможенной территории, кстати, вызвал определенную дискуссию.
Возможно, первым шагом по «приближению» Армении к ЕАЭС станет возобновление железнодорожного сообщения из России – через Грузию – в Ереван. Однако пока это представляется хотя и реальной, но достаточно отдаленной перспективой.
В целом можно отметить, что евразийская интеграция остается весомым фактором внутриполитической жизни стран Южного Кавказа. В случае успеха данного проекта можно ожидать, что притягательность евразийской интеграции для Грузии и Азербайджане будет расти. -0-
Андрей Суздальцев, замдекана факультета мировой экономики и политики НИУ ВШЭ – специально для «Новости-Армения»