Реформа системы местного самоуправления оправдала далеко не все ожидания джавахкских армян
Парламент Грузии в третьем чтении окончательно утвердил Кодекс самоуправления. Пакет законодательных поправок можно было бы считать прогрессивным, так как он призван обеспечить децентрализацию системы государственного управления. Но власти ограничились половинчатыми мерами, пойдя на поводу у реакционеров. Националистические силы, использовав в своей нечистой борьбе католикоса Илию Второго, добились того, что все прогрессивные положения проекта законодательных изменений были отвергнуты. В результате армянонаселенный город Ахалкалаки лишился права иметь всенародно избранного мэра.
За принятие Кодекса в его окончательном виде проголосовали всего 77 из 150 депутатов грузинского парламента. (Это на один голос больше, чем требуется для принятия решений.) Время, прошедшее после второго чтения, исполнительная власть использовала вовсе не для того, чтобы сделать проект лучше и демократичнее. Последняя редакция документа сохранила лишь незначительную часть прогрессивных подходов, заложенных в проекте изначально. Идея децентрализации власти и наделения регионов широкими полномочиями была подвергнута ревизии после того, как патриарх Грузинской православной церкви выступил с призывом предотвратить “развал страны”, которым якобы чревато принятие Кодекса. Противники реформы мотивировали свои действия угрозой армянского и азербайджанского сепаратизма. Именно так мотивировал свой протест патриарх Илия Второй.
Децентрализация и расширение полномочий органов местного самоуправления было одним из главных предвыборных обещаний ныне правящей коалиции. В армянонаселенном Джавахке команда Бидзины Иванишвили победила во многом именно благодаря пункту предвыборной программы, предполагавшему увеличение самостоятельности регионов и обеспечение вовлечения жителей провинций в процесс принятия решений. Речь по сути шла о проведении прямых выборов мэров. В марте правительство приступило к реализации этого пункта предвыборной программы, опубликовав Концепцию реформирования системы местной власти. На ее основе был подготовлен проект Кодекса самоуправления. Но уже на первой же стадии было допущено отхождение от обещаний. Разработчики отказались от принятой во всем цивилизованном мире практики прямых выборов мэров городов и сельских старост. Был вынесен на рассмотрение некий “промежуточный” вариант, предполагающий увеличение числа “самоуправляемых” городов, наделенных правом выбирать градоначальника. Сейчас избранного мэра имеют жители лишь пяти городов Грузии. Это Тбилиси, Кутаиси, Батуми, Рустави и Гори. Авторы нового Кодекса предложили довести численность самоуправляемых городов до 18-и. Правительство предлагало проводить прямые выборы мэров во всех городах, число жителей которых превосходит 15 тысяч. Подход, заложенный в основу проекта, в принципе устраивал джавахкских армян. Так как по последней переписи в Ахалкалаки живут 15 572 человека (это сведения официальной статистики), крупнейший в Грузии армянонаселенный город должен был получить право на самоуправление. Жители соседнего армянонаселенного городка Ниноцминда в этом случае на самостоятельность рассчитывать не могли. Это был своеобразный компромисс, который позволял хоть в какой-то мере оправдать ожидания армянских избирателей.
Но четвертого декабря патриарх Илия Второй, забыв о том, что церковь в Грузии отделена от государства, счел себя обязанным публично выступить с призывом предотвратить принятие Кодекса самоуправления. Католикос настоял на сохранении централизации и вертикальном подчинении муниципальных структур, руководители которых, по его убеждению, должны назначаться из Тбилиси и всецело подчиняться правительству. Прямой намек Его святейшества на то, что децентрализация приведет к утрате контроля над армянонаселенными регионами, возбудил у грузинского обывателя известные инстинкты. Грузин понять можно. Слово “сепаратизм” вызывает у них страшные ассоциации. Но следует заметить, что Абхазия и Южная Осетия изначально были автономиями и стремились к суверенитету, а армянонаселенные города и деревни Джавахетии добиваются всего лишь самоуправления. Причем в вопросах не политического, а исключительно муниципального характера. Разница принципиальная. Вместо того чтобы разъяснить обывателю эту принципиальную разницу, председатель парламента и премьер-министр немедленно пошли к патриарху с поклоном. Наутро после переговоров правителей с иерархом министр регионального развития заявил, что “проект Кодекса самоуправления будет усовершенствован и модифицирован с учетом высказанных замечаний”. Впоследствии выяснилось, что власть удовлетворила едва ли не все требования церкви, исключив из проекта Кодекса все самое важное.
На рассмотрение парламента был вынесен совсем не тот документ, который был предложен разработчиками изначально. В первую очередь бросилось в глаза то, что принцип, заложенный в основу новой редакции документа, уже не позволяет армянонаселенному Ахалкалаки претендовать на право считаться самоуправляемым городом. Согласно новому подходу, право проведения прямых выборов мэра будут иметь лишь областные центры. Число самоуправляемых городов было снижено с 18-и до 12-и. Кроме Ахалкалаки “за чертой” оказался также азербайджанонаселенный Марнеули. Таким образом, становится очевидным, что одним из главных условий православных клерикалов было лишение компактно проживающих национальных меньшинств механизмов реального самоуправления. Объясните, где тут логика: жители поселка городского типа Амбролаури с населением в 2400 человек градоначальника избирать смогут, а Ахалкалаки, в котором проживают 15 тысяч армян, этого права не получит. Чем Марнеули, имеющий 30-тысячное население, хуже городка Мцхета, 7423 жителя которого в отличие от марнеульских азербайджанцев будут иметь избираемого мэра? Неужели только тем, что в Амбролаури в отличие от Ахалкалаки и Марнеули живут грузины?..
Глава действующей в Тбилиси неправительственной организации “Многонациональная Грузия” Арнольд Степанян убежден в том, что “некоторые силы во власти осознанно и целенаправленно использовали патриарха для дискредитации идеи самоуправления”. “Вводя католикоса в заблуждение и прячась за его спиной, чиновники добивались пересмотра некоторых основополагающих принципов, обещанных коалицией “Грузинская мечта” в ходе предвыборной кампании”, — отмечает Степанян. По его словам, внутри власти произошел сговор относительно изменений определенных подходов. Но так как внесение в проект недемократических корректив могло быть негативно воспринято институтами гражданского общества, “особую миссию” решили доверить патриарху, авторитет которого в Грузии непререкаем. Легенда о “борьбе с армянским сепаратизмом” в подобных ситуациях бывает наиболее эффективной. Глава “Многонациональной Грузии” убежден в том, что за всем этим стоят высокопоставленные чины Министерства внутренних дел, которые видят в децентрализации реальную угрозу сокращения собственного влияния на местах. Не секрет, что при прошлой администрации вся реальная власть в армянонаселенных регионах принадлежала полиции, которая не только пресекала любые проявления политической активности, но и контролировала практически все бизнес-артерии. Полицейские чины осознают, что децентрализация и расширение полномочий муниципальных структур ударит по их карману и пошатнет их власть. Многие представители неправительственного сектора глубоко убеждены в том, что именно сотрудники правоохранительных органов пролоббировали провал наиболее прогрессивных положений реформы. “Несмотря на прогрессивные инициативы новых правителей, в Джавахке в действительности мало что изменилось. Офицеры полиции и спецслужб, отличившиеся в годы правления Саакашвили наиболее антигуманными и недемократическими методами работы, не только не были отстранены от дел, но даже получили повышение”, — говорит Степанян. А ведь действительно, странно, что все новое областное руководство в армянонаселенных и азербайджанонаселенных регионах имеет погоны. С чего бы это? Губернатором Самцхе-Джавахка назначен Акакий Мачутидзе, который ранее там же возглавлял службу безопасности. Губернатор Квемо Картли Георгий Мгебришвили тоже из правоохранительной системы. Выходит, полицейские методы все еще актуальны?
Артем Ерканян, "Новое время"