Сейчас, после Чикагского саммита НАТО, на который возлагалось столько надежд и который действительно сыграл огромную роль в формировании глобальной системы безопасности, становится понятным, что остаются весьма важные проблемы, которые вряд ли будет возможно решить в ближайшее время. Наряду с такими вопросами, как применение новых видов вооружений, создание единой структуры командования, принятие принципов политики НАТО, прежде всего, в регионах и в отношении кризисов, остаются вопросы партнерства.
То есть, речь идет о привлечении новых партнеров за пределами членства НАТО. По существу, вопрос стоит о геополитических позициях, создании опорных геополитических точек, выдвижении новых позиций, прежде всего, в Евразии, в Центральной, Южной и Юго-Восточной Азии, в иных регионах.
По различным публикациям и высказываниям экспертов можно допустить, что возникли «новые» атлантистские круги. Следует отметить, что данные «новые» атлантистские круги выдвинули весьма принципиальную доктрину «обозначения границ свободного мира до 2050 года». Предполагается, что формальное расширение НАТО не имеет смысла в условиях явной трансформации альянса и возникновения нового центров власти вокруг Франции – Германии и формирования европейских вооруженных сил. Гораздо эффективнее стало бы не расширение состава НАТО, а привлечение новых партнеров, а также расширение функций, миссии и зоны ответственности альянса, но решить эти практические и институциональные вопросы будет нелегко.
Поэтому считается, что гораздо важнее обозначение той геополитической зоны, в рамках которой должны развиваться нормативные западные ценности. Эта зона конкретно называется: все государства Европы, включая Россию, Украину, Южный Кавказ, а также Турцию. Предполагается, что на этом следует остановиться до 2050 года, так как более широкие амбиции не позволят полноценно развивать «свободный мир». Предполагается, что до 2015 года необходимо установить полный контроль над данным супер-регионом Северной Атлантики.
Различные идеи по расширению НАТО в направлении Северной Африки и Ближнего Востока являются экзотическими. Скорее всего, будет решен вопрос о распространении зоны ответственности и членства в НАТО за пределы Европейского региона, что до сих пор означало бы нарушение положений ООН об ограничении глобалистских устремлений.
России придается роль важного партнера по борьбе с международными угрозами, сохранив за ней функции поставщика энергоресурсов и материалов, однако сохранив в стране научно-технический потенциал.
Имеется в виду, что порядок и нормы политики НАТО совершенно не соответствуют чрезмерному расширению альянса. При условии достаточной интеграции обозначенного пространства, необходимость расширения НАТО отпадет. Имеются основания утверждать, что именно такая доктрина находит понимание в актуальных политических кругах США. По признанию экспертов, апологеты и проектанты развития НАТО вполне осознают, что в «генерации» перечня партнеров возникнет много проблем, так как, наряду с политическими заявлениями о готовности сотрудничать, мало государств искренне желали бы поддержать альянс в выполнении его задач.
Подавляющее число таких желаемых партнеров принимают символическое участие в операциях НАТО, и, прежде всего, хотели бы стать потребителями безопасности. Это в полной мере относится к государствам Южного Кавказа, которые с энтузиазмом демонстрировали готовность к сотрудничеству с НАТО, а в действительности не способны ответить даже на вызовы, возникшие по поводу проблемы Ирана.
Сейчас США и НАТО внимательнее стали рассматривать «полезность» государств Центральной Азии, которые пока оказались бесполезнее, чем кавказские государства. Не может быть и речи об эффективном сотрудничестве в военной сфере с арабскими государствами. Наряду с этим, несомненно, усиливается проблема Турции, которая станет источником и фактором острого кризиса в Трансатлантических отношениях.
Нужно также не забывать, насколько малополезными в выполнении практических задач НАТО оказались новые члены альянса в Центрально-Восточной Европе. Возникает вопрос, если планы создания глобальной системы безопасности приняты, а кто же будет воевать, только наемники в армии США? Причем, эти характеристики стран-членов НАТО повторяет, видимо, и ОДКБ.
Таким образом, воевать придется американцам (преимущественно латино-американского происхождения и романтикам южных штатов) и русским (из которых половина вовсе и не русские).
Игорь Мурадян, "Лрагир"