Зондаж реакции Турции на принятие Сенатом Франции законопроекта о криминализации армянского геноцида, видимо, был одной из целей этого процесса. На что способна Турция? Как она ответит на явное давление со стороны западного сообщества? Какой еще прессинг она способна выдержать? Эти вопросы наверняка интересовали тех, кто инициировал принятие «армянского» законопроекта во Франции.
Несмотря на то, что Турция обещала «достойно» ответить, ясно, что в Анкаре не так много рычагов, чтобы предотвратить прессинг. Все меры, которыми угрожает Турция, – и отзыв посла, и блокирование инвестиций, и разрыв дипломатических отношений – в ущерб, скорее Турции, чем Франции.
Кроме того, после истории с гуманитарной флотилией, по итогам которой испортились отношения Турции и Израиля, стало ясно, что в арсенале Анкары не так много инструментов защиты от прессинга. Тогда тоже отзывали посла, потом отправили обратно и незаметно восстановили часть прежних связей.
Видимо, Турция сочла, что лучшим ответом может стать сближение с Россией, и сегодня глава МИД этой страны демонстративно едет в Москву. Возможно, он сделает громкое заявление по поводу того, что Турция поддержит не европейский газопровод Набукко, а российский проект Южного потока. Может даже, Анкара присоединится к заявлениям России по поводу Ирана и Сирии.
Но это тоже вряд ли возымеет действие на Запад, который явно пытается вытеснить Турцию из глобальной политики. Кроме того, Запад явно прессует не саму Турцию, а ее руководство, возможно, имея целью, после Сирии и Ирана, обвинить Турцию в «недемократичности» и подтолкнуть к гражданским протестам.
Что же касается крена Турции в сторону России, возможно, Запад сам подталкивает Турцию к этому, чтобы освободиться от такого «союзника», коим является Анкара.
Наира Айрумян
http://www.lragir.am