Я являюсь убежденным сторонником той точки зрения, что сегодня в Армении нет ни политической жизни, ни политического процесса. По вполне очевидным причинам: нет запроса на них, нет политической мысли ни доминирующей, ни альтернативной, и нет условий для их существования. Вместо этого, тем не менее, есть нечто иное, назовем это общественной жизнью. Общественная жизнь существовала даже в концентрационных лагерях.
У общественной жизни есть свои писаные и неписаные законы, свои возможности для исправления ошибок и оздоровления.
В этом смысле люди, находящиеся в условиях несвободы, своим словом и своей ролью являются важнейшей частью общественной жизни.
Сегодня я приведу пример одного человека, Г. Царукяна, который даже по данным цифрового мониторинга имеет один из самых высоких показателей присутствия в общественной жизни. Очевидно, что его общественное слово (подчеркиваю, не политическое) обладает особой ценностью, и так будет еще долгое время, потому что он присутствует в общественном сознании благодаря своим делам, своей биографии и своему человеческому типу. Проще говоря, он является неотъемлемой частью Республики Армения.
Нельзя сказать: «Царукяна не было». А если нельзя так сказать, то нужно ответить и на вопрос, каким будет продолжение. Этот ответ очень важен: Царукян будет играть роль в общественной жизни своим словом, своим заслуженным правом обращаться к обществу, своим поведением, своими программами, строительством статуи Христа и так далее.
Перейдем к тому, что сейчас происходит с его собственностью. Это серьезная общественная проблема, как бы ни пытались представить ее иначе. В XXI веке невозможно отобрать собственность, и этого не произойдет.
Возможные вопросы, связанные с налогообложением, вопросы микроменеджмента, те или иные проблемы, связанные со сделками, случаи, когда человек становится жертвой мошенничества, все это относится к сфере рабочих отношений и не решается тюремным заключением. Такие вопросы решаются совершенно на другом уровне и в совершенно иных условиях.
Но само право собственности является вопросом общественной значимости. Право собственности Царукяна неприкосновенно, и это должно быть вновь подтверждено. Так оно и будет.
Когда новоизбранный председатель Национального собрания говорит: «Давайте установим новые правила цивилизованной игры», но за этим устным предложением не следует его практического продолжения, это закономерно вызывает понятную ответную реакцию.
В то же время какова институциональная альтернатива? Просто этот вопрос гораздо глубже. Национальное собрание является лишь небольшой частью общественной жизни, небольшим элементом общественной экосистемы. И если мы действительно принимаем решение двигаться к деэскалации внутри страны, включая утверждение цивилизованных норм (а это жизненная необходимость), то первым шагом должны стать заметные изменения в большой общественной экосистеме, прежде всего открытие дверей тюрем, освобождение политической и общественной мысли из заключения.
Сегодня в тюрьмах Еревана и Баку находится огромный потенциал национальной мысли и национального достояния. Изменение внутреннего правового статус-кво в Армении быстро приведет к оздоровлению атмосферы внутри страны и существенному снижению напряженности. Это отвечает интересам всех нас, поскольку очевидно, что наша страна и весь регион вступают в новый этап опасного развития.
Ваге Ованнисян, группа «Альтернативные проекты»
ИАЦ «VERELQ»