Очень тяжело писать о гибели одной из львиц, изъятых из резиденции Гагика Царукяна и перевезенных в Ереванский зоопарк — после седации она не вышла из наркоза. Трудно, потому что эта история — не история одной львицы, а своего рода нравственный тест для власти, который оно, как и многое другое, провалило. Ни в чем не повинное животное стало, по сути, заложником политической мести – по-другому не назовешь.
Администрация зоопарка заявила, что причиной гибели львицы стали преклонный возраст и многочисленные сопутствующие заболевания, выявленные при вскрытии. СК, в свою очередь, сообщил, что обстоятельства гибели животного будут расследованы.
ВСЕ ЭТО НИ КАПЛИ НЕ УБЕЖДАЕТ – ДАЖЕ ЕСЛИ ФАКТУРА ПРАВДИВА. Тем более, если львица действительно была возрастной и тяжелобольной, специалистам следовало быть вдвойне бдительными — транспортировка и наркоз для крупных кошек, даже молодых и здоровых, всегда связаны с огромным риском. Это же, черт возьми, элементарно!
Что касается дела Гагика Царукяна – масштабных обысков, задержания, уголовных обвинений, изъятия животных и другого имущества, то только слепой не увидит совпадения между предвыборной риторикой Пашиняна и последующими действиями после его воспроизводства во власти. Если политик до выборов публично обещает жесткие карательные меры в отношении конкретного оппонента, а после выборов эти меры реализуются, это закономерно вызывает вопросы о том, насколько действия правоохранительных органов независимы от политической риторики.
Но, скажите, при чем тут львица? Независимо от отношения к Царукяну или к властям, животное никак не было участником политического конфликта, фигурантом уголовного дела, оно оказалось втянуто в ситуацию, к которой не имело никакого отношения. В ситуацию политической мести.
Если вы читали Карлоса Кастанеду, то наверняка вспомните термин «мелкий тиран», озвученный одним из центральных персонажей его книг – Хуаном Матусом. «Мелкий тиран» — человек, который любит контролировать других, злоупотребляет своей властью, унижает, запугивает, получая внутреннее удовлетворение от возможности распоряжаться судьбами других. При этом вовсе не обязательно диктатор мирового масштаба, но любой человек, который, получив власть, начинает испытывать окружающих «на прочность». Ассоциации с нынешней властью очевидны, нет?
Все, что происходило в Армении на протяжении последних 8-ми лет пребывания Пашиняна и его команды у власти, включая конфликт вокруг Армянской Апостольской церкви, уголовные дела против известных политиков и предпринимателей, взаимные обвинения, создало ужасающую атмосферу глубокого раскола. И история с гибелью львицы будто стала символом этого раскола, последней каплей.
Почему животное вообще оказалось втянутым в политический конфликт? Львица не была обвиняемой, не являлась свидетелем, она не могла скрыться от следствия, уничтожить доказательства или повлиять на ход расследования.
Но и это не все. Читаем сообщения о том, что сотрудники не могут попасть на территорию для ухода за оставшимися животными. Речь идет о лошадях, крокодилах, птицах и других обитателях частного зоопарка Царукяна. И ведь это опять же не политический вопрос, а вопрос гуманности и ответственности государства.
«ПОЛИЦЕЙСКИЕ НЕ ПОЗВОЛЯЮТ ТЕМ, КТО УХАЖИВАЕТ ЗА ЖИВОТНЫМИ И РАСТЕНИЯМИ, ВОЙТИ НА ТЕРРИТОРИЮ, полить растения, покормить многочисленных птиц, рыб, а также 12 породистых спортивных лошадей (арабских, английских скакунов), 9 нильских крокодилов, — написала на своей странице в Фейсбук эколог-журналист, соучредитель журналистской сети «Эко-медиа» Нарине Киракосян». На территорию не позволили войти даже мастеру конного спорта вместе со своими воспитанниками, на кадрах он с травмированной ногой часами ждет разрешения от Следственного комитета.
Не давать покормить и напоить животных – просто апофеоз жестокого обращения с животными! Даже если имущество арестовано, государство, принимая его под свой контроль, принимает на себя и ответственность за живых существ, находящихся на этой территории. Представьте, что речь идет не о львах, а о коровах на ферме или собаках в питомнике. Никому не пришло бы в голову сказать: «Поскольку идут следственные действия, пусть животные подождут несколько дней без ухода, еды и воды». Живые существа не могут быть поставлены «на паузу» до окончания процессуальных действий.
То, как задерживали лидера ППА Гагика Царукяна – отдельная тема, впрочем, вполне вписывающаяся в беспредел властей, который мы наблюдаем уже на протяжении 8-ми лет. Высказалась даже лояльная к власти омбудсмен Анаит Манасян – на предмет применения к Царукяну несоразмерной физической силы. Кадры на самом деле позорные для государства, позиционирующего себя демократическим. Пожилого, не сопротивляющегося человека задерживают так, словно он террорист с автоматом на перевес. Гадко.
Возвращаясь к смерти львицы… Казалось бы, зоозащитные организации должны были первыми поднять шум, требуя максимально прозрачного расследования обстоятельств гибели животного, потому что их миссия — защищать животных независимо от фамилии владельца. Но вместо этого звучит признание: «Мы не будем комментировать этот случай, потому что он политический». Подобная фраза, возможно, говорит о сегодняшней Армении больше, чем десятки политических деклараций.
«Друзья, на странице мы не делаем никаких политических публикаций — даже если это связано с животным. Для всех нас тяжело, что лев умер, но имеем то, что имеем», — написал один из зоозащитников в группе в соцсети Фейсбук.
Каково? Обратите внимание на фразу «для всех нас тяжело, что лев умер…». То есть эмоциональная оценка дается. Но дальше проводится черта в духе «мы не будем комментировать, потому что это политика».
В нормальном цивилизованном государстве защита животных по своей природе не должна зависеть от политической принадлежности их владельца. Если погибает лев, принципиальная позиция зоозащитников состоит в том, чтобы выяснить причины гибели и оценить, можно ли было ее предотвратить. Кто был хозяином — политик, бизнесмен или обычный гражданин, не должно менять этот подход. Когда же общественные организации начинают говорить: «мы не будем обсуждать, потому что тема политическая», это свидетельство того, сколь поляризованной стала общественная среда, и сколь нереально глубоко въелась атмосфера произвола, страха и репрессий, насаждаемая властью в «реальной Армении». И дальше будет только хуже – при условии отсутствия противостояния…
Зара Геворкян, "Голос Армении"