Какие сейчас перспективы у нового этапа акций протеста оппозиции во главе с архиепископом Багратом Галстаняном? Нет ли риска, что в случае отсутствия быстрых результатов оппозиционный электорат, у которого большие ожидания, разочаруется и движение выдохнется? На эти и другие вопросы ИАЦ VERELQ ответил политтехнолог Виген Акопян.
- Архиепископ Баграт Галстанян анонсировал начало нового этапа акций протеста против действующих властей во главе с премьер-министром Николом Пашиняном. Какие сейчас перспективы у оппозиции?
- Я затрудняюсь ответить с точки зрения перспектив, так как пока что я не слышал четкого плана, по какому пути пойдет сегодняшняя оппозиция в лице архиепископа Баграта. Да, я понимаю, что будет новая активность масс, которые выйдут на улицу, то есть проведут митинг. Предполагаю, что после митинга или во время собрания будут шествия. Я полагаю, что могут быть использованы механизмы блокирования улиц, зданий. Но это всего лишь предположение, так как по понятным причинам он не раскрывает своего плана действий.
Я могу сказать лишь одно, после 12 июня, когда это движение пошло по пути переформатирования, объяснялось это тем, что после 12 июня "мы поняли, что он (Пашинян) без крови не уйдет", что эти методы не особо эффективны, и они пришли к такому выводу на собственном опыте. А во-вторых, они заявили, что вступают в фазу национально-освободительного движения, то есть это движение по своей сути национально-освободительное.
Если объединить эти два тезиса, то можно предположить, что они понимают, что идти по тому же пути бесперспективно, то есть пути, по которому шли не только они, но и в целом оппозиция после 2020 года. Они зафиксировали, что эта власть способна на кровопролитие. И они пришли к выводу, что раз это национально-освободительное движение и во главе власти стоят ставленники извне, значит у них руки становятся более свободными для использования иного инструментария, характерного национально-освободительной борьбе. То есть любой инструментарий, я так понимаю, для них является легитимным. Если ты заявляешь, что твоя борьба национально-освободительная, в этом случае ты ничем не скован: конституционным, неконституционным, «бархатным», «небархатным», так как ты заявляешь, что должен освободить страну от иноземцев.
В данном случае, какой путь они избрали, пока не говорят. Например, 9 мая они заявляли, что идут по пути импичмента и пока не сообщили, что отказываются от этого пути. Они пока не заявляли, есть ли в их модели путь внеочередных или очередных выборов. Поэтому я говорю, есть желание, задача возобновить протесты, но нет конкретного плана. Я могу лишь предположить. Они после 12 июня констатировали, что эти власти мирным путем ничего отдавать не будут вне зависимости от числа протестующих и заявили о национально-освободительной борьбе, значит их палитра, инструментарий шире и почти ничем не ограничен.
- А какие перспективы на успешное завершение нынешнего этапа борьбы?
- С точки зрения перспектив много будет зависеть от расклада внешней конъюнктуры и в отношении действующих властей, и в отношении оппозиции, архиепископа Баграта. Внешняя конъюнктура, по моему мнению, сегодня имеет первостепенное значение, так как внутри есть определенный баланс сил, который не позволяет окончательно уничтожить друг друга. Я думаю также, что оппозиционное движение должно конкретизировать свои внешнеполитические приоритеты.
- А нет ли риска, что в случае отсутствия быстрых результатов оппозиционный электорат, у которого большие ожидания, разочаруется и движение выдохнется?
- Я вижу угрозы разочарования. Я предполагаю, что лидеры сегодняшнего движения сами это понимают, потому что многие из них прошли через разные этапы и по этой причине, этот старт также содержит в себе огромные риски.
Я согласен с вами, что существуют огромные ожидания, и эти ожидания действительно спринтерские, а не стайерские. В целом менталитет нашего общества не стайерский, а спринтерский и, как правило, все те движения, которые достигли относительных успехов или результатов, были краткосрочными. Так что, риск очень большой.
Но я хотел добавить. Я думаю, что, когда мы говорим об оппозиционном движении, по моему мнению, сегодня формируется другой полюс. Это те политические деятели или силы, поддерживающие антиправительственное движение, которых, тем не менее не устраивает уровень политической составляющей этого движения. И поэтому, они, хотя и содействуют антиправительственному движению всем чем могут, но, тем не менее, не умещаются в этот формат, так как их не устраивает политический компонент этого духовного, ценностного движения. Поэтому, я думаю, что параллельно формируется другой конгломерат из этих сил.
Айк Халатян, ИАЦ «VERELQ»