На днях заведующий отделом внешних связей администрации президента Азербайджана Новруз Мамедов в очередной раз довольно противоречиво высказался по карабахскому конфликту. Признав, что международное сообщество за разрешение конфликта мирным путем, он стал заверять, что и в Баку желают того же.
Потом обозначил выгодность сочетания переговоров с усилением армии, чтобы Азербайджан был самым сильным государством. Но как же обойтись без угроз новой войной!? Н.Мамедов отметил, что азербайджанская сторона не раз говорила о возможности использовать военный путь решения конфликта, если переговоры не дадут результатов. И при этом упрекнул обвиняющих Азербайджан в милитаристской риторике. Оказывается, для предотвращения войны и обеспечения мирного процесса необходимо повысить давление на Армению. Эту задачу не в последнюю очередь он ставит и перед сопредседателями Минской группы ОБСЕ (высокому представителю президентской администрации стоило бы сначала убедиться, что в их мандате нет полномочий давить на стороны по сути тематики переговоров). Но, в конце концов, Н.Мамедов заговорил обычным для официального Баку голосом: “В соответствии с Хартией ООН, мы вправе предпринять все необходимые шаги в связи с оккупированными территориями. До тех пор, пока конфликт не разрешен, это право остается за нами”.
Под все свои ходы Баку подкладывает нетерпимость оккупации 7 районов вокруг Нагорного Карабаха. А помнит ли Н.Мамедов, как они оказались под оккупацией? Кто так усердно помогал армянам расширять ее, отказываясь более двух лет прекратить военные действия, причем более года вопреки главному требованию четырех резолюций СБ ООН? Что успели бы захватить армяне, если бы Баку, вняв предложениям посредников, прекратил войну в 1992 г. или хотя бы в начале 1993 г.? В курсе ли Н.Мамедов, что та война завершена перемирием, которое по указанию Г.Алиева было подписано как бессрочное по умолчанию, или он считает, что “общенациональный лидер” просто проглядел это? Конечно, бессрочность — не вечность. Но конфликт на Кипре тянется с 1974 г. А сколько раз Баку отклонял предложения посредников и вынуждал их к новым циклам переговоров (пакетный вариант, общее государство, Париж, Ки-Уэст, Прага, Мадрид)? Тот, кто отверг массу предложений и растратил целые годы, вряд ли будет убедителен в показе нетерпения и жажды достичь результатов на переговорах (тем более с присказкой: а не то, мол, война!). Ясно ли Н.Мамедову, что ст. 51 Устава ООН прописана на случай вооруженного нападения одного государства на другое, а не для реваншей за войны, проигранные столько лет назад? Выдавать конфликт в Карабахе за нападение Армении на Азербайджан — чересчур примитивный трюк даже для пропаганды. Почему же СБ ООН не зафиксировал это как акт агрессии?
Конфликт сложнее, многограннее, он даже “старше” обоих государств. Показательны ныне лукавые маневры Баку вокруг Мадридских базовых принципов. То он целый год отрицал переговоры по ним, то по тактическим соображениям выказывал согласие с ними, обвиняя армян в затягивании переговоров, то после показушного согласия высыпал в Сочи и в Казани два десятка поправок и дополнений к ним, резко затормозив весь процесс. В интервью 18 июля Н.Мамедов пригрозил: “Рано или поздно ложь, клевета будут раскрыты”. Правда, он адресовал это армянам как народу. Они, по его словам, стараются использовать свою хитрость, занимаются махинациями и не держат обещаний. Все это можно отнести к обычной для бакинских верхов антиармянской пропаганде. Там и не считают нужным подкреплять это конкретными примерами. Но вдруг Мамедов высказался чересчур лихо: “Азербайджан же всегда верен своему слову, являясь надежным партнером и держа свое слово”. Вот уж этого про официальный Баку никак не скажешь! Примеров было немало и в процессе карабахского урегулирования.
18 февраля 1994 г. его однофамилец, министр обороны АР Мамедрафи Мамедов, подписал в Москве протокол совещания министров обороны, где стороны зафиксировали готовность при перемирии развести войска от линии соприкосновения. Когда же через 2 месяца подошло прекращение военных действий, Баку, несмотря на это, отказался от развода сил и по общепринятой симметричной схеме, и по специально изобретенной для азербайджанцев асимметричной. Где же тут верность своему слову, даже своей подписи? Когда стало ясно, что отказ от развода сил привел к множеству инцидентов и жертв, Россия и Швеция как сопредседатели МГ ОБСЕ убедили все три стороны конфликта заключить 4 февраля 1995 г. соглашение об укреплении режима прекращения огня. Предварительно его текст был согласован с Гейдаром Алиевым и высшими руководителями армянских сторон. Это видно и по тексту документа. Подписал тот же М.Мамедов. Но Баку не желает выполнять договоренность, несмотря ни на ту подпись, ни на обилие инцидентов. Где ж тут “надежный партнер” Азербайджан? Там не желают и реагировать на предложения Еревана и Степанакерта вернуться к соблюдению этого соглашения. Раз официальному Баку тут нечем оправдаться, то он полностью замалчивает его перед своим народом, перед посредниками и международным сообществом. Попробуйте, например, разговорить Н.Мамедова насчет этого соглашения — ничего не выйдет. Будто того и не было! Не эту ли надежность замалчивания он и воспевает!? А ведь все это ложится в основу цепочки частых инцидентов, как и отказ Баку отозвать снайперов с передовых позиций. Все это показывает, кому нужны столкновения для поддержания или повышения напряженности.
Голоса многих бакинских официальных лиц грешат дребезжанием фальши, как сказал поэт. Если требуется, можно разобрать и речи более высоких лиц.
Владимир Николаевич Казимиров — в 1992-1996 гг. полномочный представитель президента России по Нагорному Карабаху, сопредседатель Минской группы ОБСЕ от Российской Федерации