Среди множества героических сражений российских войск в годы русско-турецких войн, необходимо выделить победу русского флота в Чесменском сражении 7 июля 1770 года, вошедшую в перечень дней воинской славы России. Тогда, несмотря на численное и техническое превосходство турок, российский флот сумел извлечь выгоду из ошибок противника и обратить исход битвы в свою пользу, разгромив врага. В сражении в Чесменской бухте на западном побережье Турции с российской стороны участвовали две эскадры под руководством адмиралов Григория Спиридова и Джона Эльфинстона под общим командованием графа Алексея Орлова. Итогом войны для России стала возможность обладать военным флотом на Чёрном море.
Во второй половине XVIII века противостояние России и Османской империи достигло своего апогея. Османов не устраивало усиление Российского государства, но и Россия также была настроена решить противоречия в отношениях с Портой военным путём. Основной целью являлось получение выхода к Чёрному морю, уже долгое время находившемуся под влиянием османов. Турция также контролировала Северное Причерноморье, Приазовье и Крым, откуда было легко осуществлять агрессию в сторону России.
В итоге, противостояние двух государств переросло в русско-турецкой войну, начавшуюся в 1768 году. Эта война показала значительное превосходство русской армии над турками в сухопутных сражениях. Однако, главной опорой Османской империи был большой военный флот, которому Россия на Чёрном море могла противопоставить лишь малочисленную Азовскую эскадру. В связи с этим, возникла идея поднять порабощенные турками православные народы (в основном греков) на восстание и отправить в Эгейское море на помощь восставшим эскадру из Балтийского моря, что позволило бы оттянуть силы врага от черноморских земель. 1769 г. ознаменовался выходом в море первой эскадры под началом адмирала Григория Спиридова. Общее командование операцией осуществлял граф Алексей Орлов. Турки, однако, жестоко подавили восстание, пустив на борьбу с взбунтовавшимся народом на полуострове Морея все силы. Несмотря на поддержку русским десантом, греки были не готовы к восстанию и уступили.
В мае 1770 г. на помощь Орлову и Спиридову прибыла вторая эскадра Балтийского флота под командованием контр-адмирала Джона Эльфинстона. К моменту встречи с турецким флотом объединённые две эскадры Балтийского флота России имели в своём составе 9 линейных кораблей, бомбардирский корабль, три фрегата и несколько вспомогательных малых судов. Общее число экипажей российских кораблей составляло около 6500 человек. Турки же располагали куда большими возможностями: под командованием адмиралов Ибрагима Хусаеддина, Хасана-паши и Кафер-бея находилось 16 линейных кораблей, 6 фрегатов, 19 галер и шебек и 32 малых судна с общей численностью команды в 15 000 человек.
Турецкий и российский флоты пытались несколько раз вступить в бой: 28 мая завязалось сражение, не принесшее значительных потерь ни одной из сторон, 2 июня русские силы безрезультатно гонялись за противником по морю, а спустя два дня оба вражеских флота остановились на расстоянии видимости друг от друга, будучи не в состоянии вступить в сражение – в Эгейском море установился штиль. На третий день условного противостояния, с первым попутным ветром турецкий флот ускользнул от российской эскадрильи, и погоня затянулась ещё на месяц.
Иван Айвазовский. Картина «Бой в Хиосском проливе 24 июня 1770 года», 1848 год
В итоге, полноценное сражение случилось 5 июля у острова Хиос, где русскому флоту противостоял враг, имеющий двойное превосходство и во флоте, и в живой силе. Однако, турок подвело неудачное построение кораблей. Переизбыток уверенности или банальные пробелы по части военной науки – но до зубов вооружённые османские судна стояли слишком тесно друг к другу, из-за чего не имели возможности в полной мере использовать весь свой потенциал. Эта особенность построения ощутимо облегчала задачу для русских. Российский флот во главе с флагманским кораблем, на верхней палубе которого демонстративно стоял, обнажив шпагу, адмирал Спиридов, двинулся на турецкие боевые судна. Завязался яростный бой, корабли рисковали столкнуться друг с другом, в попытке подобраться для более прицельного огня. Российский «Ефстафий» со Спиридовым на борту сошёлся с флагманским кораблём турок - «Реал-Мустафой». Русские моряки яростно бросились на абордаж. Ожесточённый бой привёл к усилению пожара на «Реал-Мустафе», который не был замечен ранее. После того, как горящая мачта «Реал Мустафы» упала на русский «Святой Евстафий», оба флагмана взорвались. Адмирал Спиридов успел покинуть корабль до этого момента и продолжил командование с палубы «Три Святителя». Таким образом, закончился первый день боя у Хиосского пролива, уничтожив с каждой стороны по кораблю и установив безоговорочное лидерство за командой российского флота. Турки отступили в Чесменскую бухту — под прикрытие береговых батарей.
Иван Айвазовский. Картина «Чесменский бой», 1848 г.
Состоявшийся 6 июля военный совет командиров российского флота принял решение немедленно атаковать деморализованных турков. План состоял в подготовке специальных кораблей с взрывчаткой – брандеров и формировании специального корабельного отряда, под командованием Самуила Грейга. Несмотря на стремительное укрепление турками береговых батарей и вопреки всем ожиданиям командира турецкого флота Ибрагима Хусаеддина, в ночь на 7 июля русский флот вошёл в Чесменскую бухту. Начался бой, и после того, как с турецкой стороны взорвалось два корабля, в бухту были запущены брандеры. Брандер под командованием лейтенанта Дмитрия Ильина под огнём подошёл к турецкому линейному кораблю и поджёг его, после чего вся команда уплыла с судна на шлюпках. Вскоре после взрыва, разлетевшиеся обломки судна распространили пожар на все турецкие корабли, расположенные в бухте. Бой продолжался до утра и окончился разгромом турецкой флотилии. Было уничтожено 15 линейных кораблей и 6 фрегатов турецкого флота, в качестве трофеев русским достались 1 линейный корабль и 5 галер. Потери России состояли из 1 линейного корабля и 4 брандеров. Соотношение потерь в живой силе было ещё более сокрушительным — в сражении погибло около 650 русских моряков и около 11 000 турок.
Вот как описывал эти события принимавший участие в бое капитан Самуил Грейг:
«Пожар турецкого флота сделался общим к трем часам утра. Легче вообразить, чем описать ужас и замешательство, овладевшие неприятелем! Турки прекратили всякое сопротивление даже на тех судах, которые еще не загорелись. Большая часть гребных судов затонула или опрокинулась от множества людей, бросавшихся в них. Целые команды в страхе и отчаянии кидались в воду, поверхность бухты была покрыта бесчисленным множеством несчастных, спасавшихся, топя один другого. Немногие достигали берега, цели отчаянных усилий. Страх турок был до того велик, что они оставляли не только суда, еще не загоревшиеся, и прибрежные батареи, но даже бежали из замка и города Чесмы, оставленных уже гарнизоном и жителям».
А вот что доложил президенту Адмиралтейств-коллегии графу Чернышову адмирал Григорий Спиридов :
«…неприятельский флот атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, потопили и в пепел обратили, и оставили на том месте престрашное позорище, а сами стали быть во всём Архипелаге нашей Всемилостивейшей Государыни господствующи».
Война закончилась подписанием в 1774 г. Кючук-Кайнарджийского мира, и победный для России исход русско-турецкой войны был во многом предопределён триумфом русского флота в Чесменском сражении. Благодарная императрица Екатерина II Великая щедро наградила героев сражения.
Для прославления победы русского флота был создан мемориальный Чесменский зал в Большом Петергофском дворце, воздвигнуты два памятника: Чесменский обелиск в Гатчине и Чесменская колонна в Царском Селе. В Санкт-Петербурге появились Чесменский дворец и Чесменская церковь. В память о Чесменской победе были отлиты золотые и серебряные медали.
Подготовила Амалия Тавадьян,
дзен-канал Союза Армян России Краснодарского края