Политическое и экспертное сообщества Армении, соответственно реализуя и обсуждая процесс армяно-турецкой нормализации, продолжают успокаивать себя мыслью о том, что главные внешние акторы в этом процессе стоят и будут стоять на принципиальной позиции несвязанности армяно-турецкой нормализации с карабахским урегулированием. В связи с этим и в подтверждение тому приводится целый ряд публичных заявлений, прежде всего, американских внешнеполитических функционеров. Заявления же со стороны России, озвученные на самом высоком и заслуживающем доверия уровне, анализируются в изречениях премьер-министра В. Путина и министра иностранных дел С. Лаврова.
Подчеркнём, что международная политика, особенно затрагивающая процессы в таком перегруженном взаимным недоверием и подозрительностью регионе как Южный Кавказ и сопредельные ему страны, не даёт серьёзных причин и даже повода ожидать от неё того, что можно назвать “принципиальностью до конца”.
С позицией России по вопросу армяно-турецкой нормализации более-менее есть ясность: Москва, став одним из инициаторов решения этого вопроса, предпочитает роль “второй скрипки”, ибо у неё есть большие сомнения по поводу способности “первой скрипки” в американских руках довести до конца исполняемую “партитуру”. Проще говоря, Москва предпочитает удовлетворится очередным провалом политики Вашингтона в регионе её особого геополитического влияния, чем выступать партнёром американцев в этом процессе, готовым решать все возникающие вопросы сообща, совместными силами.
В позиции Соединённых Штатов проявились отложенные последствия отсутствия продуманной стратегии у новой администрации Белого Дома в отношении Южного Кавказа в частности и вообще всего, что связано с таким огромным регионом как Евразия. То, что казалось простым и лёгким в 2008 и первой половине 2009 годов, когда делались первые реальные шаги в процессе армяно-турецкой нормализации, в Вашингтоне сегодня оценивается более трезво, более рационально.
Может быть, когда государственный секретарь США Х. Клинтон принимала совместное с министром иностранных дел Турции А. Бабаджаном заявление (7 марта 2009 года, Анкара), в тексте которого невозможно не увидеть связывание процессов армяно-турецкой нормализации и карабахского урегулирования в едином контексте, тогда официальный Вашингтон придерживался несколько иной позиции. Приведём пункт из данного совместного заявления, имеющий отношение к нашей теме (полный текст совместного заявления можно найти на официальном интернет-сайте министерства иностранных дел Турции по весьма длинному, но главное действующему адресу - http://www.mfa.gov.tr/joint-statement-by-turkey-and-the-united-states-of-america-on-the-occasion-of-the-visit-of-us-secretary-of-state-hillary-rodham-clinton-upon-the-invitation-of-minister-of-foreign-affairs-of-turkey-ali-babacan.en.mfa): “Турция и Соединенные Штаты… обещают содействовать миру, стабильности и процветанию в Южном Кавказе, в том числе путём поддержки Соединёнными Штатами усилий Турции и Армении по нормализации отношений и совместной поддержки усилий Минской группы по решению нагорно-карабахского конфликта (Turkey and the United States… pledge to promote peace, stability, and prosperity in the South Caucasus, including through U.S. support for the efforts of Turkey and Armenia to normalize relations and joint support for the efforts of the Minsk Group to resolve the Nagorno Karabakh conflict)”.
Учитывая сроки событий, имевших место вокруг процесса армяно-турецкой нормализации в 2009 году, можно предпололжить, что перед достижением между Арменией и Турцией согласия по тексту известных протоколов (реальная дата - 2 апреля, а 31 августа стороны решили представить эти протоколы широкой публике) консультации между американской и турецкой сторонами, последовавшие после них документы наподобие выше процитированного совместного заявления дали повод и основания для Турции надеяться на реальность связывания двух процессов в единый контекст. 7 марта Х. Клинтон консультируется со своим турецким коллегой и письменно фиксирует то, что важно для Турции. Далее 2 апреля принимаются документы, которые стали доступны “для широкого потребления” только после 31 августа. А буквально через несколько дней после того, как уже были согласованы 2 апреля протоколы, президент США наносит свой известный визит в Турцию – 6-7 апреля. Далее следует 22 апреля, когда внешнеполитические ведомства Армении и Турции заинтриговали нас признанием наличия “дорожной карты” в урегулировании отношений между двумя странами и, наконец, словесные вариации Б. Обамы 24 апреля.
Очевидно одно. Мы ещё долго будем находится в неведении по поводу реальных договорённостей вокруг процесса армяно-турецкой нормализации, учитывая завесу секретности, закулисных консультаций, дисгармонию между публичными заявлениями и письменно зафиксированными свидетельствами позиций некоторых внешних акторов вокруг данного процесса.
Степан Тер-Мелконян
Земляческое объединение “Трабзон-Ардвин_Батум”