Президент Азербайджана Ильхам Алиев, выступая на расширенном заседании кабинета министров, посвященном итогам социально-экономического развития Азербайджана за девять месяцев, сделал ряд очередных любопытных заявлений, касающихся проблемы урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Прежде всего он отметил, что переговорный процесс по мирному урегулированию этого конфликта «возобновляется без каких-либо предусловий». По его словам, Ереван всячески стремился сорвать переговоры, придумывал различные предлоги, чтобы не допустить возобновления переговоров, выдвигал различные условия. «Однако я сразу заявил, что ни одно из условий не будет принято», — уточнил Алиев.
Сразу возникает несколько вопросов. О каких именно условиях, выдвигаемых Арменией, ведется речь? Почему Алиев не пытается их конкретизировать? Напомним, что сразу после апрельской войны 2016 года президент Армении Серж Саргсян обозначил три условия для возобновления переговоров по Карабаху: формирование мер доверия и внедрение механизмов расследования инцидентов (на границе), адресные заявления (международного сообщества) и гарантии того, что «Азербайджан не пойдет на новую агрессию и террор против народа Нагорного Карабаха». При этом вице-спикер парламента Эдуард Шармазанов добавлял, что «без официального Степанакерта полноценного урегулирования невозможно достичь». Но нам неизвестно, выставлял ли официально Ереван эту позицию в качестве одного из условий возобновления переговорного процесса или ограничился только заявлениями политиков.
Затем последовали Венские и Санкт-Петербургские соглашения, предусматривающие введение на линии соприкосновения конфликтующих сторон системы мониторинга и международных наблюдателей, а также выполнение соглашений о прекращении огня 1994—1995 годов. Под этими документами подписи Баку нет. Он считает, что их реализация якобы «замораживает» конфликт. Правда, один из сопредседателей МГ ОБСЕ намекал, что Азербайджан дал согласие принять соглашения, но в устной форме. Тем не менее Баку продолжал откровенно блокировать все позиции, предлагая начать новую партию чуть ли не с чистого листа. Не так давно Алиев, ссылаясь на свои источники, указывал, что предстоящие переговоры стимулируются европейским сообществом.
В таких суждениях существует своя логика, ведь Армения готовится подписать соглашение с ЕС. Поэтому можно предполагать, что на нее оказывается соответствующее давление со стороны Брюсселя. К тому же Алиев намекнул на возможность выхода Азербайджана из Совета Европы. В числе причин называя отсутствие содействия со стороны Совета в решении нагорно-карабахского конфликта. При этом бросается в глаза одна важна особенность, на что обратили внимание многие эксперты: Европу атакует и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, который на днях заявил, что «Турция больше не нуждается в членстве в ЕС, которого она безуспешно добивалась пять десятков лет, и страна ничего от этого не потеряет и продолжит идти своим путем». Выходит, что два тюркских государства действуют почти синхронно.
Но Анкара выставляет и альтернативу Евросоюзу — вступление в Шанхайскую организацию сотрудничества, говорит о возможности начать переговоры по созданию режима свободной торговли с Евразийским экономическим союзом. А что за спиной Азербайджана, кроме энергетических проектов, якобы обеспечивающих «энергетическую безопасность Европы»? И не об этом ли говорил советник президента России по вопросам евразийской интеграции Сергей Глазьев, выступая на открытии Шестого российско-армянского межрегионального форума и Второго Евразийского форума, когда уточнял, что окончательное решение, принять ли Азербайджан в Евразийский экономический союз, зависит от Еревана, так как вступление возможно лишь «на консенсусной основе» и «Армения, как член ЕАЭС, может воспользоваться правом вето».
Наконец, еще об одной интриге. Одно дело, когда МГ ОБСЕ заявляет, что готовит личную встречу президентов Азербайджана и Армении. Другое, когда инициативу проявляет одна из стран-сопредседателей Минской группы (в Санкт-Петербурге летом 2015 года проходил саммит Алиев — Саргсян при личном посредничестве президента России Владимира Путина, а позже была озвучена инициатива президента Франции о намерении провести аналогичную встречу в Париже). Третье, когда именно Алиев анонсирует свою встречу с Саргсяном, заявляя, что она «не является неким одолжением Азербайджану». Но при этом сегодня о дате и месте проведения предстоящей встречи не сообщается. Версия: после того, как будет официально названа точная дата, давление на Ереван снизится, а у Баку сузится пространство для маневра.
Когда же состоится такая встреча, то США, а возможно, и Франция загонят Баку как бильярдный шар в угол: заставят начать внедрение международных механизмов сохранения режима прекращения огня, то есть осуществлять Венские и Санкт-Петербургские соглашения. Не случайно именно в этот момент появилось и заявление госсекретаря США Рекса Тиллерсона о том, что США поддерживают скорейшее и полное завершение работ по разминированию в Нагорном Карабахе, а американские законодатели призвали отвести снайперов с линии соприкосновения, расширить мониторинг на границе и разместить системы по обнаружению стреляющей стороны. Так что впереди нас ждут большие события.
Станислав Тарасов, https://regnum.ru/news/polit/2332124.html