"Азербайджан не хочет идти на уступки в переговорном процессе, широкомасштабная война ему не по зубам, остается единственно доступная тактика – провокации", - заявил в интервью "ГА" экс-министр обороны РА генерал-лейтенант Вагаршак Арутюнян.
- Г-н Арутюнян, мы каждый день читаем сообщения о том, сколько раз Азербайджан нарушил режим прекращения огня, но то, что произошло 15 мая (применение противником ракет системы "Спайк" израильского производства), все-таки выбивается из ряда "традиционного" проявления агрессии. Вы согласны с этим или считаете, что речь идет просто об очередной провокации?
- Ответ на ваш вопрос лежит в политической плоскости. С чисто военной точки зрения здесь все понятно. Противник применил различные виды вооружения, в том числе ракеты системы "Спайк". И хотя целей своих азербайджанцы не достигли, но, как заявил официальный Степанакерт, имело место повреждение машины с горючим. Какую цель преследовала эта провокация? Азербайджан не хочет идти на уступки в переговорном процессе, широкомасштабная война ему не по зубам, и потому выбрана единственно доступная тактика – пытаться добиться своих целей подобными провокациями, нарушениями режима прекращения огня. А цели следующие: попытаться создать атмосферу страха как в Арцахе, так и в Армении, продемонстрировать свою готовность к войне, разложить морально-психологический дух нашего общества с тем, чтобы оно (общество) в конечном итоге начало давить на военно-политическое руководство, требуя от него пойти на уступки в карабахском вопросе. Вот и вся нехитрая стратегия и тактика, о которой, кстати, сам Ильхам Алиев и заявляет…
- Да ведь это нелепый план. Провокации происходят постоянно, а год назад случилась апрельская война, воочию показавшая, что наш морально-боевой дух "разложить" невозможно, а если пытаться, то результат будет прямо противоположным. Неужели это не стало для Азербайджана уроком?
- Все, что вы сказали, верно. Но давайте не забывать о том, что Азербайджан изначально, когда начинал войну, рассчитывал на свое преимущество – и в плане ресурсов, и в плане геополитического положения, и в плане численности населения, и вооружения и т.д. Они думали, что победят в войне, которую развязали. Но проиграли. Потом у Азербайджана появились нефтедоллары, а с ними и надежда на то, что будет закуплена мощная военная техника, и уж с ее-то помощью азербайджанцы решат вопрос в свою пользу. И снова осечка. Но неужели вы думаете, что они сдадутся и откажутся от своих мечтаний? Конечно, нет. И рассчитывать на это бессмысленно.
- Вы сказали о военной технике, закупаемой азербайджанской стороной. Но каждый раз, когда они пускают ее в ход, выясняется элементарная истина: мало иметь технику, надо еще уметь ею пользоваться…
- Здесь понять суть легко. Хочу повториться и еще раз сказать о том, что, имея преимущество по всем показателям, в том числе по количеству военной техники, Азербайджан проиграл в войне. Апрельские события показали то же самое – тогда азербайджанские спецподразделения, вооруженные до зубов, не смогли выполнить даже минимальную задачу, не смогли изменить линию соприкосновения и захватить какой-нибудь населенный пункт. О чем это говорит? О том, что азербайджанские вооруженные силы не боеспособны. Они не в состоянии решить поставленную задачу, даже локальную – о глобальной вообще речи нет.
- Почему "Спайки" полетели именно 15 мая? Есть ли связь с очередной годовщиной Бишкекского протокола, из которого Азербайджан пытается "выпрыгнуть" , заявляя, что договоренность 1994 года об установлении режима прекращения огня утратила юридическую силу? Или, возможно, стоит вспомнить, что именно в эти дни Эрдоган встречался с Трампом?
- Конечно, ничего нельзя исключать. Но вероятность подобной связи, считаю, очень мала. Что касается попытки азербайджанцев объявить договоренность 1994 года о прекращении огня утратившей юридическую силу, то это вполне в их духе, ничего нового. Азербайджан, как всегда, своими заявлениями, поступками демонстрирует, что он не договороспособен и не выполняет взятых на себя международных обязательств.
- Словом, посыл для международного сообщества здесь только один: нельзя верить Азербайджану ни в каких вопросах…
- Заметьте, эта страна ни один документ не хочет выполнять. В плане конкретно договоренности 1994 года напомню, что азербайджанская сторона изначально пыталась от него откреститься. В свое время я был участником подготовки этого соглашения, подписания и реализации. Когда азербайджанцы поняли, что они подписали, когда до них дошло, что в документе нет пункта о возвращении территорий, министр обороны Азербайджана Мамедрафи Мамедов прилетел в Москву и там же состоялась встреча с министром обороны России Павлом Грачевым. С армянской стороны был я , с азербайджанской - Мамедов со своей делегацией. И, когда азербайджанцы заявили, дескать, они не готовы выполнять договор, так как в нем нет пункта о возвращении территорий, Грачев отреагировал очень жестко, заявив, что это попытка дискредитации, ибо соглашение о прекращении огня было подписано при посредничестве России. То есть попытку "выпрыгнуть " из договора о прекращении огня Азербайджан демонстрировал сразу после подписания. Потом Баку заявил, что Мамедов не имел полномочий подписывать этот документ. Словом, они постоянно выдумывают какую-то ахинею, все это просто детский лепет.
Аналогичная ситуация произошла после апрельской войны – опять Азербайджан попытался уйти от достигнутых в Москве устных договоренностей. Между тем очевидно, что от соглашения 1994 года Азербайджану никуда не деться. Этот документ признан всеми международными организациями, в том числе ОБСЕ и Минской группой. Факт тот, что у Азербайджана в переговорном процессе провал следует за провалом. В апреле они поставили себе задачу добиться посредников, которые отвечали бы их интересам, а получили обратный эффект и требование установить механизмы расследования случаев нарушения режима прекращения огня. И вновь то же самое: сначала Азербайджан согласился, потом отказался. С военно-политическим руководством этой страны просто невозможно ни о чем договариваться, ну как с такими людьми вести переговоры по мирному урегулированию? С другой стороны, в этом наше преимущество: мы свои обязательства выполняем, Азербайджан – нет.
- И здесь на первый план выходит роль армянской дипломатии.
- Да, и еще раз да. Я приветствую шаг официального Степанакерта, призвавшего международное сообщество жестко отреагировать на действия Азербайджана. Хотя слышал мнения, что подобные призывы бессмысленные и никакого воздействия не имеют. Это не так. Нужно говорить, нужно призывать, нужно реагировать – все по капле накопится в критическую массу, которая потом сыграет свою роль…
- После 15 мая эксперты вновь заговорили о возможности возобновления широкомасштабных военных действий со стороны Азербайджана. Что скажете вы?
- Эксперты оценивают ситуацию по разным критериям, а их очень много. Никакое развитие событий исключать нельзя, потому что мы, так или иначе, находимся в состоянии войны. Но вероятность возобновления широкомасштабной войны на данном этапе, считаю, крайне мала. Что же касается провокаций, то они были, есть и будут. Азербайджан не откажется от своих притязаний, и это надо серьезно оценивать. Поэтому в ближайшее время, полагаю, нет никаких условий для решения карабахского конфликта. Наша задача - укреплять морально-психологический дух населения, поднимать экономику, имея развитую экономику, иметь мощные вооруженные силы, и самой этой мощью предотвращать и вообще отбивать у противника идею о возможности широкомасштабной войны…
Зара Геворкян, "Голос Армении"