Приходит час, когда человек оставляет родных, друзей, дорогое свое любимое дело и уходит навсегда. В 77 лет ушел из жизни известный прозаик, уникальный переводчик, драматург, сценарист, редактор и интеллигентнейший армянин Рубен Овсепян. Потеря невосполнима, с этим невозможно смириться. Его знали и любили буквально все. И не только как писателя, переводчика, но и как замечательного, порядочного человека. Рассказы, повести и романы писателя переведены на русский, французский, немецкий языки.
ВЛИЯНИЕ РУБЕНА ОВСЕПЯНА В НАШЕЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ СРЕДЕ было основано и на авторитете профессионала, и на обаянии его личности. Он был великолепным человеком, мудрым философом особого покроя, необыкновенно мыслящим вне ряда и вне сравнения и уж, конечно, вне отдельного профессионального цеха.
Рассказы, повести и романы Рубена Овсепяна заставляют работать мысль, соотносить прочитанное с опытом своей жизни, соглашаться с писателем или возражать. Все написанное им пронизано высочайшей ответственностью за свою землю, свое время. Поэтому проза Овсепяна сильна прежде всего проницательностью, духовной наполненностью, подлинностью чувств, внутренним темпераментом, драматизмом и глубиной мысли.
Вряд ли сегодня можно найти человека, кто не читал бы его книг - повести и рассказы, романы писателя, его острую публицистику, пьесы, не смотрел фильмов по его киносценариям. Повести "Крик", "Армянский квартал", "Под абрикосовым деревом" и другие, многочисленные яркие рассказы, роман о самой таинственной личности в армянской литературе - Хачатуре Абовяне, привлекшем автора возможностью приоткрыть завесу таинственности, читаются с неимоверным интересом. Армянский читатель обязан ему и возможностью прочтения на армянском языке фундаментальных произведений таких гигантов мировой литературы, как Толстой, Чехов, Маркес ("Сто лет одиночества", "Осень патриарха"). Даже эти два перевода Маркеса достаточны для того, чтобы навсегда остаться в истории переводческой литературы, не говоря уже о самобытном творчестве этого талантливого писателя.
Творчество Р.Овсепяна - свидетельство самостоятельного, ни на чей не похожего таланта. Это литература больших мыслей, философских, глубинных, и в этом смысле он поднимался все выше и выше. Яркий, обаятельный человек, внешне слишком серьезный, но с хорошо развитым чувством юмора, в котором сердце горело, а не дремало в успокоенности и самодовольстве, Рубен вроде бы был открыт всем, кого встречал на своем пути. Однако не до конца. Всегда в нем оставалось некое потаенное вещество, которое он расходовал по собственному усмотрению. Это была не житейская расчетливость, а высокая и самоотверженная бережливость дара.
РЕДКО МОЖНО ВСТРЕТИТЬ ЧЕЛОВЕКА ТАКОЙ НЕОБЫКНОВЕННОЙ ВЕРНОСТИ, как Овсепян, верности настоящей, кровной, бездонной. Это знали уже ушедшие Грант Матевосян, которого он ценил необыкновенно, художник Саркис Мурадян, знают его близкие друзья - Феликс Мелоян, Размик Давоян и другие. Он был верен своим родным, своему призванию, своей земле, Армении, которую любил и не мог предать даже под самым страшным судом. Он был убежден, что только предельная абсолютная искренность рождает в человеке лучшие свойства, без нее люди не могут жить, как не могут жить без воздуха и света.
Рубену Овсепяну, остро чувствовавшему время, были присущи творческая отвага и свежая зоркость души, его раздумья были исполнены гражданской тревоги. Острый ум, талант писателя, удивительное чувство слова, нередко усиленное тонким художественным и критическим чутьем, замечательный писательский дар, широкая культура образованного человека - вот что поражает в его книгах. Нелегко указать среди деятелей литературы, исключая Размика Давояна, личность более сложную, цельную, глубокую, так самоотверженно преданную своей нации, народным интересам.
Преодолевая тяжелую болезнь, Рубен творил до последнего дыхания, до конца оставаясь самим собой, оберегая честь писателя и гражданина. Каждое его новое произведение, каждое публицистическое выступление ставили перед нами новые проблемы, находили отклик в нашей среде. Он жил полнокровной жизнью (был и депутатом Национального Собрания, возглавлял литературные журналы, вел издательскую деятельность, что совсем непросто по нашим временам), отдавая литературе и обществу все, что было в его щедрой человеческой природе. На каждое общественное явление он откликался по-своему, но прежде всего как патриот.
В своей прозе, острой публицистике Р.Овсепян поднимал массу проблем нашего непростого времени (хотя времена простыми никогда не бывают!) и не застывал на вопросительности, старался дать ответ и сегодняшним, и будущим поколениям. Поиск справедливости, стремление защитить интересы людей требуют и твердого характера и надежного оружия. Его оружием было перо. Нетрудно предположить, что такая миссия не вырастает только на мастерстве и таланте, тут нужен весь человек, сама суть его и страсть. Писатель не боялся вывода, определенной неразмазанной авторской позиции. Он любил четко очерченную высказанность, что подтверждают его беседы, опубликованные и в "Голосе". Его коллеги хорошо знают, сколь основательны были его художественные и политические взгляды. Его суровую требовательность к себе, работе, авторам в редактируемых им журналах порой принимали за трудный характер. Но характер тут ни при чем, требовательность и чувство ответственности - признаки личности. Отношение писателя к литературе и жизни было бескорыстно и глубоко серьезно.
ЯСНЫЙ, МУДРЫЙ И СМЯТЕННЫЙ, НЕУДОВЛЕТВОРЕННЫЙ, ИЩУЩИЙ - все эти стороны сливаются в образ редкой духовной чистоты. И дорог он был прежде всего в слиянии любви к жизни и ответственности перед ней.
У прозы Рубена Овсепяна много измерений. Она живая. И вот перечитывая знакомые рассказы и повести писателя, которые в свое время произвели глубокое впечатление, радуешься, что они не устарели по своей нравственной сути, читаются, как и прежде, с радостью и болью сопереживания. Они, как и прежде, стоят на законном своем месте в армянской литературе, видном, почетном.
Можно себе представить, какая трудная задача предстанет перед будущими биографами прозаика. Ведь чем значительнее внутренний мир ушедшего писателя, тем недоступнее впоследствии его духовный портрет. Мыслил он художественными образами, и они неповторимы, как неповторимы его экранные образы по его киносценариям, созданные замечательными кинорежиссерами. Вероятнее всего, спустя годы выяснится, какими широчайшими основаниями направлялась его деятельность последних лет, чем она дышала и питалась, чему служила.
К сожалению, писатель оставил нас не в самое лучшее время: то, что происходит в мире и вокруг нас, тревожит еще не разучившихся думать людей. Хочется верить, что времена изменятся к лучшему, восторжествуют еще, как мечтал писатель, человечность, порядочность, духовность. Иначе зачем жили такие светлые личности, как Грант Матевосян, Сильва Капутикян, Геворг Эмин, Паруйр Севак, Левон Хечоян, Левон Ахвердян, Рубен Овсепян?
Наталия Гомцян, "Голос Армении"