У Пашиняна есть серьезный противник не только в лице армянской оппозиции и общества, но и внутри самой власти. Если лидеров оппозиции он может лишить имущества и арестовать, то своего конкурента внутри властной верхушки он не только не может притеснять, но и вынужден мириться с его продвижением. Речь идет о претенденте на пост председателя Национального собрания Рубене Рубиняне, который на данный момент является наиболее вероятным претендентом на должность премьер-министра. Если в правящих кругах и произойдет переворот, то он может случиться только под руководством Рубиняна.
Пашинян не может ограничить его влияние, поскольку у Рубиняна есть такой мощный внешний покровитель, как Турция. В отличие от Алена Симоняна, который на протяжении всей предвыборной кампании демонстрировал полную лояльность Пашиняну, Рубинян держался на определенной дистанции, вел себя более сдержанно и серьезно. Он выступал как человек, осознающий собственное влияние и свою политическую цену, которому нет необходимости заискивать перед своим формальным руководителем, льстить ему или искать его расположения, поскольку ключевые вопросы его карьеры решаются на несопоставимо более высоком уровне.
Недавно появилась информация, что Пашинян якобы ищет кандидата на должность специального представителя Армении по нормализации армяно-турецких отношений, поскольку Рубен Рубинян уже является кандидатом на пост спикера НС — фактически будущим председателем парламента. В армянском обществе, включая оппозиционные круги, укоренилось убеждение, что в продвижении Рубиняна значительную роль сыграла поддержка Турции. Именно поэтому многие считают, что он не может выступать в качестве независимого переговорщика от армянской стороны, а является представителем турецких интересов внутри армянской власти.
Если Пашинян попытается лишить Рубиняна должности, он может столкнуться с жесткой реакцией Анкары. В таком случае Турция и ее руководство могут сами инициировать его политическое устранение, поскольку располагают протурецкими силами внутри парламента Армении. И это не говоря о других имеющихся у Турции рычагах влияния. Означает ли это, что Пашинян должен сдаться и ждать момента, когда Турция решит, что он больше не соответствует ее требованиям, и заменит его на Рубена Рубиняна? То есть когда возглавляемый Рубиняном парламент выразит Пашиняну вотум недоверия и изберет Рубиняна новым премьер-министром? Пашинян пытается не сдаваться и даже оказывает сопротивление.
Например, информация о том, что на должность спецпредставителя может быть выдвинута кандидатура замминистра иностранных дел Вагана Костаняна, может указывать сразу на несколько обстоятельств. Во-первых, Пашинян считает, что процесс урегулирования армяно-турецких отношений находится в настолько тупиковом и несерьезном состоянии, что правильнее всего сделать эту должность максимально несерьезной. В этом случае кандидатура Вагана Костаняна выглядит наиболее подходящей.
Во-вторых, выдвигая Костаняна, Пашинян может фактически ликвидировать сам формат специальных представителей. Турция может расценить такое решение как откровенное пренебрежение и отвергнуть кандидатуру — Анкара уже фактически взяла себя такие полномочия. В таком случае институт спецпосланников перестанет существовать. Следует признать, что за четыре года его работы не было достигнуто заметного прогресса в нормализации армяно-турецких отношений. Возможно также, что Турция считает, будто процесса армяно-турецкого урегулирования как такового уже не существует, а вместо него идет процесс туркизации Армении, для которого отдельный переговорщик или спецпредставитель не нужен. В рамках такого подхода Рубен Рубинян и другие представители протурецкой фракции смогут продвигать соответствующую политику, используя свои официальные должности.
Чтобы удержать власть, Пашинян, вероятно, будет все больше стремиться опереться на поддержку Азербайджана, убеждая руководство этой страны и лично президента Ильхама Алиева в том, что для Баку выгоднее видеть на посту премьер-министра Армении человека с проазербайджанской ориентацией в лице самого Пашиняна, нежели откровенно турецкого ставленника. Пожалуй, Алиеву не чужда роль покровителя Армении и личного политического покровителя Пашиняна. Вероятно, именно этим можно объяснить его заявления о готовности Азербайджана обеспечивать Армению энергоресурсами или в одностороннем порядке предоставить ей железнодорожное сообщение с внешним миром — несмотря на то, что именно под влиянием Азербайджана Грузия не разрешает запуск абхазской железной дороги.
Это классическая функция покровителя — обеспечивать базовые потребности зависимого партнера: хлеб, бензин и транспортное сообщение. В итоге складывается весьма курьезная картина: на посту премьер-министра — проазербайджанский Пашинян, а на посту председателя Национального собрания Рубен Рубинян - турецкий ставленник и потенциальная угроза для власти самого Пашиняна. Впрочем, возможно, никакого открытого конфликта между ними и не возникнет. Возможно, Эрдоган и Алиев просто решили по-братски разделить между собой Армению или, пока что нынешнюю власть в Армении.
Аветис Бабаджанян, https://hraparak.am/