В ходе встречи с представителями армянской общины в Санкт-Петербурге Никол Пашинян заявил, что правительство выполнило свое «величайшее обязательство» перед народом — открыло для Армении и региона эпоху мирного развития.
В программе правительства, принятой в августе 2021 года, «эпоха мирного развития» представлялась как содержательный и целенаправленный мир. Она предполагала не просто прекращение военных действий, но и продолжение политического решения вопроса Арцаха, восстановление системы безопасности и защиту государственных интересов.
В тот период в риторике властей присутствовали прямые или косвенные намеки на деоккупацию Шуши и Гадрута, а также ссылки на возможные сценарии независимости Арцаха — вплоть до упоминания косовского прецедента.
Сегодня та же самая формулировка используется уже в совершенно ином смысле.
«Мир» теперь определяется как относительная тишина на границе, которая не подкреплена ни институциональными соглашениями, ни юридическими обязательствами, ни международными гарантиями. Мирного договора нет, процессы делимитации и демаркации не завершены, а Азербайджан постоянно выдвигает новые требования, напрямую связывая их с подписанием договора.
Тот факт, что в данный момент на границе не стреляют, сам по себе не является миром, если это состояние достигается за счет односторонних уступок. В сложившейся ситуации противник фактически получил почти всё (включая Арцах) и при этом сохранил полную свободу действий для предъявления новых требований.
Модель мира, представленная Пашиняном, строится не на взаимных обязательствах, балансе сил и механизмах сдерживания, а на логике постоянных отступлений.
Это не классический мир, а модель перманентной капитуляции, в условиях которой государство постепенно теряет свою переговорную субъектность, а обществу под маской «мира» преподносится сформированная политическая иллюзия.
Если под «эпохой мирного развития» подразумевается адаптация к реальности, сформировавшейся после войны — за счет государственных и национальных интересов, — то такой подход можно представить как выполненное обещание.
Однако если обещание касалось достойного, стабильного и институционального мира, то оно не только не было выполнено, но фактически было заменено перманентной капитуляцией.
Сурен Суренянц, политолог