Известное заявление Ильхама Алиева сколь стало сенсационным в политическом плане, столь же заинтриговало фактическим признанием комплексов азербайджанского президента по отношению к предшествовавшим Пашиняну армянским лидерам.
ЧТО КАСАЕТСЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ СОСТАВЛЯЮЩЕЙ ЗАЯВЛЕНИЯ, то весьма интересно, что Алиев впервые после окончания боевых действий отзывается о Пашиняне не в контексте издевок, а фактически защищает его, утверждая, что вопрос поражения армянской армии кроется не в личности армянского премьера. Понятно, что онлайн-заседание лидеров стран СНГ - это совсем не та площадка, где можно сыпать оскорблениями в адрес оппонента. Наоборот, это платформа, заявления на которой приобретают весомый политический посыл. По сути, Алиев захотел донести до армянского общества и собственных граждан мысль о том, что азербайджанская армия победила в силу объективных обстоятельств и армяне не смогли бы остановить эту победу вне зависимости от личности и качеств своего лидера. Именно поэтому он назвал имена второго и третьего армянских президентов. Дескать, я победил не Пашиняна, а армию и страну, которые армянские лидеры выстраивали 30 лет, а следовательно, не важно, кто был верховным главнокомандующим на данный момент. Я победил их всех. Алиев дает понять, что считает идею о реванше в армянский среде изначально мертвой и, полагая, что именно с возвращением Саргсяна или Кочаряна связывают армяне надежды на реванш, стремится риторикой обнулить их шансы в одной "охапке" с Пашиняном.
Его логика понятна. Алиев почувствовал, что власть Пашиняна в стране, его авторитет в обществе стремительно идут ко дну, а в создавшейся ситуации, как уверен Алиев, ни одна сила, кроме тандема Кочарян - Саргсян, не способна взять на себя ответственность и разрешить внутригосударственный кризис в Армении, успокоить общество и вновь выпрямить спину армии. Если же этот тандем сформируется и заберет власть у Пашиняна, то всякий раз откусывать по куску от Армении, держать ее в психологическом стрессе, растягивать атмосферу упадничества у Алиева уже не получится. Не те будут оппоненты, с которыми можно будет играть в кошки-мышки, как с пораженцем Пашиняном.
АЛИЕВ ХОЧЕТ СПАСТИ ИДУЩЕГО КО ДНУ ПАШИНЯНА, который удобен ему во всех отношениях, однако тем самым топит его с удвоенной силой. Алиев стремится в сознании армянского общества стереть разрыв между временем Кочаряна и Саргсяна, с одной стороны, и Пашиняна, с другой, однако этим еще больше подчеркивает разъединяющую их линию. В результате, армянское общество подсознательно более склонно воспринимать Пашиняна в связке, собственно, с Алиевым, нежели в одном "хомуте" с предшественниками, чего очень хотелось бы азербайджанскому лидеру.
Касательно комплексов Алиева следует заметить, что он в упомянутом заявлении невзначай признался в своей робости перед Кочаряном и Саргсяном. Особенно Алиев всегда комплексовал перед Робертом Кочаряном, с которым он по совету своего отца был очень осторожен и которого так и не успел достаточно изучить из-за мизерно малых контактов между ними во время президентства обоих. Кочарян - самый неудобный для Алиева оппонент, поскольку он стоял у истоков армянских побед 90-х, при нем Армения выстроила наиболее благоприятные для себя позиции в карабахских переговорах и его тень всегда "зловеще" висела над алиевским троном. Возможно, Алиев имеет основания и сейчас опасаться Кочаряна с Саргсяном, осознавая, что закрепить его победу могут помешать лишь эти два деятеля.
Для объективности стоит признаться, что, вне зависимости от преследуемого результата, слово президента Алиева уже стало весомым фактором во внутриполитической жизни Армении. Алиев вмешивается во внутреннюю повестку Еревана, и с точки зрения исторической данности имеет на то право, как человек, сумевший своей победой в очередном раунде карабахской эпопеи поставить армян перед фактом и способствовать расколу нашего общества. Отрицать это не имеет смысла, следует только делать правильные выводы.
Богдан АТАНЕСЯН, Aysor.am