"Исполнительная власть наглядно демонстрирует, какое отношение ждет каждого судью, не угодившего ей своим решением", - заявила в интервью "Голосу Армении" адвокат Диана Григорян.
.
- С каждым днем все больше экспертов открыто заявляют о том, что исполнительная власть в Армении пытается подмять под себя судебную. Вы тоже так считаете?
- Это очевидный факт. Попытки давить на судебную власть, сделать ее послушной были всегда. Но раньше это делалось все-таки не так явно, грубо и топорно, как сейчас. Сегодня любое судебное решение или судебный акт, которые не по вкусу властям, оборачиваются угрозами, озвучиваемыми первым лицом государства - закатать в асфальт, размазать по стенам и т.д. И действия такие же, вплоть до преследования судей, прекращения их полномочий, возбуждения против них уголовных дел. Это не проблема какого-то отдельно взятого судьи, скажем Давида Григоряна, а проблема всей судебной системы. Потому что государство просто вышло на тропу войны с независимостью судебной системы.
А самое плохое - то, что эта самая система, судьи ничего не делают в ответ, ведут себя крайне пассивно и аморфно. По пальцам можно сосчитать тех, кто реагирует на беззаконие и произвол властей, давая им соответствующую оценку. Это свидетельствует о том, что большинство судей из своего аморфного состояния не выходят, готовы покорно и молча сносить беспредел властей, готовы прогнуться, только бы их самих не трогали. Да, на сегодняшний день у нас действительно есть серьезная проблема с независимостью судебной системы вообще и судей, в частности. Что касается печально известного дела Давида Григоряна, то это не что иное, как прямая попытка со стороны властей добить независимость судебной системы. При этом единственное сообщество, которое объединилось в стремлении противостоять беспределу, - сообщество адвокатов. Плюс, отдельные судьи, которые и до этого своей деятельностью не раз подтверждали, что они независимы.
- Большинство судей боятся говорить и готовы прогнуться, лишь бы их не трогали - разве это путь? Ведь достаточно прецедента, достаточно явлению укорениться, как оно превратится в практику, и никто не может быть гарантирован от того, что репрессии не коснутся его лично. Уж кому об этом не знать, как не специалистам в сфере права?
- Вы совершенно правы. Если бы у нас было 20-30 независимых самостоятельных судей, которые не побоялись бы бороться против творимого со стороны властей беспредела по отношению к судебной системе, мы бы не дошли сегодня до такого состояния.
- Обратимся к делу судьи Давида Григоряна. Высший судебный совет приостановил его полномочия, дав согласие на возбуждение уголовного преследования. С другой стороны, по фактам обыска и изъятия компьютера в кабинете Давида Григоряна, пломбирования двери ВСС заявил, что следователем были проведены действия, не предусмотренные УПК ( в частности, это касается опечатывания двери кабинета судьи). Почему же следователя не подают в суд?
- Хороший вопрос. А кто должен подавать в суд? Чей заказ они выполняют? Как мы не крутимся, а возвращаемся к той же дилемме - отсутствию независимой судебной системы. Все вертится вокруг заказа. Для меня происходящее - не что иное, как заказ. По тем же действиям Давида Григоряна, по которым сегодня против него возбудили уголовное дело, следственным органам давным-давно были предоставлены материалы. Более того, насколько мне помнится, в свое время следственный орган отказал в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления. Почему же сразу после решения Давида Григоряна по делу Роберта Кочаряна, решения, не устроившего власти, против судьи возбудили уголовное дело, приостановили полномочия, пломбировали кабинет, провели обыск? Вдруг нашлись основания? Это, извините, уже столь явное, неприкрытое преследование, что аж неловко. Судьи должны были отреагировать на происходящее, хотя бы по факту оскорбления чести и достоинства своего коллеги, об остальном я уж не говорю.
- А как судьи должны бороться? Не выходить же им в самом деле на акцию протеста? Или выходить?
- Можно было объединиться, выступить для начала с публичным заявлением, осуждающим неправомочные действия властей. Ничего подобного сделано не было. И Высший судебный совет должен был внятно высказать свою позицию. Нынче исполнительная власть наглядно демонстрирует, какое отношение ждет каждого судью, не угодившего своим решением властям. ВСС должен был встать на защиту независимости судебной системы и сказать свое слово. У судей есть достаточно методов, чтобы защищать свои права. Но они этого не делают. Опять же повторюсь: речь не об отдельно взятом деле отдельного судьи, а о крайне тревожном явлении, грозящем коллапсом всей судебной системе.
- Если предположить, что это явление укоренится, что мы будем иметь в итоге? Судебную систему еще хуже той, что была раньше?
- Однозначно. В прошлом все знали о наличии серьезных проблем в системе судебной власти. И эти проблемы требовали решения. А сегодня положение просто ужасающее. С одной стороны, давит исполнительная власть, лишая судей независимости и спуская заказ, с другой стороны, судьи, скажем так, среднего звена, которые до сих пор не представляли собой какой-либо ценности в профессиональном плане, вдохновившись беспределом, стали лепить какие угодно судебные акты, именуя это отправлением правосудия. Это ли не анархия? Вплоть до того, что находятся судьи, применяющие, скажем, уже потерявший правовую силу закон, ничуть не беспокоясь о том, что понесут за это ответственность.
Независимых, принципиальных судей, истинных профессионалов, на которых еще держится судебная система как таковая, - единицы. Изымите их из этой конструкции, и все разом рухнет. Каждый делает, что хочет, как будто футбольный мяч гоняют. Сначала со стороны власти были угрозы, теперь действия. А еще хуже то, что постреволюционные власти руководствуются в своих действиях не интересами государства, а местью, не осознавая, что речь идет не об их личном или семейном деле, а о судебной системе, в которой действия, обусловленные мотивами мести, могут привести к необратимым последствиям. У нас состоявшаяся сильная адвокатура - благодаря школе Рубена Саакяна. Адвокатов трудно, если не сказать, невозможно сломать. Если кто и борется сегодня за независимость судебной системы в Армении, то это адвокаты. Судьи же до ужаса аморфны - так нельзя.
- Между тем часть общества экстатически реагирует на действия властей в отношении судебной власти…
- Увы. Откуда это идет? Ведь в действительности у нас пока нет гражданского общества как такового. Смена власти в Армении произошла не по причине наличия гражданского общества, борющегося за свои права. Были люди, уставшие от отсутствия надежды на позитивные перемены, уставшие от бывших, и тем, кто сегодня пришел к власти, удалось манипуляционными методами повести их за собой и сделать контролируемыми. И в какой-то момент эти люди стали думать, что играют какую-то роль, могут что-то менять. Но на самом деле это не так. И в этом есть своя опасность.
Первейшая задача государства - сформировать гражданина. А оно этого не делает. Обратите внимание: власть постоянно питает людей призывами к мести, постоянно раздражает, держа в состоянии агрессии, в своем стремлении остаться у руля играет на чувствах народа, все время натравливая на что-то, на кого-то. С единственной целью - удержать обретенное год назад влияние на часть общества. Но ведь это тоже временный фактор, который не может долго продержаться. Однако, это же и прямой путь к разрушению основ государства…
Зара Геворкян, "Голос Армении"